— Ваше Величество, вы должны узнать кое-что важное. — Он взволнованно прокашлялся. — Ранее я говорил вам, что мой сводный брат обдуманно избрал вас на роль покупателя заземельского престола. Я сказал, что он выбрал вас, поскольку считал, что вы окажетесь никуда не годным правителем и что королевство опять вернется к нему — точно так же, как много раз после смерти старого короля. Он верил, что вы — всего лишь очередной неудачник. Ведь от этого зависит его благосостояние.
Бен сложил руки на груди, словно защищаясь.
— Значит, он, возможно, не будет разочарован, когда узнает, как обстоят дела.
Советник опять прочистил горло и нерешительно переступил с ноги на ногу:
— Честно говоря. Ваше Величество, он точно знает, как идут дела, и он очень, очень разочарован.
— Ну, откровенно говоря, советник, я не стал бы… — Бен запнулся. Он уставился на старца. — Что вы сказали? Вы сказали, что он знает, как обстоят дела, — точно знает? — Он энергично поднялся и надвинулся на колдуна. — Как такое возможно, советник? Ведь его магия не достигает этого мира, не так ли? Вы сказали, что он не мог захватить из Заземелья ничего, кроме медальона? Все остальное должно было остаться здесь? А если так, то откуда ему известно, что тут происходит?
Советник был пугающе спокойным, его лицо превратилось в безжизненную маску.
— Я рассказываю ему об этом. Ваше Величество, — тихо произнес он.
Повисло тягостное молчание. Бен не верил своим ушам.
— Вы рассказываете ему?! — ошеломленно повторил Холидей.
— Я вынужден делать это. Ваше Величество. — Советник потупился. — Это было одним из условий сделки, которую я заключил со своим братом, когда он уходил из Заземелья вместе с сыном старого короля. Я мог стать придворным колдуном в его отсутствие только при условии, что буду докладывать ему о действиях присланных из вашего мира монархов. Я обязан был сообщать об их неудачах и успехах, если таковые будут. Микс собирался использовать эти сведения для того, чтобы отбирать новых кандидатов. Из моих сообщений он делал выводы о том, какие слабости следует искать.
Все остальные тоже поднялись. Советник не обращал на них внимания.
— Я хочу, чтобы между нами не осталось никаких тайн, — торопливо продолжал он. — Боюсь, что их и так уже было предостаточно. Поэтому я раскрою последнюю из них, которую доселе скрывал от вас. Вы как-то спрашивали, сколько королей сменилось в Заземелье после смерти старого короля. Я ответил, что больше тридцати. Но я умолчал о том, что последние восемь были направлены универмагом Роузена — и все за какие-нибудь два года! Пятеро из них не продержались и тех десяти дней испытательного срока, что были предусмотрены договором. Задумайтесь, что это значит. Ваше Величество. Это означает, что по меньшей мере пять раз магазину приходилось возвращать покупателю уплаченные деньги — пять раз мой брат не получал никакой выгоды. Каждый раз — по целому миллиону. А это уже дурная слава, неудачная сделка. Я уверен, что ни магазину, ни моему брату не очень-то к лицу нести такие потери. Это заставляет меня думать, что об этих потерях так никто и не узнал. Мне кажется, что большинство, если не все из нарушенных сделок, были скрыты от магазина. И мне сдается, что неудовлетворенность этих клиентов скрывалась всеми возможными способами.
Он замолчал, собираясь с мыслями.
— Советник, о чем это вы говорите? — недоуменно прошептал Бен.
— О том, что если бы вы использовали медальон, чтобы вернуться в свой мир. Ваше Величество, то обнаружили бы, что ваши деньги пропали, а ваша жизнь стала бы куда короче, чем вам хотелось бы.
Абернети пришел в ярость, его мохнатая морда сплющилась, и обнажились острые клыки.
— Я знал, что тебе нельзя доверять, советник Тьюс! — зловеще прорычал он.
Бен быстро поднял руку:
— Нет, погодите-ка. Советник мог и не говорить мне об этом, он предпочел сделать это добровольно. Но почему, советник?
Улыбка колдуна была неожиданно кроткой.
— Для того, чтобы вы знали, как я в вас верю, дорогой вы наш повелитель Бен Холидей. Все остальные говорили об этом так настойчиво и красноречиво, но вы не пожелали их слушать. Я решил, что мое признание сможет сделать то, чего никто не добился своими речами, и заставит вас поверить в себя. Я считаю, что вы — истинный король, тот, которого ждало Заземелье. Я думаю, что мой брат тоже так считает и боится этого. Он начал беспокоиться еще тогда, когда вы не отступили там, где давно сдались бы ваши предшественники. Он беспокоится, что вы найдете способ удержать трон. Он боится вас. Ваше Величество.
Ивица крепко сжала руку Бена:
— Слушай его. Бен. Я верю ему. Советник утомленно вздохнул:
— Мне казалось, что у меня есть причины делать то, о чем просил мой брат. Если бы я отказался, то не стал бы придворным колдуном. Я знал, что ничем не смогу помочь этой земле, если не займу своего места. Я верил, что та помощь, которую я могу оказать как придворный колдун, перевесит любой ущерб, нанесенный моими сообщениями. И только недавно я стал догадываться о том, какая судьба постигла тех, кто купил королевство, но не сумел управиться с ним. Но тогда было уже слишком поздно, чтобы хоть как-то помочь бедолагам. — Его голос сорвался. — Мой сводный брат заключил со мной еще одну сделку. Мне стыдно признаться в этом, но я был не в силах отказаться от нее. Его колдовские книги с секретами заклинаний, которые колдуны собирали с начала времен, спрятаны где-то в Заземелье. И только мой брат знает, где. Он не мог взять их с собой, поэтому посулил передать их мне. Каждый раз, когда очередной король терпит неудачу, Микс передает мне еще немного своих знаний. Я ничем не помогаю его замыслам. Ваше Величество, но жажда магических знаний сильнее меня. Эти крохи помогают мне учиться. Я знаю, что брат никогда не отдаст мне всех книг, знаю, что я всего лишь пешка в его руках. Но я надеюсь, что рано или поздно он скажет на одно словечко больше, чем хочет, или случайно раскроет лишний секрет, и тогда я смогу отыскать книги сам и использовать их против него! — Совиное лицо исказилось, его прорезали глубокие морщины. — Я позволил управлять собой. Ваше Величество, потому что не видел иного выхода. Мои намерения всегда были самыми лучшими. Я хочу, чтобы эта земля возродилась и стала такой, как прежде. Я сделаю все, чтобы добиться этого. Я люблю эту страну больше собственной жизни!
Бен молча разглядывал старца, борясь со своими чувствами. Ивица все еще держала его за руку, и ее сжатые пальцы свидетельствовали о том, что она верит каждому слову советника. Абернети смотрел на советника недоверчиво. Кобольды с безучастным выражением на темных лицах притихли рядом с писцом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
