он не спит. Принимать во внимание Случай очень важно, когда защищаешь невиновного.
Человек, который взбирался на Фудзияму в тот момент, когда в Неаполе совершалось убийство, вряд ли мог иметь возможность совершить это преступление. Дело в том, как считал Карелла, что в таком случае один миллион двести семьдесят четыре тысячи девятьсот девяносто девять других неаполитанцев действительно имели возможность в тот день где-то кого-то убить и тот, кто это сделал, уж во всяком случае не собирался признаться, что случайно был с убитым, когда это произошло.
— Орудие, Мотив и Случай! Все это чепуха, — думал Карелла, но тем не менее обзванивал каждую страховую компанию в городе, пытаясь выяснить, не застраховали ли Томми Барлоу и Ирэн Тейер свою жизнь.
В то утро он разговаривал с двенадцатью страховыми компаниями. Сделал перерыв на обед, когда голос совсем осел и онемел палец, которым он набирал номер за номером. После возвращения на участок в час дня, он обзвонил еще шесть компаний. Он уже набрал номер девятнадцатой, когда Мейер спросил:
— Что это ты там целый день делаешь на телефоне?
— Звоню в страховые компании, — ответил он.
— Ты полицейский. Забудь о страховке. Проценты очень высокие.
— Да я и не для себя. Я пытаюсь… — Карелла отмахнулся от Мейера рукой и сказал в трубку — Алло, вас беспокоит детектив Карелла из 87-го участка. Мне нужна кое-какая информация.
— Какая информация, сэр?
— Относительно держателей страхового полиса.
— Подождите минутку, я вас соединю…
— Спасибо, — Карелла закрыл рукой трубку и сказал Мейеру — Я пытаюсь выяснить, не были ли Барлоу или девушка застрахованы.
Мейер кивнул, не высказав особого интереса, и снова стал что-то печатать на машинке. Карелла ждал. Через несколько минут ему ответил мужской голос:
— Я — Кэпистан. Чем могу быть вам полезен?
— Мистер Кэпистан, с вами разговаривает детектив Карелла из 87-го участка. Мы расследуем дело о самоубийстве и делаем обычную проверку страховых компаний города.
— Да, сэр?
— Будьте любезны, скажите, нет ли у вашей фирмы страховки кого-либо из пострадавших?
— Их фамилии, сэр?
Карелла сразу же почувствовал расположение с Кэ- пистану. По его голосу он понял, что это человек серьезный. Он ясно представил его себе: Кэпистан понимает все с полуслова: карандаш замер над блокнотом в ожидании фамилий.
— Ирэн Тейер и Томас Барлоу, — назвал Карелла.
— Мисс Ирэн Тейер? — уточнил Кэпистан.
— Нет, миссис. Но вы можете посмотреть и под девичьей фамилией. Она недолго была замужем.
— Ее девичья фамилия, сэр?
— Ирэн Томлинсон.
— Не кладите трубку, пожалуйста, инспектор Карелла.
— Конечно, — сказал Карелла, проникаясь все большим уважением к Кэпистану. Он встречал многих людей, которые, столкнувшись с фамилией, оканчивающейся на гласную, механически спотыкались в произношении. Он был уверен, что психологически в такой фамилии было что-то непреодолимое. Сама фамилия может быть очень простой, как, например, Бруно или Ди Лука, но присутствие конечной гласной всегда вносило смятение, граничащее с паникой. Иногда люди приходили в полицейский участок и в отчаянии оттого, что не могут произнести фамилию точно, говорили: «Разрешите поговорить с полицейским — итальянцем». А Кэпистан всего лишь раз услышал его фамилию, к тому же по телефону, и точно повторил, даже с камим-то флорентийским акцентом. Хороший человек, этот Кэпистан. Карелла ждал.
— Мистер Карелла? — услышал он голос Кэпистана.
— Слушаю.
— Я проверил обе фамилии. У нас нет ничего на Томми Барлоу или Ирэн Тейер и миссис Тейер.
— А Ирэн Томлинсон?
— А это точное имя? У нас есть полис миссис Чарльз Томлинсон для ее дочери Маргарет Ирэн Томлинсон, но…
— Да, да, именно то, что нужно. Маргарет Ирэн. Как вы сказали, чей это полис?
— Миссис Чарльз Томлинсон.
— А у вас записано ее первое имя?
— Минуточку! — Кэпистан проверил свои списки. — Да, вот оно. Мэри Томлинсон.
— И какая это страховка?
— Вклад на двадцать лет, — уточнил Кэпистан.
— На имя Маргарет Томлинсон?
— Совершенно верно. Мэри Томлинсон — вкладчик и владелец полиса.
— Какая же это сумма? — поинтересовался Карелла.
— Не очень большая! Видите ли, это стоимость страховки. Помимо этого будет еще полторы тысячи долларов накопления дивидендов. Минутку!
Наступила пауза, и, когда его голос снова раздался в телефонной трубке, Карелла услышал:
— Точная сумма — полторы тысячи пятьдесят долларов.
— Это означает, что с наступлением срока выплаты застрахованный получит от компании одиннадцать тысяч пятьсот пятьдесят долларов?
— Совершенно верно.
— А если человек умер до истечения срока платежа, деньги вернутся к вкладчику, верно?
— Да, но только не все: страховая сумма — десять тысяч.
— Кому?
— Вкладчик — Мэри Томлинсон. Вы знаете, наверное, когда ребенок достигает пятнадцатилетнего возраста, ему можно передать право владения вкладом. Но в данном случае это не было сделано. Никто об этом не просил. Да так оно и лучше. Некоторые дети так себя ведут в наше время… — Кэпистан оставил фразу незаконченной.
— Мистер Кэпистан, если я правильно вас понйл, Маргарет Ирэн Томлинсон, то есть миссис Тейер, — была застрахована на десять тысяч долларов, которые могли бы быть ей выплачены с дивидендами в сумме одиннадцать тысяч пятьсот пятьдесят пять доларов, когда наступит срок выплаты, и которые теперь, поскольку она мертва, будут выплачены ее матери как вкладчику в размере десяти тысяч долларов.
— Совершенно верно, сэр, — Кэпистан помолчал. — Инспектор Карелла, я, конечно, не хочу вмешиваться, но…
— Продолжайте, мистер Кэпистан!
— Но вы, наверное, знаете, что во всех штатах Америки ни одна страховая компания не заплатит ни цента, если застрахованный был убит вкладчиком.
— Да, я, конечно, знаю об этом.
— Я считал своим долгом напомнить об этом. Пожалуйста, извините меня.
— Все в порядке! А не могли бы вы сказать, когда полис мог быть выплачен?
— Минуточку, пожалуйста. '
Наступила еще она пауза. И в трубке снова раздался голос.
— Вы меня слушаете, мистер Карелла?
— Да, мистер Кэпистан.
— Ребенок был застрахован, когда ему исполнился год, после двадцати лет страховка должна быть выплачена, тогда, когда ему исполнится двадцать один.
— Где-то в следующем месяце? Верно?
— Совершенно верно, сэр.
— Не могли бы вы мне сказать, когда именно?
— Тринадцатого мая.
Карелла открыл свой бумажник и вынул свой целлулоидный календарик.
— Это суббота, — сверился он.
— Да, сэр.
— М-да, — Карелла подумал, помолчал и спросил — Как обычно человек получает свой полис, когда наступает время?
— Обычно пишет заявление в компанию, вкладывает страховой документ и какое-либо удостоверение личности. Обычно заверенное у нотариуса свидетельство о рождении с фотографией.
— И сколько вся эта процедура занимает времени?
— Обычно неделю, десять дней. Здесь все дело в оформлении бумаг. Если, конечно, все в порядке с установлением личности.
— Ну, а если человек спешит, можно все это оформить быстрее?
— Думаю, что
