свободное время Рей много читал. Джейн составила для него новый список, сказала: «Вкус к хорошей литературе я тебе привила, теперь можешь браться за что-то посерьезнее, чем приключения и детективы». Начал он по её совету с Библии. И ведь верно она отметила, большая часть из тех, кто называет себя христианами, эту книгу целиком никогда не читал. Вот и Фостер с удивлением обнаружил, что знал священное писание совсем плохо.
Дальше — мифология древнего мира и исторические романы. Как говорила Джейн, чтобы понимать настоящее, нужно хорошо знать прошлое. И Фостер с интересом узнавал о древних цивилизациях, о быте людей в древней Греции, Египте, Риме. Если отбросить пафос, можно найти много параллелей с его жизнью, особенно когда описывались войны и армии. Он зачитывался историями про Александра Македонского и Юлия Цезаря. Это позволяло отвлечься от тоскливой жизни в Колумбии.
Рапорт Фостера отклонили после месяца «рассмотрения», хотя кто его рассматривал? Время тянули. Но Рей не намерен был сдаваться и тут же написал новый. И попытался подключить связи – старых друзей отца, которые занимали высокие чины в командовании Северного Блока, надеясь на их поддержку.
А пока старался делать свое дело как умел. Пусть хотя бы его рота ведёт себя как настоящие военные, а не как сброд. Фостер следил за дисциплиной, устраивал занятия по огневой подготовке, заставлял солдат бежать кросс по грязи и под дождем, не зная пощады. И сам бежал с ними, чтобы не терять форму. Зато когда ребята делом заняты меньше времени остается на всякие глупости. Попытки распродавать казённое имущество пресекал на корню. С пьянством боролся грозно, а если заставал кого-то под кайфом, отправлял на месяц в лазарет под капельницы и обещал в следующий раз пустить пулю в лоб. Своего зама он как мог заваливал работой, чтобы тот головы поднять не успевал. Так надеялся отбить у него интерес к чужим делам.
Сидеть безвылазно на территории части не было больше сил и Фостер сам напросился в начальники городского патруля. Экстра взял с собой, они заслужили прогулку – исправно отгоняли от бараков их части комарье и ползучих гадов.
Ла-Сьюдад-Верде городом, по мнению Фостера, назывался совершенно незаслуженно. Так, грязная деревенька со старыми кривобокими домами, заплеванными проулками и неасфальтированной дорогой, которая от вечных дождей размокала и становилась непроходимой. Самым высоким зданием здесь была комендатура, которая расположилась в конфискованном у местного наркобарона трехэтажном особняке за высоким забором с колючей проволокой.
Фостер быстро понял, почему никто не рвался ходить в патрули в город. Помимо всего перечисленного выше, вездесущие мальчишки-карманники ловко избавляли зазевавшихся прохожих от кошельков и часов. Местные жители буквально преследовали военных, предлагая им свои товары или пытаясь втянуть в азартную игру. Даже наперсточники здесь обнаружились, хотя Рей был уверен, что этот вид мошенников уже давно себя изжил. Но нет, находились идиоты, готовые сыграть!
Сержант Итан, стоило Фостеру оставить его на пятнадцать минут, нашелся у стола, где щуплый старик в грязном балахоне ловко менял местами деревянные стаканчики, предлагая угадать, где находится шарик.
— Сержант, ты идиот? — спросил Рей. — Не знаешь, что этот старый пройдоха оберет тебя до нитки? Нет шарика ни в одном из стаканов. Он его вытащил и спрятал. Так что следи-не следи, гадай-не гадай, результат известен заранее.
Наперсточник напрягся при появлении офицера, но продолжал крутить стаканы, безуспешно отбиваясь от мелких мошек, роившихся перед его лицом.
— А я думаю, что шарик здесь, — Итан указал длинным пальцем на средний стакан.
Старик переспросил его, и сержант утвердительно кивнул.
— Сейчас, когда он откроет стакан и шарика там не окажется, мы с тобой откроем другие, чтобы он не успел подбросить шарик, и потом отведем старика в участок, — вздохнул Фостер. — Будет урок вам обоим.
Фостер, конечно, мог приказать сержанту уйти, но хотел проучить парня. Лучше его облапошат здесь, в присутствии Фостера. У стены вальяжно курят двое мужчин, почти не скрывая оружие за поясом,надо проследить чтоб не намяли придурку-сержанту бока, когда закатит скандал.
Старик, отмахнувшись от мошек, поднял средний стакан. И, к удивлению, Фостера, пестрый стеклянный шарик оказался под ним. Лежал, нагло переливаясь на солнце гладкими боками.
— Я же говорил, сэр, — ухмыльнулся Итан.
— В первый раз они дают выиграть «лоху», чтобы тот повышал ставку. Может еще пару раз угадаешь. Но не больше.
— С вашего позволения, я рискну, сэр, — сказал Итан и положил на стол десятку. Большие деньги для этой местности. — Я уверен, что сумею обыграть этого ловкача.
Вокруг собиралась толпа. Подтянулась Токсик, ходившая за лимонадом, откуда-то появилась улыбчивая Лола, толстобокая Мария Вильянуэва и куча незнакомых людей.
— Ты идиот, если веришь, что в эту игру можно выиграть, — заявила Токсик и сверкнула ярко-зелеными глазами.
— Спорим на сотню, что у меня получится, Эли? — ухмыльнулся Итан.
— Сержант, почему ходишь по городу без очков? — строго спросил Фостер. — Надеть, немедленно!
— О, простите, сэр… сейчас… — Элайза похлопала себя по карманам. — Нету… Не могла же я их потерять? Итан, у тебя запасных нет?
— Нет. К тому же, мои тебе не подойдут, ты же знаешь, у меня зрение минус один, очки с рассеивающими линзами, — ответил Итан, наблюдая как старик быстро двигает по столу стаканы. По столешнице ползали крупные осы и наперсточник пытался отогнать их, размахивая краем балахона.
В очередной раз удача оказалась на стороне Инсекта, и он сделал новую ставку.
— А вы, сэр? — спросил наглец Фостера. — Не против небольшого пари?
— Да запросто, — фыркнул Фостер. — Проиграешь — сто нарядов вне очереди. По кухне и туалетам.
— А если выиграю, получу две недели увольнительных.
— Недели хватит, наглая твоя рожа.
— По рукам! Здесь! — Итан указал на стаканчик слева и снова угадал.
Но его везение не могло продлиться долго. Сейчас старик поймет, что рыбка заглотила наживку и начнет подсекать.
Но Итан раз за разом стабильно угадывал. Старик сначала выглядел удивленным, потом начал злиться. Он бил себя по щекам, в попытках прогнать надоедливых мошек. Фостер подумал, почему Итан не отгонит их? Чёрт! Ну конечно! Этот парень не играет вслепую. Знал ведь, что спорить на деньги с экстра – занятие глупое, сколько раз сам смеялся над наивными офицерами, которые проигрывали такие пари и теперь сам сглупил.
Крупные осы ползали по рукам наперсточника, заползали в широкие рукава. Когда в десятый раз сержант выбрал правильный стакан, наперсточник закричал, гневно тыкнул скрюченным пальцем в Итана. Фостер не знал, что значит «estafador», но предполагал, что сержанта обвинили в нечестной игре.
Старик
