тело Дурнушки в первый раз попробовало алкоголь. Более того, я ведь на диете, а теперь ещё и какая-то горючая смесь попала в желудок.
Это плохо…
Ноги уже стали ватными, а голова сильно закружилась. Лучше как-нибудь добраться до своей каморки и проспаться до самого утра. Не хочу лишних проблем. Ещё и перед глазами всё плывёт. Лицо пылает, и в сон клонит. Меня же не вырвет, да? Это было бы ужасно.
Медленно перебиралась по коридору вдоль стеночки, придерживаясь за неё руками. Я же в верном направлении иду? Эх, в этой темноте ни черта не вижу. Куда я дела сотовый? Можно было бы хотя бы фонариком подсветить. И вообще, разве мой секретарь не должен был позаботиться об электричестве? Неужели с оплатой забыли? Тц! Завтра же утром сделаю ему выговор. Хрен ему с маслом, а не отпуск. Не заслужил, сопляк.
А когда я сама брала отпуск? Смоталась бы куда-нибудь, где тепло, хорошо и можно отдохнуть и расслабиться. Это такое редкостное для меня явление. Хотя бы на пару недель.
Но ведь мы планировали выйти на азиатский рынок. Эх, нужно и графики спроса проверить. А ещё хочу позвонить в…
— Элион?
Элион? Кто такая? Где?
— Элион, почему ты так странно идёшь? — прозвучал мужской голос, а потом я вспомнила, что это, вроде бы, я. Ведь так? Обернулась и увидела самого красивого парня на свете. Высокий, с длинными чёрными волосами, алыми глазами и изящными пропорциями тела. Просто божество, а не человек. — Элион, ты вся горишь. Ты… — начал он, прикасаясь к моему лицу. — Ты… пьяна? Что ж… — вздохнул он, поднеся к моему лицу и вторую руку. — Позволь, я избавлюсь от алкоголя в твоей крови. Это не больно, но займёт минуту. Так что…
— Господи, какой же ты всё-таки красивый, — не раздумывая, произнесла я, вглядываясь в лицо Элвина. Парень так и замер с поднятыми руками. — Никогда не видела никого красивее. Словно создан из моих личных эротических фантазий.
— Ч… что?.. — только и смог вымолвить парень, смотря на меня и не моргая.
— Хм-м-м… — протянула я, шагнув к нему поближе. — Так сколько, говоришь, тебе лет?
— Д… девятнадцать… — всё ещё заикаясь, ответил он, при этом голос сухой и словно лишён всех жизненных сил. Он так и не опускал руки. Они зависли.
— Девятнадцать… — кивнула я. — Совсем мальчишка… Эх, мне бы вернуть двадцать лет назад… — мечтательно произнесла я, сладко улыбаясь. — Я бы тогда… хе-хе-хе…
— Но… тебе ведь всего двадцать два… — растерялся Элвин.
— А… Точно… — кивнула. — Ну, тогда никаких проблем, верно? — усмехнулась парню, после чего обхватила руками шею Элвина, приподнялась на носочки и… сплелась с ним в поцелуе.
Это был небольшой поцелуй, в котором я просто пробовала его. Мне хотелось увидеть реакцию. Как он поступит, что скажет, как отреагирует, но реакции не было. Никакой. Он просто замер. Остолбенел. Поэтому я подумала, что он не так-то и против, и вновь прильнула к его губам.
Элвин не понимал, что происходит. Не понимал, как реагировать на то, что я делала. Он не понимал, почему я это делаю, и я ли это. И всё же не отталкивал. Смотрел на меня, не моргая, в то время как я не стала изображать из себя девочку-подростка. С каждым мгновением становилась всё жаднее, ненасытнее и прекрасно осознавала, что терпение, которое я лелеяла всё это время, лопнуло и разлетелось в разные стороны, словно мыльный пузырь.
Как же я мечтала о нём всё это время. Он такой потрясающий. А его губы такие мягкие и тёплые. Разве можно остановиться?
Мои руки прошлись вдоль его тела, и я испытала непередаваемый трепет, когда пальцами ощутила каждый изгиб и каждую мышцу под тканью. Он реально словно шедевр скульпторов. Мечта — не меньше. В конце концов, мои ладони остановились на его бёдрах, крепко сжимая ягодицы парня. Такой плотный. Идеально!
От моих движений Элвин шумно задышал. Он испытал шок, но я не позволила ему даже пикнуть, лишь углубила поцелуй.
Элвин… Действительно, как самый редкий и самый желанный наркотик. Попробовав хоть раз, невозможно остановиться. Хочешь ещё, ещё и ещё. Я видела, как щёки Элвина заливаются лёгким румянцем, сливаясь с его глазами. При этом сами алые глаза полуприкрытые и слегка мутные. Он больше ничего не понимал. Тёмные волосы, красные глаза… почему-то этот парень напоминал мне конфеты «вишня в шоколаде» с небольшим количеством ликёра. Да, очень ему подходит. Так бы и съела, хоть я и на диете…
— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — прозвучал высокий женский голос, который буквально сверлом вонзился в мой мозг. Ох, какая высокая тональность.
Однако голос, что резанул слух, немного отрезвил, заставляя сделать шаг назад и посмотреть на его источник. М-да… кто бы сомневался.
— Привет, сестрёнка, — усмехнулась я шокированной Аннабель, которая смотрела на меня и на Элвина широко распахнутыми глазами и глубоко дышала с дрожью во всём теле. — Как жизнь молодая?
Похоже, это окончательно выбило её из колеи, так как она не выдержала и… убежала. Хм, походу, проблемы только начинаются. Но после посмотрела на Элвина.
Упс!..
Парень реально замер. Он тяжело дышал, не двигался и смотрел куда-то в пустоту перед собой, словно сознательно находился не здесь. Руки до сих пор приподняты, кажется, он что-то там хотел сделать с моей головой. И… передумал? В любом случае, наблюдая эту картину, я усмехнулась.
Дамы и господа, я только что уделала Короля Демонов. И заметьте: без вашего этого всемогущего святого меча. Хех!
Но сдаётся мне, что это не конец. Но какая разница? Пойду лучше спать. Завтра будет день: вот завтра и решу, что не так. Да…
Глава 18. Конец
— Мроу…
— Ещё пять минуточек…
— Мроу.
— Я не сплю, я медитирую…
— МРОУ!
— Как уже два часа дня?! — ахнула я, резко подскакивая с места, после чего мгновенно об этом пожалела, так как перед глазами замелькали звёзды, а в ушах зазвенело. Да и голова так заболела, словно в неё вновь камнем залетели. — У-угх! — с ноющим стоном плюхнулась обратно на подушку. — Голова…
— Мроу, — донеслось недовольное ворчание со стороны моих ног. Прямо напротив сидел Виноградик с недовольной мордой.
Чёрт возьми, чего же так голова болит? Что случилось? Ничего не помню. Так плохо, да и ещё тошнит, словно в день выпускного, когда я университет заканчивала. Тогда мы с моими однокурсниками гуляли всю ночь и так напились, что потом ещё несколько лет друг друга от стыда видеть не хотели. А общие фотографии за
