о таинственных городах и забытых языках
Ныне, когда ты желаешь, чтоб я воевал и сражался,
Всем повели успокоиться, Трои сынам и ахейцам;
И посреди них поставьте меня с Менелаем-героем;
Мы за Елену Аргивскую с ним перед вами сразимся.
Кто из двоих победит и окажется явно сильнейшим,
В дом и Елену введёт, и сокровища все он получит.
Вы ж, заключившие дружбу и клятвы святые, владейте
Троей холмистой; ахейцы же в Аргос, конями богатый,
Вспять отплывут и в Ахаию, славную жён красотою.
Гомер. Илиада, пер. с древнегреческого Н. Гнедича
Ранним утром худой высокий паренёк по имени Фрэнк сидел на прибрежной скале. Перед ним расстилалось голубое Средиземное море, за его спиной просыпался остров Мальта. Он декламировал бессмертные стихи Гомера и смотрел на солнечные блики на волнах и бесконечное стадо пенных барашков. Вот-вот по блестящей поверхности моря поплывут корабли ахейцев, готовые высадиться на малоазиатский берег и штурмовать Трою.
Но где была расположена эта легендарная «холмистая Троя»?
Фрэнк Калверт многое бы отдал, чтобы узнать её местонахождение. Многие считают, что Гомер нафантазировал сюжет своей «Илиады», но Фрэнк верил в подлинность древнего эпоса. В придуманной истории не может быть таких живых героев и столь детального описания их подвигов. А если герои невыдуманные, то и Троя существовала. Значит, на месте, где она стояла, должны сохраниться свидетельства древних битв и, конечно, упоминаемые сокровища – в этом Фрэнк был твёрдо уверен. Сказано же в «Илиаде» про золотой ковчег, в котором похоронили Гектора, сражённого Ахиллесом:
Прах драгоценный собравши, в ковчег золотой положили,
Тонким обвивши покровом, блистающим пурпуром свежим.
Так опустили в могилу глубокую и, заложивши,
Сверху огромными частыми камнями плотно устлали;
После курган насыпали; а около стражи сидели,
Смотря, дабы не ударила рать меднолатных данаев.
Скоро насыпав могилу, они разошлись; напоследок
Все собралися вновь и блистательный пир пировали
В доме великом Приама, любезного Зевсу владыки.
Так погребали они конеборного Гектора тело.
Некоторые люди, как и Фрэнк, верят в реальность Трои. Немало путешественников посетило малоазиатский, ныне турецкий, берег в поисках загадочного исчезнувшего города. Существовали разные мнения, где он располагался, но Фрэнк верит в версию Британской энциклопедии. В 1822 году в энциклопедической статье про Трою шотландский журналист и геолог Чарльз Макларен, изучив все доступные материалы, указал на местечко Гиссарлык как на вероятное место гомеровской Трои. Фрэнк бредит этим городом из древнего сказания и мечтает в один прекрасный день сам заняться его поисками. Но он был самым младшим из семи братьев Калвертов и вдобавок слишком юным для осуществления своей мечты. Фрэнк вздохнул, слез с тёплого камня и отправился домой. После завтрака старшие братья непременно придумают ему кучу поручений.
Шли годы. Фрэнк так и оставался в тени своих шумных и более успешных старших братьев, пребывая в статусе их вечного помощника. У него не было семьи и детей, но была заветная мечта – найти Трою из гомеровской «Илиады». Старшие братья с сочувствием относились к несбыточной, на первый взгляд, мечте младшего брата. В 1847 году, когда Фрэнку исполнилось девятнадцать лет, его старший брат купил ферму в 2000 акров – это восемь квадратных километров – на турецком побережье. В этот участок входила часть холма Гиссарлык, который возвышался на тридцать метров над окружающим фермерским полем. Фрэнк часто сидел на этом холме и смотрел на равнину, которая расстилалась перед ним вплоть до Эгейского моря. Неужели именно здесь «шлемоблещущий» Гектор сражался с могучим Ахиллесом?
Но как доказать, что недра этого холма скрывают утонувшие стены Трои?
– А почему старые города тонут в земле? – спросила Галатея. Дзинтара ответила:
– В городах накапливаются груды мусора и битой посуды. А если здания заброшены, то их заносит песок и пыль, они зарастают бурьяном и деревьями, которые каждый год добавляют новый слой из старых листьев и трав. За тысячу лет уровень городской земли может вырасти на пару метров. За несколько тысяч лет в земле утонут даже высокие стены Трои.
В 1865 году Фрэнк начал раскопки на холме Гиссар-лык. Но выкопанные траншеи ничего не принесли, а денег на крупномасштабные раскопки у Фрэнка не было.
Однако всё изменилось 10 августа 1868 года: Фрэнк встретился с богатым купцом Генрихом Шлиманом, который весной того же года побывал в Италии на раскопках Рима, Помпеи, а потом в Греции – в Итаке, Коринфе и Микенах – и страстно заинтересовался археологическими раскопками.
Шлиман был незаурядным человеком. Он родился в семье бедного немецкого пастора, но твёрдо верил в то, что станет великим. Шлиман, отличаясь прекрасной памятью и способностью к языкам, стал полиглотом.
– Кто такой полиглот? Что он глотает? – спросила Галатея.
– Это человек, который владеет несколькими языками. Шлиман, используя собственную методику, в течение жизни выучил пятнадцать языков. Это помогло ему стать процветающим купцом и разбогатеть. Он получил российское гражданство и в тридцатилетнем возрасте женился на русской Екатерине Лыжиной, дочери адвоката. У них было трое детей. Потомки Шлимана, дети его дочери Надежды, эмигрировавшей из России после революции, до сих пор живут во Франции и Чехии. Через семнадцать лет, чтобы развестись с Екатериной, которая не хотела жить с мужем в Европе, Шлиман получил американское гражданство, потому что в США легче всего было оформить развод.
Шлиман объездил много стран и даже совершил кругосветное путешествие. Попутно он зарабатывал деньги и одновременно искал дело, которое могло бы его прославить. К этому времени он уже выучил латынь, новогреческий и древнегреческий, прочитал в подлиннике «Илиаду» и «Одиссею» Гомера и живо интересовался историей. Живя в Париже, 7 мая 1867 года он присутствовал на лекции про «Илиаду», из которой узнал, что по поводу расположения Трои и того, была ли она на самом деле, среди учёных идут оживлённые дискуссии.
В августе 1868 года Генрих Шлиман приезжает в Турцию и встречается с Фрэнком Калвертом, который уверен, что холм Гиссарлык скрывает в себе гомеровскую Трою и сокровища её царя Приама. Выслушав Фрэнка, Шлиман загорелся желанием раскопать Трою. Это открытие непременно прославило бы его! 22 августа он категорично пишет отцу: «В апреле следующего года я обнажу весь холм Гиссарлык, ибо уверен, что найду Пергамон, цитадель Трои».
Вернувшись в Европу, Шлиман обдумывает план раскопок на следующий год и в декабре 1868 года посылает Калверту письмо с двумя десятками вопросов
