Уже очень скоро он понял, что не зря сканировал планету. Нечто необычное происходило буквально у него под носом, а точнее под островом Равелнаштарам. У поверхности всё было в полном порядке, но вот начиная с глубины в двенадцать километров он заметил весьма неприятные признаки, так как вдоль тела генератора искажения времени кверху поднимались горячие газы и рассолы. Когда же он бросил свой телепатический взгляд ещё ниже, то чуть не закричал от ужаса. Кора в этом месте и так была не очень толстой, поскольку под островом располагалось нечто вроде купола, под которым в мантии, словно спицы гигантского зонтика, расходились от генератора его мощнейшие энергетические станции, извлекающие энергию прямо из раскалённых недр планеты.
Планетарная кора над купола стала ещё тоньше и теперь раскалённая до огромных температур магма омывала собой едва ли не пятую часть генератора и с очень большой скоростью как бы размывала и истончала кору вокруг него, поднимаясь кверху, чтобы породить ещё один гигантский вулкан. О том, что произойдёт в таком случае, Гар даже не хотел думать, поскольку это грозило катастрофой не только всему Галану, но и окружающим их звёздную систему мирам. То же самое хотел некогда устроить на их планете Оскар, это древнее чудовище. В тот день, когда его друг пошел на штурм, Гар Салри был в Варкенардизе и хотя являлся, как и сейчас, трао, Велимент взял его с собой и поэтому ему посчастливилось принять участие в бою против боевых роботов и тяжелых автоматических танков. На этот раз всё происходило совсем по другому, но угроза была практически идентичной по своим последствиям.
Гар немедленно надел на голову ментокоммуникатор и записал всё, что он видел, в память своего аналитического компьютера, после чего, не прерывая процесса сканирования, принялся строить математическую модель процесса. Причиной такого поведения мантии Галана являлось то, что они построили огромный термоядерный реактор и тем самым разгрузили энергетические станции генератора искажения времени. В следствии этого они перестали поддерживать тепловой баланс под островом и вызвали мощные конвекционные потоки магмы, которые и стали размывать кору. Этот процесс зашел так далеко, что теперь его уже было трудно чем-либо остановить. К тому же судя по всем расчетам, времени на спасение их мира оставалось очень мало, всего каких-то семь месяцев, после чего последует чудовищный взрыв и гибель всей их цивилизации. Не уцелеет даже Обелайр, не говоря уже о Галане и других планетах.
Собрав в кулак все силы, чтобы не закричать, Гар принялся искать выход из создавшейся ситуации, но не успел обдумать и одного единственного варианта спасения, как в его голову огромным молотом ударило прошлое и он вспомнил о том, что произошло в Кируфе пятьдесят один год и четыре месяца тому назад. Тот галанец, которого он ненавидел более всего, хотя Жано и говорил ему, что он ни в чем не виновен, – Кируфский Отравитель, был никто иной, как он сам. От этого Гару Салри сделалось так больно, что слёзы невольно потекли у него из глаз. Память о том, кем он был на самом деле, вернулась к нему со скоростью шквала и ударила в него с такой же лютой мощью и беспощадностью.
В доли секунды к нему вернулась и его молодость, отравленная Латоном Квинтерусом и все те преступления, которые он совершил под воздействием его зомби-яда, пытки, истязания, убийства. Но самым страшным из них было отцеубийство. Это было так мучительно, что Гару не хотелось жить, особенно из-за того, что крейг пощадил его и просто стёр ему память на долгие годы вместо того, чтобы лишить жизни в страшных муках. Что же, это было вполне поправимо. На его взгляд Кируфский Отравитель не имел права жить на этом свете. Правда, сначала ему нужно было вернуть все долги, как Гару Салри, начальнику вулканологической службы ордена.
Поэтому он первым делом известил о грозящей катастрофе секонд-магистра Зеттуриона и отправил ему подробное донесение, после чего, взяв в руки золотую вечную авторучку, подарок матери на его настоящий день рождения, принялся писать завещание на первых же попавшихся ему под руку листках бумаги, уместившееся всего на трёх страницах, закончив которое, Гар принялся писать покаяние. Это тоже не заняло слишком много времени. Ему осталось лишь подписать его, как дверь в кабинет открылась и на пороге появилась его жена Сильвия, одетая в тёмно-синее платье старинного фасона. На её лице были написаны боль, тревога и забота одновременно. Однако, эта женщина-андроид, ставшая матерью его детей, подойдя к мужу прежде всего влепила ему звонкую пощёчину, а уж потом громким голосом сказала, комкая исписанные им листки:
– Не смей даже думать о том, чтобы уйти из жизни, принц Гарендир. Этим ты не очистишь своего имени, а только навлечёшь позор на наших детей и внуков, показав всему миру свою слабость.
Гар уронил голову на руки и глухим, сдавленным от душевной боли голосом спросил:
– Что же мне теперь делать, как жить дальше?
Эмилия села к мужу на колени и, обняв его, тихо ответила:
– Гар, любимый, продолжай жить так, как ты жил до этого дня, так, как будто ничего и не было. Ты ведь не осуждаешь своего друга Малакая за то, что он столько лет вынашивал планы свержения дома Роантидов, а ведь он, в отличие от тебя, не был зомбирован и действовал по своей собственной воле. Ты простил ему это потому, что он в критический момент бросился спасать Галан. Твой отец, король Бастиан, тоже нашел в себе силы жить дальше, хотя его вина намного больше твоей, ведь он не смог уберечь тебя от своих заклятых врагов. Даже крейг помиловал тебя, но он же и дал тебе право ходить с гордо поднятой головой. Ну, а если кто-то станет злословить на твой счёт, любимый, то и на него найдётся управа.
Только теперь Гар сообразил, что его жена знает очень многое, если не всё о его прежней жизни. Взглянув на неё молящим взглядом, он спросил:
– Эмми, ты знала кто я такой?
– Да, любовь моя. – Ответила она спокойно – Я и мой отец Хендрик. Когда секонд Зеттурион писал для тебя навспираго, именно я попросила его сделать так, чтобы ты полюбил вулканы. Гар, любовь моя, я полюбила тебя ещё тогда, когда ты был в объятьях крейга. Потом, когда ты стал приставать к Раймуру со своей идеей заняться изучением вулканов вплотную, я прибыла в Варкен вовсе не за тем, чтобы работать в новом институте, а чтобы встретиться с тобой потому, что знала точно, ты обязательно полюбишь меня, ведь я же тебя уже любила больше жизни. Гар, никто на Галане не считает тебя виновником трагедии в Кируфе, а все те книги и статьи, в которых тебя обвиняли, были написаны мною, Зетом, Микки и даже Жано только за тем, чтобы мы могли обрушиться на эти пасквили со всем гневом и яростью. Помнишь, как мы с тобой поссорились из-за того, что я ругала жалкого писаку, который скрыл своё имя за псевдонимом? Он ведь стоял тогда рядом и ухмылялся, поддакивая тебе, хотя на самом деле Жано никогда не считал принца Гарендира ничтожеством, ведь это на его глазах ты выпил кубок с крейгом. Никто на всем Галане и уж тем более в Кируфе не считает тебя преступником, принц Гарендир. Все знают о том, что ты сам выпил крейг и что тебя помиловал не наш император, а сама Великая Мать Льдов. Поэтому твоего возвращения с таким нетерпением ждёт Кируф. Горцы знают о том, что ты в образе навспираго живёшь в Варкене и кое-кто давно уже вычислил тебя. Во всяком случае все рыцари Братства знают, что Гар Салри и принц Гарендир это один и тот же человек. Это именно для тебя они оставили свободным место Верховного магистра своего ордена, который ты так уважаешь, Гар. Поэтому забудь о своей минутной слабости и готовься к возвращению в Кируф. Там наш дом и твоё место рядом с отцом и матерью. Они ждали этого дня не меньше моего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
