я в рубашке родился, – сказал он повеселевшим голосом. – А дни рождения, особенно те, что во второй раз, принято обмывать как положено. Так что с меня причитается.
– Вот это уже разговор мужчины, – поддержал друга Дмитриев. – К тому же у меня, как тебе известно, есть тоже повод напиться.
– Вперед? – махнул в сторону машины Николай.
– И с песней.
Пока продолжались разборки Матерого с Басмачом и до того самого момента, как вступил в игру Дмитриев, за ними следили не только те, кто непосредственно участвовал в операции, но и люди Свиста, потому что именно ему было поручено воровским сходом взять под контроль развязку конфликта между бригадой Бауэра и чеченской группировкой.
Костыль и Серый повели машину Матерого неподалеку от заимки. Они преспокойно пропустили машины чеченцев, потому, как, приказ был отслеживать только Матерого и его людей.
По распоряжению Свиста в задачу входило сопровождать Матерого до места назначения и, не вмешиваясь в предстоящую разборку, дожидаться её исхода.
Костыль, следя за идущими впереди машинами, совершенно не обратил внимания на серую «Волгу», которая пристроилась им в хвост, как только «БМВ» последовала за группой Матерого.
Еще два дня назад Шепелев, узнав от своих осведомителей о принятом ворами решении взять на контроль разборку, сразу же доложил об этом генералу.
До поворота на стрельбище оставалось не больше двух километров, когда вдруг из кустов появились сначала милицейская фуражка, затем инспектор, вслед за ним жезл, который, как только «БМВ» оказалась в непосредственной от него близости, подал команду остановиться.
– Ну, блядь, – сорвалось с губ Костыля, – как всегда не вовремя.
– Ты чё, нарушил, что ли? – подал голос Серый. – Здесь же разрешено до девяноста.
– А хрен его знает, – не уверенный в своей правоте, Костыль, остановившись в нескольких метрах от инспектора, привычным движением достал дежурную пятисотку.
– Ваши документы, – последовало после того, как инспектор, подойдя, постучал по окну жезлом.
Костыль не скрывая недовольства, протянул деньги и права.
С невозмутимым видом старший лейтенант проверил документы, после чего, вернув пятисотку, попросил выйти из машины.
– Допустимая скорость движения на данном участке девяносто километров, прибор показал сто пятнадцать. С такой скоростью вы двигались. И это является нарушением.
Не обращая внимания на обескураженный вид Костыля, инспектор сунул тому под нос похожий на пистолет прибор, на табло которого ярко-красными буквами горели обозначающие скорость автомобиля цифры.
– Значит, так, – сверив номер, инспектор сунул права Костыля в карман: – Оформим протокол, выпишем штраф, и только потом можете следовать дальше.
– Слушай, командир, давай я заплачу прямо здесь, – пролепетал Костыль. – В два раза больше. Мне ехать надо….
– Прошу пройти к машине для заполнения протокола, – с непроницаемым видом повторил инспектор и, подойдя к «Жигулям», протянул изъятые документы в открытое окно сидевшему за рулем напарнику.
– Ты, человек или?.. – не выдержал Костыль.
Из салона появилась голова Серого.
– Слышь, командир, тебе же русским языком сказано, мы торопимся. Давай по-хорошему и без копоти: мы тебе бабки, ты нам документы. Купишь себе пивка, детям мороженое, бабе цветы.
– Значит, так, – побагровев инспектор, впился взглядом в Серого, – вас попрошу не вмешиваться, а нас, – он повернулся к Костылю, – открыть багажник.
– Тебе чё, начальник, погоны носить надоело, – не унимался Серый.
Инспектор, сделав шаг в сторону, сбросил с плеча автомат.
–– Слышь, Витек. Прошманайка тачку, а то ребята слишком борзые попались. .
Костыль с Серым замерли в полной растерянности.
У обоих под сиденьями были спрятаны волыны. Для того чтобы найти их, не надо было прикладывать каких-либо усилий. Достаточно отодвинуть коврики и, чуть подковырнув надрезанный в двух местах утеплитель пола, достать из тайника стволы.
Судя по бледным лицам Костыля и Серого, можно было догадаться, что для них наступали не простые времена.
Надо было что-то срочно предпринять, но дуло направленного на них автомата показывало, что делать этого не стоит ни при каких обстоятельствах.
Вскоре из салона «БМВ» высунулась голова второго инспектора, а следом за ней и рука, держащая пистолет.
В следующую секунду раздался звук взведенного затвора. А меньше, чем через минуту звонко щелкнули наручники на запястьях Костыля и Серого.
– С этого дня ребятки, я считай, уже не старший лейтенант, а капитан, – расцвел в улыбке инспектор.
– Так что пиво для себя, мороженое детям и цветы жене я сегодня куплю обязательно, как вы и советовали.
Глава 18
Откровение
Достав из кармана мобильник, Дмитриев набрал номер телефона банка и, отдав необходимые указания, вопросительно взглянул на Матерого. – Так куда? В подвальчик?
– А может, ко мне? Заедем в супермаркет, наберем всего, чего душа желает, оторвемся по полной.
– Годится, – согласился Константин. – Заодно и на твою волчью нору гляну.
– Слышал, Саша, – повернулся Дмитриев к водителю, – вези нас в указанном направлении, гулять будем. Но для начала завернем в сельмаг.
Друзья переглянулись и расхохотались.
– Слушай, Константин! – решил продолжить разговор Николай. – А как так получилось, что ты оказался возле избушки, Крест наверняка, прежде чем сунуться, всё вокруг проверил на сто раз?
– Невтерпёж узнать, откуда я взялся?
– В общем-то, да.
– Ну, тогда слушай. При разработке операции было принято решение, кроме снайперов в лесу, спрятать за поленницей дров бойцов спецназа. Как ты уже знаешь, спецы ночью напихали в хату столько жучков, что при желании можно было услышать даже мышиный храп. Кроме того, не трудно было догадаться, что Басмач обязательно кого-нибудь посадит в погреб, на всякий случай. Не зря же он взял у Степаныча ключ от подвала. И всё бы ничего, если бы в последний момент чеченцы не изменили план, который до последнего держали в секрете. Только утром мне Кречетов сообщил, что главную скрипку будет играть не кто иной, как сам Крест. Зная о том, что я давно ищу эту сволочь, он без колебаний дал мне зеленый свет на участие в операции.
Поначалу я тоже хотел схорониться за поленницей, но, зная осторожность и недоверие Креста, решил не рисковать.
Крест прибыл на место задолго до того, как прибыл туда ты, и сразу занял позицию на чердаке дома. Предварительно всё вокруг подробнейшим образом проверил, не забыв заглянуть и в подвал, и за поленницу дров. Чувствовал, гад, что не просто так ты их в глухомань заманил.
Обо всём этом мне рассказал Кречетов, а ему его ребята, которые вели Креста от самой Москвы.
Я же в это время находился в машине, и знал всё, что происходило на базе. Когда ты и Басмач остались одни, Крест начал спускаться с чердака, я же, по команде
