Читаем без скачивания Ничто Приближается - Татьяна Енина

Спросил — и почувствовал, как струйка холодного пота потекла между лопаток. Ох, как боялся он этого вопроса, но откладывать его тоже нет больше сил! У Шостея было трое маленьких детей, четвертый — вот-вот готовился появиться на свет.

Генлои едва заметно улыбнулся, не отрываясь от расчетов.

— Дальше? Откуда мне знать, дорогой мой? Но подозреваю, что ничего хорошего нам с вами ждать не стоит. Армия Совета даст сражение в Альгейзе и — прекратит свое существование. Или звероноиды прекратят свое существование… Что сомнительнее. Хотя, признаться все это трудно просчитать.

Шостей молчал, пребывая в некотором замешательстве. В империи царит паника. Да что там! Во всей галактике царит паника! И что отвечает президент?! «Откуда мне знать?!»

«Надо что-то делать!!!» — хотел закричать Шостей, но не закричал, разумеется, не закричал… Что делать? Разве не он, Шостей, министр обороны? Это его надо спрашивать, что делать!

«Что делать? Уносить ноги, — мрачно подумал министр, — Вот все, что можно сделать… Только куда?»

Так неожиданно прозвучавшее и такое искреннее заявление Шостея весьма повеселило Генлои. Он сам думал о себе исключительно так же. Как о великом человеке. Как о безусловном гении. Как о личности, действительно способной добиться мирового господства. М-да, пожалуй, о мировом господстве сейчас лучше не думать, задача номер один, удержать то, что уже есть, вспомнить, что еще не так давно, он рвал на себе волосы в отчаянии, припоминая ошибки, которые поначалу казались незначительными, которые едва не привели его к краху.

Он позволил сбежать мальчишке Хайллеру, не уследил за какими-то идиотами, которые зачем-то (вроде как с целью получения наследства) вышвырнули из Эрайдана совершенно чокнутого, но очень талантливого ученого. Идиоты наказаны, да толку от этого? Он позволил «Пауку» развиваться, тогда как нужно было бросить на него все свои силы…

Да уж, силы… В те времена и сил то никаких особых не было, а те, что были, требовались в самом Эрайдане, планировать какой-то поход было бы безумием… Да и кто же знал!

Компьютер закончил расчет, из которого следовало, что войска цирдов подойдут к системе Альгейзе предположительно через восемь недель по эрайданскому времени. Уже скоро.

Скоро все разрешится.

Система Альгейзе — главные ворота в сердце галактики, если цирды пройдут его, это можно будет считать их полной и безусловной победой. Это должен понимать каждый идиот (даже такой, как Шостей) и если Совет не решится дать бой раньше — а он, судя по всему, не решится, система Альгейзе будет единственной возможной точкой «Ч».

И все разрешится само собой, пауки сожрут друг друга. Один паук — объединенные силы Совета Галактики — маленький дохленький паучок, умрет так быстро, что никто этого и не заметит, что значат силы Совета Галактики без Эрайдана? А много ли даст каждое отдельное государство, отпустит ли от себя весь боевой флот, пусть маленький, хиленький, никудышненький, но хоть как-то прикрывающий беззащитную планету? Не отпустит, выделит минимум смертников, остальных придержит, а звероноиды, ребята не промах, не одну сотню лет готовились к своему священному походу.

Так, затем в бой вступит (а что еще ему останется делать?) тот паук, который так и именует себя «Пауком», и он тоже будет разбит — если бы мог что-то цирдам противопоставить, сделал бы это раньше — но он достаточно силен, чтобы нанести звероноидам по настоящему значительный урон. Затем — последний резерв, бригада смертников СОГ… Ну и что же? Войскам Эрайдана достанется уже довольно потрепанная армада… Потрепанная? Или не настолько уж потрепанная, чтобы Эрайдан смог с ней справиться?..

Вот он, вот он главный риск, который практически невозможно просчитать! Если Генлои недооценил звероноидов и переоценил Армаса Хайллера, если сражение в системе Альгейзе окажется для цирдов не болезненнее щелчка по носу, что тогда? Тогда Эрайдан, возможно, постигнет участь Ко-она или еще что похуже, впрочем, что может быть хуже…

У Генлои тоже была семья — молодая любимая жена, маленький сын, престарелые родители и старая совсем седая гелуанская пустынная собака, каким-то чудом дожившая до невероятно преклонных лет. Для них президент приготовил надежное убежище на случай, если звероноиды нападут-таки на Эрайдан… Они уже были там, все, кроме Арны — жены, которая осталась, заявив, что только вместе с ним покинет Эрайдан. Они были на маленькой неприметной очень милой зеленой планете, далеко-далеко… Там большой дом, запас продовольствия на добрую сотню лет. Там можно прожить до конца дней своих в случае неблагоприятного развития событий.

Когда-то Генлои добивался высшей власти в империи с исключительно благими намерениями. Его мечты о будущем были светлы и прекрасны — стабильность, процветание, высокий уровень жизни для всех граждан Эрайдана… Но невозможно спасти всех, невозможно перенести планету (три планеты!) в безопасное место, невозможно эвакуировать все население. Несмотря на все свои благие намерения.

Даже гений — не всемогущ.

Жаль, безумно жаль, если придется оставить Эрайдан, бежать… Но если весь многотрудный путь к власти был нужен для того, чтобы иметь эту возможность — бежать, спастись, уцелеть в самой страшной в истории галактики войне, оно того стоило.

— …Но после того, что я услышал от командора Эрдра, я начал понимать, что все гораздо проще… проще и банальнее, все еще хуже, чем я предполагал.

Тяжелая тишина повисла среди собравшихся на командном пункте главной базы «Паука». Может быть, всем трудно было поверить, всем, кроме капитана Хайллера. Может быть, всем хотелось сказать Эгаэлу что-нибудь типа «а ну-ка, превратись во что-нибудь».

— Практически с первого дня вторжения звероноидов в Эрайдане бешеным темпом идет мобилизация, которую Генлои скрывает от Совета, — сказал Эрдр, — Все так делают, уверен в этом, и все жалуются на то, что у них нет кораблей, не хватает пилотов. На данный момент реальная численность армии Эрайдана превосходит те цифры, что известны Совету в несколько раз. Не так давно я говорил с Шостеем… это министр обороны Эрайдана, и тот клялся, что империя никогда не содержала армию больше, чем это значится в туристических справочниках и, соответственно, не сможет дать больше солдат, чем предлагает.

Капитан Хайллер как будто внезапно пробудился.

— И какова численность армии Эрайдана?

Эрдр слегка улыбнулся, покосившись на Айхена.

— Соизмерима с армией «Паука», даже, я сказал бы, превосходит ее, но технической мощи ей, конечно, не достает. Не родила пока эрайданская земля гения подобного доктору Лерну.

Армас улыбнулся в ответ командору СОГа, но как-то кисло.

— Хотел бы я знать, Эрдр, насколько в действительности ты осведомлен о состоянии наших дел и еще больше хотел бы знать, зачем ты хранил всю эту информацию. Просто хранил много лет, никак не используя. Я считал тебя солдатом, Эрдр, кто ж ты на самом деле? Раскрой нам эту тайну, раз уж такой у нас сегодня вечер откровений.

И он покосился на задумчивого Эгаэла.

— Я солдат, Армас, — сказал Эрдр, — Но не Эрайдана… Ты знаешь о Сером братстве?

Хайллер некоторое время хранил молчание, потом выговорил через силу.

— Знаю…

— Я прожил среди них несколько лет, вступил в братство… нет, только духовно, иначе не смог бы покинуть обитель… не мог бы выйти из кокона…

Видимо у Хайллера было очень странное выражение лица, потому что он добавил:

— Это не то, что ты думаешь, ну да не в том суть… Я не совсем монах, но я давал обеты и принадлежу к Серому братству.

Айхен посмотрел на Машу, выражая тожество всем своим видом, а Маша хотела провалиться сквозь землю… сквозь мягкий подогретый пол куда-нибудь, как можно глубже.

— Каждый человек защищает свой дом. Ты защищаешь Эрайдан, Айхен защищает Вельзарел, эта девочка, — Маша вздрогнула, вскинула на Эйка глаза, — защищает Землю. Я геллаец, но я не помню Геллай, я был на этой планете неоднократно, облетел и обошел ее вдоль и поперек и не нашел ничего, что напомнило бы мне… напомнило бы мне хоть что-нибудь! У меня нет дома. Но человек не может жить без дома… Я родился на корабле цирдов… Неважно, что скорее всего я родился где-то еще, но я осознал себя живым и мыслящим существом на корабле цирдов. Рабы любили рассказывать о мирах, где жили когда-то. Перед тем, как ложиться спать, кто-нибудь обязательно рассказывал очередную удивительную историю о своем доме, теперь понимаю, что не много правды было в их рассказах, но они действительно верили в то, что говорили.

Они верили — а я нет. Моим домом был космос, черный холодный мрак с редкими островками света. Я мечтал найти свой дом, придумывал, каким он может быть, пытался вспомнить, и только спустя много лет понял, что дом не стены, и не земля, что мой дом остался на «Таэне Рюнткона» вместе с теми, кто помог мне спастись, и кому я помочь не смог.