— Ну что ж, тогда можете идти к экстра-курам. Мы сами донесем саквояж Марка наверх. Он всегда путешествует налегке.
Миссис Дан скрылась в доме.
— Марк, — сказала Шейла, — это моя любимая подруга Гейла Френсис. Гейла, это Марк Хоктон.
— Я очень рад познакомиться с вами, мисс Френсис. — Марк поднял к губам ее руку и поцеловал.
— Я тоже очень-очень рада, мистер Хоктон, — смущенно сказала Гейла. — Шейла много рассказывала мне о вас.
— Надеюсь, только хорошее? — шутливо спросил Марк, обезоруживающе улыбаясь.
В это время на веранде появилась Трисия.
— Что за идиотский шум? — Она осеклась, уставившись на Марка.
Глаза ее широко раскрылись от неожиданности, но тут же сузились, выражая полное одобрение столь совершенной мужской красоте.
— Привет всем, — сладко картавя, произнесла она и умильно улыбнулась.
— Здравствуйте, — приветливо отозвался Марк. Он привык к тому, что людей ошеломляла его внешность, и никогда не забывал, что выглядит очень эффектно.
Шейла представила их друг другу. Трисия жеманно приложила руку к груди и воскликнула:
— Ты бы хоть предупредила меня, Шейла!
— Я сама не ожидала. Приезд Марка — потрясающий сюрприз.
— Надеюсь, это не причинит вам особого беспокойства? — вежливо спросил Марк.
— О, нет-нет! Это просто в качестве извинения, что я не одета.
— Я нахожу вас совершенно очаровательной, миссис Хоуэл.
— Прошу вас, зовите меня Трисия.
Она с неудовольствием окинула взглядом свое платье.
— Я как раз собралась в город, у нас назначена небольшая встреча на сегодня. Я немедленно позвоню и скажу, что не приеду.
— Только, пожалуйста, не меняйте из-за меня своих планов.
— О нет, даже слышать не хочу о том, чтобы пропустить ужин в вашем обществе. Шейла столько рассказывала о вас, — на одном дыхании протараторила Трисия. — Извините, я вас оставлю на некоторое время. Дорогая, будь добра, принеси мне то платье, которое я просила приготовить. — Последнюю просьбу она адресовала Гейле, прежде чем скрыться за сетчатой дверью.
— Трисия! — недовольно вмешалась Шейла. Но Гейла положила ей руку на ладонь и сказала:
— Ничего-ничего, Шейла. Я все равно пойду наверх, чтобы посмотреть комнату для гостя. А ты побудь с мистером Хоктоном.
— Но ты же не горничная Трисии! В следующий раз, если она будет приставать с поручениями, пошли ее к черту.
— Сначала надо купить ей туда билет, — сказала Гейла, ласково улыбаясь, и ушла в дом.
— Прелестная девушка, — сказал Марк, когда дверь за Гейлой закрылась. — Эта не та самая, которую…
— Да, — кивнула Шейла.
Во время их долгих трансатлантических телефонных разговоров она рассказала ему о Гейле.
— Трудно поверить. — Он покачал головой. — Но ты поистине спасла ее.
— Мы подруги. Она бы тоже сделала это для меня. Марк провел рукой по ее волосам. Его глаза светились любовью и обожанием.
— Это, значит, твое жизненное кредо?
— Ты о чем?
— Спасать людей, которым до смерти необходима дружба? Мне вспомнился один лондонский бродяга, когда-то бежавший из Америки, который был отчаянно одинок. Ты пригрела и его.
— Память подводит тебя. Это именно то, что он сделал для меня.
Она приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала его в губы.
— Я никогда не смогу отплатить тебе за все. Благодарю тебя за приезд. Я даже не представляла, как ты нужен мне, пока не увидела тебя сегодня воочию.
И как всегда, когда не было посторонних, улыбка ее приобрела оттенок горечи и насмешки над собой.
— До того, как вокруг нас снова станет чересчур многолюдно, покажи мне Бель-Тэр.
— С чего начнем?
— Ты говорила, у вас есть лошади?
Когда Шейла спустилась к столу в легком ситцевом платье с оборками из муслина, Трисия уже вела Марка в гостиную. Шейла сразу заметила превращение, произошедшее с сестрой. На ней было выходное платье, гораздо более нарядное, чем приличествовало случаю. Но то, что Трисия выбрала именно это платье, было неудивительно: оно как нельзя более обтягивало ее стройную фигуру и выставляло напоказ тронутую загаром грудь.
При виде Шейлы глаза Марка вспыхнули радостью. Он подошел к ней и, взяв ее руки в свои, поцеловал в щеку.
— Какая ты красивая. Этот удушающий климат действует на тебя, как теплица на орхидею. Налить тебе?
— Да, пожалуйста.
Зардевшись от удовольствия, она устроилась на своем любимом месте, а Марк, уже успев освоиться с буфетом, готовил ей джин с тоником. Его сосредоточенность не ускользнула от Трисии, чье возбуждение дошло до точки кипения с момента появления Шейлы.
Марк поднес Шейле бокал и хотел сесть рядом, но Трисия похлопала по дивану рядом с собой, и он вежливо принял ее приглашение.
В этот момент вошел Кен и окинул всех мрачным взглядом.
— Здравствуй, Кен, — приветливо сказала Шейла.
— Я звонил тебе в контору. Болван, взявший трубку, сказал, что в больнице что-то произошло. Я звонил в больницу. Никто не мог мне ничего толком объяснить.
— Ничего страшного не произошло. Просто папу завтра выписывают из больницы.
Но эта новость не смогла согнать морщины с хмурого лица Кена.
— А ко мне неожиданно приехал Марк, — заторопилась Шейла. — Все произошло так внезапно, что сразу у меня просто не было возможности позвонить тебе.
Она представила его Марку. Марк встал, и рука Трисии соскользнула с его колена. Мужчины пожали друг другу руки, причем мрачное выражение лица Кена не изменилось. Шейла заранее была уверена, что Кен возненавидит Марка с первого взгляда. Видимо, так и случилось.
— Может, кому-нибудь налить еще стаканчик? — спросил он, приближаясь к буфету.
Он бросил взгляд на жену, которая полностью завладела Марком и рассказывала ему о своих победах в качестве королевы Лорентского округа.
Шейла была вне себя. Почти час она наблюдала, как Трисия гладит бедро Марка. Она терпела, сколько могла, и жеманство, и наглый флирт, и отвратительные сахарные воспоминания, пока не почувствовала, что дошла до предела.
Чего она добивается? Чтобы Шейла ревновала? Или это делается назло Кену? А может, просто Трисия так развлекается? Она узурпировала право на Марка, а тот слишком вежлив, чтобы выразить неудовольствие. Так или иначе, все это гадко до тошноты.
— Обед готов, мисс Крэндол, — провозгласила миссис Дан, появившись под аркой.
— Благодарю вас. — Шейла была настолько рассержена, что с трудом говорила. — Мы идем.
Трисия бросила на кухарку ненавидящий взгляд за то, что та обратилась со своим приглашением к Шейле, а не к ней. Затем захватила в свою собственность локоть Марка и встала вместе с ним, исподволь прижимаясь к нему грудью.
