Потом подошли шаманы, Айнур, волки Маймана, что возились возле костра. И все застыли, всматриваясь в воду.
Лица у шаманов были напряжённые. Они понимали — я отпустил демона, понадеявшись на то, что он сдержит своё обещание.
Только Ичин остался спокоен. Он-то знал, что я за «заяц». Притерпелся уже, наверное, к моим странным решениям.
Прошло несколько минут, но они казались нам вечностью.
И вдруг из болота поднялся огромный пузырь.
— А что если демон обманет? — спросила Шасти дрожащим голосом.
— А что если из болота полезут ютпы? — влез Кима и получил подзатыльник от Ярена.
Дедушка Тин, самый старший из шаманов, приложил ладонь к уху, и мы заткнулись. Шаманы слушали, что происходит там, внизу.
Из болота поднялся ещё один пузырь: чёрный и плотный. Казалось, сейчас появится и голова ютпы.
А потом дедушка Тин переглянулся с шаманами и сказал буднично:
— Закрылись ворота.
И Ичин кивнул ему:
— Закрылись. Я больше не вижу чёрного озера и не слышу, как стонут вокруг него души погибших людей.
Дедушка Тин расплылся в улыбке и повернулся ко мне:
— Смотрите все! — сказал он. — Этот воин пожалел демона. Он не волк, не барс и не медведь. Он заяц. Белый небесный заяц, посланный на землю самим Тенгри.
Я улыбнулся: вот же придумали — белый заяц.
В обратный путь мы собрались с лихорадочной быстротой. Всем очень хотелось покинуть уже это проклятое болото.
Вот только непонятно было, как тащить голову ютпы. Уж больно здоровая.
Шасти волновалась за сохранность мозга: после извлечения, его нужно было сразу положить в воду. А голова — больше всех, что мы видели раньше. Такой мозг не влезет даже в горшок из-под ячменя.
Волки Маймана предложили завернуть «сокровище» в свежую шкуру косули, посадить Шасти на волка и отправить домой по воздуху.
Она согласилась, а уж я — тем более. Чем быстрее она окажется в лагере — тем лучше.
Хорошо бы и Чиена отправить отсюда на волке. Он опять сидел у самопальной могилы.
И я подошёл к нему, подбирая слова.
— Мы возвращаемся, — сказал я. — Идём, надо жить дальше.
— Давайте быстрей! — заорал на нас Айнур.
Он был уже готов выступать.
Охотники заторопились. Один из них быстро вскрыл ножом череп, и Шасти вскрикнула так, что я выхватил меч.
Чиен опередил меня. Безучастный минуту назад, он вскочил и бросился на крик девушки.
* * *
*Парным считается мясо в течение первых 2–4 часов после убоя животного.
Глава 26
Колесо
— Идиот! — заорал Чиен. — Заяц недорезанный!
Он прыжками нёсся туда, где охотник и Шасти стояли над черепом ютпы, из которого поднимался чёрный столб плотного дыма.
Миг, и из дыма сформировался демон с багровыми глазами, а Чиен застыл, как муха в меду.
Движения фехтовальщика стали карикатурными, медленными до невозможности. Но он упорно пробивался к демону сквозь липкую паутину опутавшей его магии.
— Кто? Кто щадит демонов? — орал Чиен, с рычанием пихая вперёд драконий меч. Только перед ним магическая ловушка слегка продавливалась, уступая сантиметр-другой. — Демоны — это воплощённое зло! Убийцы! Сейчас он сожрёт твою же девчонку, ты, бараний послед!
Я обогнал Чиена и подскочил к Шасти, загораживая её. Мне магия демона двигаться почему-то не помешала.
Багровые глаза пришельца из царства Эрлика сверкнули. От сочной травы, над которой он повис, потянуло гарью.
— ТЫ ВЕРНУЛ МНЕ НОЖ, человек! — проревел демон, сверля меня огненными глазами. — Я СВОБОДЕН!!!
Он протянул мне раскрытую ладонь.
В голосе его была радость, и смотрел демон только на меня. Никак не проявляя агрессии даже к Чиену, пытающемуся проковыряться к нему.
Я спрятал меч. Демон совсем не собирался никого убивать.
Напротив. На его огромной чёрной ладони лежал маленький ножик. Самый обыкновенный, вроде того, что я взял в аиле у Майи.
— Я ВОЗВРАЩАЮ ТЕБЕ ТО, ЧТО ТЫ ПОТЕРЯЛ, ЧЕЛОВЕК! — провозгласил демон.
Нож явно предназначался мне.
Я бесстрашно посмотрел в огненные глаза и взял ножик.
И демон расхохотался. Он закрутился как смерч и втянулся в голову ютпы. Похоже, для проникновения в наш мир ему теперь нужно было что-то родное, своё, из мира Эрлика.
Я повертел ножик в руках — простецкий, местной ковки. Обычнее некуда. Ну и зачем он мне? Почему это я вдруг его потерял?
— Это мой ножик! — выкрикнул Кима, бросаясь ко мне.
— Стоять! — рявкнул на него Ярен и ухватил за воротник куртки.
Он первый сообразил, что наши приключения не закончились!
Рядом с головой ютпы вдруг опять закрутился дымный вихрь, и возникла её огромная безголовая туша. Уродливая, мешковатая, с длинными когтистыми лапами.
Раздался хохот, и вихрь опять растворился, словно его и не было.
— Он вернул твою добычу, Кай, — сказал дедушка Тин. — Это ютпа, которую ты убил у ворот в нижний мир.
Я хмыкнул и шагнул к туше.
Два прыжка — и рядом со мной оказался офигевший от происшедшего Чиен. Колдовской «мёд» отпустил его наконец.
— Да! — выкрикнул он. — Это та самая ютпа!
Ему ли было не знать? Это он отпилил твари башку, пока я зависал между жизнью и смертью.
— А она не протухла? — спросил один из волков-охотников, разглядывая тело, больше всего напоминающее бородавчатый кожаный мешок. — Она мокрая. И влага эта — какая-то странная. Может, так разлагаются в подземном мире трупы?
Туша ютпы и в самом деле была мокрая. И густая чёрная вода стекала с неё на траву.
—
