— Что, лень подняться и самому посмотреть?
Ушастик открыл глаза и устало взглянул на меня, а я почувствовал, что мои внезапно разбушевавшиеся чувства вернулись в норму. Нет, любовь к голубым мечам не исчезла, но резко уменьшилась до величины, уже не вызывающей подозрений в здравости моего рассудка.
— Ничего сказать мне не хочешь? — уточнил я у эльфа и, так и не дождавшись ответа, добавил: — Ладно, у тебя еще есть время собраться с мыслями.
Вернувшись к разглядыванию клинков, я обнаружил на лезвиях каждого у самой гарды аккуратное клеймо, которое при внимательном рассмотрении оказалось мордочкой какого-то зверя, очень похожего на волка. А ничего так, симпатичный знак у Глимина! Не банальное имя с завитушками, а прямо аватарка какая-то.
— Ну как, Ник, тебе нравится?
Видимо, парню все же надоело ждать, пока я закончу любоваться его работой, и очень захотелось комплиментов. Ладно, так и быть потешу самолюбие мастера, тем более похвалу он честно заработал. Поглядев на довольно улыбающегося Глимина, я честно ответил:
— Ничего более совершенного я в своей жизни не видел!
Улыбка гнома стала еще шире, а в глазах загорелся азарт:
— А ты не хочешь опробовать оружие в деле?
Ага, и заодно продемонстрировать мастеру, что совсем не умею с ним обращаться. То-то Глимин удивится — Везунчик, которым он только недавно восхищался, на поверку оказался полным дилетантом. Хотя…
— Конечно, хочу! — заявил я гному, отыскав вариант, который мог уберечь меня от заслуженного позора и попутно укрепить на том воображаемом пьедестале, куда меня по собственной воле водрузил парень.
— Пойдем со мной! — сказал мастер и поспешил к выходу, едва не подпрыгивая от нетерпения.
Я же осторожно вложил мечи в ножны и последовал за ним, тихо бросив Дариту на эльфийском:
— Помоги произвести впечатление.
Ушастик легонько кивнул, а мы с гномом прошли через весь дом, миновали темную пышущую жаром кузницу, в которой кто-то продолжал размеренно работать молотом, вышли во внутренний двор и начали испытания. Для начала Глимин подвел меня к порядком изрубленной чурке, положил на нее валявшийся рядом толстый, примерно в палец, металлический прут и предложил мне его разрубить. Портить великолепные клинки было жалко, поэтому я несколько секунд колебался, но потом ощутил, что тело начало своевольничать. Оно каким-то быстрым, но очень плавным движением выхватило "сестру" и нанесло один четкий удар. Дзынь! Две половинки прута отлетели в разные стороны, а я, или вернее, Дарит, взявший под контроль мою тушку, поднес лезвие к глазам. На нем не появилось ни щербинки, ни даже царапины.
Не успел я толком восхититься прочности стали, как гном положил на чурку пластину от доспехов. Меч разрубил ее так же легко и непринужденно, будто она была сделана из картона. Затем последовал черед старого оббитого поржавевшим железом щита, который голубая сталь играючи развалила на две аккуратные половинки. Увлекшийся Глимин водрузил на колоду помятый шлем с сильно покореженным забралом, но эльф в моем теле решительно сказал:
— Достаточно!
Я подумал, что на этом спектакль закончится и приготовился принять контроль, однако Ушастик к моей просьбе подошел со всей ответственностью. Достав "брата", он положил ножны на землю, отошел чуть в сторонку, сделал несколько пробных выпадов, а затем устроил настоящее шоу, сражаясь с десятком воображаемых противников. Несмотря на то, что в этом спектакле мне была отведена роль зрителя, я получил массу положительных эмоций, хотя было непонятно, на все ли сто процентов они являлись моими. Я ощущал дикую радость этого странного танца и небывалое удовольствие от изумительного оружия в своих руках. А мечи подчинялись безукоризненно, они не пытались вырваться из ладоней, как это частенько бывало с моей саблей, не своевольничали, увлекая руки своей инерцией, а с тихим свистом резали воздух, игриво поблескивая на солнце. И это было восхитительно!
Под самый конец представления Дарит, наверняка, окончательно позабыв о том, что использует чужое тело, взвинтил темп до предела, вертясь, словно волчок в окружении кокона голубых всполохов. Но вскоре нарастающая боль в мышцах и связках заставила его замедлиться, а затем и вовсе остановиться. Наклонившись, он подхватил ножны и двумя точными движениями вложил в них клинки, а в следующий миг вернул мне контроль над телом. Недовольно поморщившись от боли в натруженных мышцах, которая явно не собиралась уходить в ближайшее время, я понял, что Дар был абсолютно прав — пока моя тушка не окажется достаточно подготовленной, к тренировкам нам переходить нельзя. Подумать только, всего минута танца, а я уже чувствую себя полутрупом! Куда это годится?
— Ник, это было потрясающе! — воскликнул Глимин.
— Да, такое мастерство мне еще видеть не приходилось, — поддержал сына стоявший рядом с ним Нарим. — Не расскажете, где вы обучались владению парными клинками?
Момента его появления я даже не заметил, но по вопросу было понятно, что гному посчастливилось стать свидетелем моих выкрутасов.
— Я много где побывал и учился у разных мастеров, — уклончиво ответил я и постарался сменить опасную тему: — Но, клянусь, еще никогда мне не доводилось работать таким великолепным оружием. Примите мою искреннюю благодарность за безупречно выполненную работу и безмерное восхищение талантом вашего сына, позволившим ему создать совершенные клинки.
Прижав к груди перевязь с мечами, я уважительно поклонился довольным моим нехитрым комплиментом мастерам, но очень удивился, когда отец и сын вернули мне поклон и в один голос заявили, что для них было честью изготовить оружие такому великому воину. Я не нашелся, что ответить, но этого и не требовалось — после взаимных расшаркиваний Нарим пригласил меня в дом, чтобы отдать причитавшуюся сумму. Разумеется, я последовал за гномами, довольный тем, что разыгранное с помощью Дарита представление удалось на все сто.
Вот только моя радость продлилась недолго. В коридоре мы столкнулись с Ушастиком, который, не удостоив мастеров даже взглядом, придержал меня за плечо и тихонько шепнул на эльфийском:
— Ник, ты не мог бы поинтересоваться у гномов, возьмутся ли они сделать для меня похожие клинки?
"Ты гляди, решился! Не прошло и полугода!" — подумал я и спросил у старшего кузнеца:
— Нарим, скажите, вы не будете против еще одного моего заказа?
— Какого именно? — уточнил гном, с подозрением покосившись на Дарита.
— Я хотел бы попросить вашего сына изготовить аналогичную пару клинков для моего друга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
