Император радостно заулыбался и, повернувшись с Ленарду, немедленно сказал:
– Мой юный друг, настал твой звёздный час. Покажи мне и леди Рите, чего способен достичь отважный и смелый юноша, пришедший в её храм.
Ленард Солвейр приосанился и громко воскликнул:
– Ваше императорское величество, выполняя волю Верховной жрицы храма Великой Матери Льдов, я отправился на Обелан и в её честь собрал там эти прекрасные изумруды. – С этим словами юный добытчик изумрудов слегка шевельнул рукой и массивные дверцы керамитового шкафа, изготовленного им на скорую руку, с протяжным скрипом распахнулись, чтобы открыть взорам императора четыре полки, покрытых изумрудами так густо, словно они поросли яркой, зелёной травой. Один из кусков изумруда размером в ступню человека, плавно полетел в руки императора, но отнюдь не он был гвоздём программы. С самой нижней полки, из глубины шкафа, выпорхнули изумрудный скипетр и держава, которые Ленард взял в руки и, подойдя к леди Рите и встав перед ней на одно колено, вручил ей, громко сказав – Ваше величество, вам дано право владеть всеми богатствами галактики, но только леди Рита может придать им смысл и потому я отважился изготовить для нашей истиной госпожи, – Великой Матери Льдов эти драгоценные регалии.
Император встал и, жестом попросив Ленарда оставаться на своём месте, другим жестом предложил Корду встать рядом, после чего сказал:
– Корд Гал-Пантир, я возвожу в дворянство тебя и твоего юного партнёра и дарую вам обоим графские титулы, а теперь, граф, преклоните колени перед рыцарским оружием моего предка, я посвящаю в рыцари тебя и нашего юного друга Ленарда фрай-Солвейра. Отныне вам дозволяется приходить в мой дворец, как моим друзьям и друзьям леди Риты в любое время дня и ночи.
В итоге довольными остались все, но больше всех, однако, повезло именно Корду Гал-Пантиру и он покинул дворец сияя от счастья.
Обитаемая Галактика Человечества, Терилаксийская Звездная Федерация, внутреннее пространство темпорального коллапсара "Галан", звездная система Обелайр, планета Галан, центральная часть континента Мадр, город Роант, дворец наследного принца Тефалда.
Галактические координаты:
М = 98* 39* 21* + 0,34978 СЛ;
L = 52877,39437 СЛ;
Х = (-) I 724,50003 СЛ;
Стандартное галактическое время:
785 236 год Эры Галактического Союза
20 декабря, 11 часов 27 минут
Поясное планетарное время:
Месяц роан, 28 число, 10 часов 05 минут
Микки сидел на простеньком стуле возле бронированного испытательного бокса скрестив на груди руки и безмолвно смотрел на то, как пятитонная борнитовая лепёшка принимает то одну, то другую форму повинуясь командам мощного компьютера, вынесенного за пределы круглой камеры диаметром в пятнадцать метров и высотой в десять. Бокс был целиком изготовлен из субметалла и наблюдать за тем, что происходило внутри него ему приходилось через экран трёхмерного супервизора. Ему ассистировала его дочь Синтия, которой надоело охранять императора и захотелось снискать себе научную славу. Точнее она принимала в этих испытаниях прямое участие и находилась в боксе в качестве того самого субъекта, который эта безмозглая борнитовая лепёшка должна была защищать.
Графу-андроиду, сделавшемуся помимо всего за сорок восемь стандартных лет ещё и заправским ученым, не пришлось хоть как-то улучшить изобретение Тефалдира или скорее тех существ, которых он вырастил когда-то в секретной лаборатории Института Жизни. Хотя все эти синевато-черные, поблескивающие лепёшки овальной формы, имевшие в большом поперечнике более пяти метров и весивших от пяти, до семи тонн были живыми, они никак этого не проявляли. Они не нуждались в пище и воздухе, в какой-либо энергии и были полностью самодостаточны, но при этом ничем не отличались от самого обычного булыжника. Впрочем, нет, это были всё-таки не булыжники, ведь если это существо положить на краями на две прочные опоры, оно плавно прогибалось, да, и лёжа на субметаллическом полу его нижняя часть становилась совершенно плоской, ведь что ни говори, а борнит всё-таки был пусть и сверхпрочным, но всё-таки живым желе. Имея в своём теле множество нейронов, эти кремнийорганические бестолочи, сожравшие целую прорву арвида, терзия, вольфрама, кобальта и других металлов, не реагировали ни на какие внешние воздействия.
Однако, к слову сказать, воздействовать на них тоже было очень трудно, поскольку им не были страшны лазерные лучи чудовищной силы, выстрелы из энергопульсаторов и бластеров, перед которыми так или иначе пасовали даже нейбиртовые боескафандры. После многих лет исследований и десятков тысяч опытов, поставленных над этими борнитовыми лепёшками, Микки смог, наконец, добиться прогресса, что только что и продемонстрировала на триста сорок седьмом объекте Синтия, но не одна, а с помощью мощного управляющего компьютера, имевшего размеры хорошего тримобиля. Компьютер был необходим для того, чтобы заставить лепёшки быстро менять свою форму и превращаться в самые различные предметы начиная от обычного прямоугольного бруска вплоть до сверхпрочного боескафандра, в корпусе которого можно было буквально в считанные секунды вырастить мощные системы вооружения, ионно-вихревые двигатели и вообще всё, что угодно.
Это можно было бы назвать прорывом, но борнит был крепко-накрепко привязан к здоровенному управляющему компьютеру это, во-первых, а, во-вторых, как ни бился над этим Микки, связь эта, осуществлявшаяся посредством кабеля толщиной с его бицепс, а он у графа был о-го-го каким, была неустойчивой и могла прерваться в любую секунду, сковав испытателя внутри себя, как в глыбе гранита. Наладить систему связи было не сложно и уже через минуту, другую, всё приходило в норму, но иметь такой боескафандр Микки и врагу не пожелал бы. Разве что самому заклятому.
Сегодня они с Синтией испытали восемнадцать борнитовых лепёшек и у них не произошло ни одного сбоя в системе связи, но это его нисколько не обрадовало. Подождав, когда борнитовая бестолочь превратится в удобное, но несколько жестковатое здоровенное кресло, он сказал дочери:
– Син, на сегодня хватит. Бьюсь об заклад, все остальные борниты тоже в полном порядке. Нам нужно прекращать эти испытания.
Синтия, одетая в одну только мягкую галанскую броню, отчего казалась совершенно голой, кивнула головой и быстро покинула испытательный бокс. Шлюз открылся и она, выйдя наружу, спросила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
