и проявлять непослушание. Возник интерес, поэтому я спокойно села в предложенное кресло. Все присутствующие с неким пренебрежением оценили мой внешний вид. Матушка даже скривила нос, прикрыв глаза. Ясно: видеть она меня всё же не рада. Отцу, похоже, было, в принципе, всё равно. Равнодушен и спокоен. Ему вообще плевать на то, что здесь происходило, однако, когда он смотрел на Аннабель, уголки его рта поднимались, и он улыбался дочери. Что касается другого мужчины, то он даже не скрывал своего презрения. И я вижу, как он смотрит то на меня, то на мою сестру, сравнивая нас. А после усмехается, подмечая очевидные различия.
Что происходит? Аннабель им рассказала о вчерашнем? Я глянула на сестру, но стоило нашим взглядам встретиться, как сестра тут же опустила голову, напрягаясь и избегая зрительного контакта. Она боялась? Наверное, но, похоже, родителям ничего не сказала. Пока не сказала.
— Что ж, — вздохнула матушка. — Не будем понапрасну тратить время. Сомневаюсь, что она хоть что-то поймёт из того, что мы сейчас скажем. Да и я бы хотела побыстрее покинуть поместье семьи Грей.
— Матушка! — настояла Аннабель, явно недовольная таким поворотом.
— Ах… — вздохнула женщина, тем самым давая мне понять, что всё происходящее, включая тот факт, что я всё слушаю, благодаря сестрице. Если бы не она, всё решалось бы без меня. — Хорошо, — согласилась графиня, гордо приподняв подбородок. — Как ни посмотри, а таковы правила. Итак, барон Бурбон, прошу вас познакомиться с моей… с моей… с нашим старшим отпрыском. Можете звать её Дурнушка. Дурнушка, познакомься, этот человек — твой жених.
Веселиться и застрелиться! Что?! Вот это чучело — мой женишок? Какого чёрта?! Да вы только взгляните на него! Я, конечно, понимаю, что вы меня терпеть не можете, и «подобное притягивает подобное», но, какого черта, я вас спрашиваю?! Раз оставили меня доживать свой век в этих каменных стенах, то и дальше бы не трогали!
А Аннабель знает? Ха! Вновь глаза отводит. Да и этот кабан смотрит на меня, как на кусок говна. Зато слюни пускает на молоденькую сестрицу, которая ему в дочки годится. О Боже… Дерьмовое средневековье! Совсем забыла о договорных браках. Но, подождите, мой статус выше, чем статус барона. Хотя, если мы поженимся, он может претендовать также на статус графа.
Так-так-так… Учитывая его статус, а также кучу золотых украшений, которыми он явно любит прихвастнуть, мужчине нужно положение в обществе. Я уже говорила ранее, что ради него аристократы готовы на многое. Положение, репутация, статус — зачастую это всё, что у них есть. Именно поэтому они, словно изголодавшиеся гиены, гонятся за подобными благами.
Но родители так просто меня замуж за эту свинью не отдали бы.
Ясно… Они продали графский титул. Я лишь товар. И, думаю, деньги они уже получили, а теперь лишь соблюдают формальность и знакомят молодых жениха и невесту.
Ну, зашибись, что тут скажешь? Считают, что если дочь и так одной ногой в могиле, то можно хотя бы в последний раз получить из этого выгоду, так? Как же это мерзко.
— Матушка, и всё же я считаю, что это неправильно, — вставила Аннабель, обращаясь к графине. — Дурну… хм… Элион всё же человек. И так поступать…
— Аннабель! — повысила голос женщина. — И ты туда же?! Мне хватило с головой твоего неугомонного брата! Хоть ты останься нормальным ребёнком и не перечь родителям!
— Но матушка!.. — чуть ли не плача, произнесла девушка.
— Не волнуйся, милая, — неожиданно произнёс барон Бурбон, слащаво улыбаясь девушке. — Со мной твоей сестре нечего бояться. У меня достаточно денег, чтобы обеспечить ей уход в лучшем виде до конца её дней. Десятки лучших врачей и горничных будут присматривать за Дурнушкой. И я буду ухаживать за ней, как за самым дорогим мне человеком.
— Вот видишь, — отозвался отец. — Барон — лучший вариант для твоей сестры. У него деньги, связи, умения и возможности. Разве это не хорошо? Сама посуди: ей уже двадцать два. Такую точно никто замуж не возьмёт. Да и с такой внешностью… Считай, что Дурнушке просто повезло. Ты должна благодарить нас, своих родителей, вместо того, чтобы перечить.
— Но Алан… — не сдавалась Аннабель. — Братик, он же…
— Алан ещё слишком молод и глуп, — строго произнесла графиня. — Позже он поймёт, что мы действуем в лучших соображениях. Да и тем более, после того как Дурнушка выйдет замуж, хочет он того или нет, невоспитанному мальчишке придётся вернуться домой.
Так вот, как они всё расставили, да? Что ж… очень удобно. Нет, как человек, который не так давно был тесно связан с торговлей, я прекрасно понимаю, насколько это выгодно. Продай всё, что продаётся. И на каждый товар найдётся свой покупатель. Мерзко, но по-деловому. Согласна. Вот только, уважаемые родители, вы даже не представляете, кто такой Алан. Ведь в своей истории он вступит во владения графства не после того, как отец передаст ему полноценный титул, а после вашей смерти. И убьёт вас именно он.
А вот Аннабель начинает потихоньку соображать и понимает, что тут не всё так просто. Я вижу, насколько бледна её кожа и как сильно она сжимает пальцами ткань своей юбки. Ей страшно. Эх… ты должна была им всё рассказать, но почему сдержалась? Не успела? Хотя неважно.
— Пойдём, — попросила графиня, вставая с дивана. За ней последовали граф и Аннабель. — Оставим молодых наедине, чтобы познакомились немного.
О как! Это даже интересно. Посмотрим, что из себя представляет этот толстяк.
Семья графов и барон поклонились друг другу, соблюдая приличия, после чего я и этот Бурбон остались одни.
Так, теперь осмотрим этого барона более детально. Если честно, родителей понять можно. В средневековье дочерей не воспринимали, как наследников семьи. Скорее, как товар, который можно выгодно продать. И чем краше товар, тем выше цена. Если девочка родилась красивой, умной, талантливой, то семья аристократов может подобрать себе в зятья кого-то, у кого статус, финансовое положение и влияние выше, чем у родителей девочки. Например, Аннабель считается алмазом, который желает заполучить каждый. И партия с семьёй герцогов, которые имеют кровную связь с королевской семьёй, как минимум идеальна. Однако я — бракованный товар. Стара, инвалид и страшная.
Если учитывать положение моих родителей, то они, действительно, в каком-то смысле, позаботились обо мне и сделали всё, чтобы их дочь доживала свои дни в лучших условиях. Как ни посмотри, а главная задача родителей данного мира — выдать каждую дочь замуж, а сына — женить.
И вот он мой… суженый-ряженый.
Одежда дорогая, но слишком кричащая. Я
