— Такая удача! Миссис Дан была поваром в школьной столовой, и у нее хорошие рекомендации. Несколько лет назад ей пришлось оставить работу из-за болезни мужа. Когда он умер, она подала заявку в агентство в Новом Орлеане, которое учитывает желающих найти работу по ведению домашнего хозяйства. Я позвонила туда, и мне дали ее телефон. Удивительное совпадение, правда? Ей даже не надо менять место жительства. А мне можно больше об этом не думать. Она даже согласилась ухаживать за папой. — Шейла замолчала, улыбаясь во весь рот. — Ну, что ты об этом думаешь?
— Не будет ли ее стряпня иметь привкус школьной столовой?
— Хуже, чем готовила миссис Грейвс, ничего быть не может. — Шейла передернула плечами. — Где только Трисия нашла такую мумию?
— Откуда я знаю? Это ее забота, — ответил он, устраиваясь поудобнее.
— Почему ты не вмешался, когда она выгнала Веду, Кен?
— Это тоже не моя забота, — сразу окрысился он. — В отличие от тебя, мое детство прошло не у нее на коленях. Для меня она была просто кухарка, каких тысячи.
— А для меня она была членом семьи, — с болью произнесла Шейла. И чтобы отвлечься от тяжелых воспоминаний, она спросила:
— А ты зачем пришел?
Она только теперь заметила, что он избегает ее взгляда и нервничает, словно школьник перед экзаменом.
— На самом деле я пришел сюда по личному делу. Шейла вздохнула и встала с кресла:
— Если насчет Гейлы, то свое слово я уже сказала.
— Нет, я хотел поговорить совсем о другом. Она присела на край стола, скрестив ноги.
— Тогда о чем?
— О деньгах. — Он наконец отважился взглянуть ей в лицо. — Мне нужны деньги.
— По-моему, сейчас это наша общая нужда, — слегка улыбнулась она.
Он тоже попытался улыбнуться, но как-то неопределенно и мимолетно.
— Я имею в виду — сейчас, немедленно. Его лицо стало очень серьезным, не оставляющим повода для шуток. Шейла спросила в тон ему:
— Сколько, Кен?
Он приподнялся на стуле и прочистил горло:
— Десять кусков.
— Десять тысяч долларов? — Она даже не пыталась скрыть свой ужас. — Кругленькая сумма.
И снова его улыбка увяла, не успев появиться.
— Не подумай чего-нибудь дурного, но это страшно важно, Шейла! Иначе я не ползал бы тут, выклянчивая подачку, как нищий. Поверь, тебе лучше не знать, для чего мне нужны деньги. Притом я же прошу взаймы. Я обещаю вернуть.
— Мне ни к чему твои обещания и объяснения. Раз тебе нужны деньги, значит, они тебе нужны.
— Так ты дашь мне взаймы?
— Я бы рада, но не могу.
— Не можешь?
— У меня их нет.
— У тебя…нет?
Он повторял каждую ее фразу бесцветным голосом, и это безмерно раздражало. Но она старалась не терять выдержки.
— Я буду едва сводить концы с концами, прежде чем получу мой следующий чек.
В каком-то оцепенении Кен провел рукой по волосам.
— Какой еще следующий чек?
— Деньги, полученные мной от мамы, я передала доверенному лицу. Первого числа каждого месяца мой лондонский адвокат перечисляет мне проценты. Я ни разу не трогала основной капитал и сделаю это только в случае крайней необходимости.
— То есть ты не можешь пользоваться своими деньгами, даже если захочешь?
— Я могу, но, если я возьму крупную сумму, мне придется платить штраф и потом возместить ее. Кроме того, если «Крэндол Логинг» не выберется из прорыва и не сможет выплатить заем, мне придется взять часть наследства в качестве залога для нового кредита. Поэтому я не хочу сейчас трогать капитал.
Кен начал бесцельно ходить из угла в угол. Он выглядел как человек, зашедший в тупик. Шейла с сочувствием следила за ним.
— Я думаю, ты можешь оформить себе ссуду в банке.
— Мой босс не хочет давать мне под залог моего наследства, потому что я не имею права трогать его, пока мне не исполнится сорок лет. А больше мне нечего представить в залог.
— А Трисия? Он махнул рукой.
— Она потратила деньги матери несколько лет назад, с тех пор перебивается тем, что выпросит у Коттона или у меня из моей жалкой зарплаты.
— Когда дело снова встанет на твердые рельсы, я позабочусь о том, чтобы ты получил достойное повышение.
— Тогда это не будет иметь для меня никакого значения, Шейла! — закричал он.
Но, заметив ошеломленное выражение ее лица, подошел к ней и сжал ее плечи.
— Прости меня. Я не хотел кричать на тебя.
— Кен, ты меня пугаешь. Неужели у тебя такое отчаянное положение?
Ее сочувствие насторожило его. Он не хотел, чтобы она узнала слишком много. Заставив себя улыбнуться, он сказал:
— Ну не настолько отчаянное, чтобы еще и ты начинала волноваться. — Он провел пальцем по ее лбу, разглаживая морщину беспокойства. — Как-нибудь обойдется. Что-нибудь придумаю.
Его палец не остановился, спускаясь все ниже, гладя щеку, канавку под нижней губой, округлый подбородок.
— Ты такая красивая. И такая сильная. — Из его груди вырвался вздох обожания. — Господи, Шейла, если бы ты только знала, какое очарование от тебя исходит. По-моему, даже воздух потрескивает, когда ты входишь в комнату.
Шейла отвернулась.
— Не надо, Кен. Я уже много раз просила, чтобы ты не дотрагивался до меня.
— Ты знаешь, что я все еще хочу тебя. И я знаю, что ты все еще хочешь меня.
Шагнув к ней, он сильно обнял ее. Она попыталась оттолкнуть его, но он только крепче сжал руки.
— Нет, Кен.
— Почему нет, Шейла? Мы совсем одни.
— Не совсем.
Насмешливый посторонний голос заставил их мгновенно разойтись в разные стороны.
Прислонясь к дверному косяку, на пороге стоял Кэш Будро.
— Мне жаль нарушать столь нежную сцену, но мне необходимо поговорить с тобой, мисс Шейла.
Стараясь выглядеть спокойной, хотя и сомневаясь, что ей это удается, она сказала:
— Заходи, Кэш. Кен как раз собирался уходить. У Кена отвисла челюсть:
— Ты отсылаешь меня, чтобы поговорить с ним? Она решила, что потом извинится перед Кеном.
— У меня с Кэшем деловой разговор. А наши с тобой проблемы вполне можно решить в другое время. Его взгляд загорелся бешеной ненавистью.
— Конечно, можно, — коротко сказал он и, выходя, задел Кэша плечом.
Кэш подождал, пока автомобиль Кена не скрылся за мостом и пыль не улеглась. Затем повернулся к Шейле:
— Так это и есть та работа, за которую он в последнее время получает жалованье, — поддерживает гормональное равновесие хозяйки?
— То, чем мы с Кеном занимались здесь, останется между ним и мной.
— Осталось бы, кабы не было так очевидно.
— Но это совершенно не касается мистера Будро. Атмосфера в комнате стала взрывоопасной. Казалось, стоит зажечь спичку — и старый сарай взлетит в воздух. Кэш попросту сдирал с нее кожу своим взглядом. Она отвечала ему тем же. Шейла скорее бы согласилась быть проклятой навеки, чем унизиться до оправданий. Пусть думает, что хочет.
