Брануэлл.
После этого все заговорили в один голос. Каждый спешил высказать свое мнение, предположение или потрясенное замечание по поводу кражи. Джудит наклонилась к бабушке.
— Вы не хотите присесть? — спросила она. — Вы дрожите.
Они сели, и Джудит сжала в руке ладонь пожилой леди.
— Ваши драгоценности найдутся, — Джудит попыталась утешить старушку, — не волнуйтесь.
Как далеко Брануэлл отъехал от Харвуда? И куда он направляется? Что он будет делать с драгоценностями? Заложит их? Продаст? Вряд ли он пойдет на такое. Наверняка у него сохранились остатки совести и чести. Он должен убедиться, что драгоценности можно будет вернуть. Но как, ради всего святого, он сумеет их выкупить?
— Мне не столько важна стоимость этих побрякушек, — сказала бабушка, — сколько то, что мне их подарил твой дедушка. Кто мог настолько меня ненавидеть, Джудит? В моей собственной комнате побывал вор! Как я смогу снова туда войти?
Миссис Лоу задыхалась, голос дрожал. Она выглядела очень постаревшей и разбитой.
Наконец дядя Джордж и Хорэс перешли от слов к делу. Они приказали дворецкому собрать всех слуг, с тем чтобы их допросить. Джудит хотела увести бабушку наверх, пусть даже в свою спальню, но миссис Лоу наотрез отказалась уходить.
Допрос растянулся на полчаса. Это был утомительный процесс, который, по мнению Джудит, ни к чему не мог привести. Больше всего ее поразил тот факт, что никто до сих пор не заметил отсутствия Брануэлла. Дядя Джордж спросил, не был ли кто-либо из слуг на верхнем этаже после того, как начался бал. Трое ответили положительно, в их числе горничная, с которой Джудит столкнулась при выходе из своей комнаты. У всех были уважительные причины присутствовать наверху.
— И никто больше не поднимался наверх? — со вздохом добавил дядя Джордж.
— Нет, сэр, — ответила девушка, — поднималась мисс Лоу.
Взгляды присутствующих обратились к Джудит, которая смущенно покраснела.
— Я ходила наверх, чтобы принести бабушке другие серьги, — сказала она, — потому что от прежних у нее болели уши. Но в тот момент шкатулка была на своем месте, и драгоценности находились внутри. Я поменяла серьги и спустилась вниз. Кража, по-видимому, произошла позднее. Я была наверху... дайте подумать, между первым и вторым танцами.
— Но вы выходили из своей комнаты, мисс, — заметила горничная. — Вы очень спешили, и мы столкнулись в коридоре. Помните?
— Все правильно, — подтвердила Джудит. — Серьги, которые бабушка просила принести, находились в моем ридикюле, куда я их положила в день садового праздника в Грандмезоне.
— Видимо, вы как раз возвращались в бальный зал, когда налетели в дверях на меня, кузина, — сказал Хорэс. — Вы прямо задыхались. У меня создалось впечатление, что вы чем-то напуганы. Но вы правы, я могу подтвердить, что это было между первым и вторым танцами.
— Джудит, дорогая моя, — миссис Лоу чуть не плакала, — я послала тебя наверх, не подозревая, чем это может тебе грозить. Что, если бы ты вошла в тот момент, когда в комнате находился вор? Он мог бы ударить тебя по голове.
— Но ничего же не случилось, бабушка, — успокаивающе произнесла Джудит. На самом деле лучше бы она застала Брануэлла на месте преступления. Ведь тогда она смогла бы предотвратить весь этот кошмар.
— Ну что же, — резко сказал Хорэс, — придется нам приступить к обыску, делать нечего.
— Что за глупости, — возмутился дядя Джордж, — мы не можем обыскивать комнаты гостей, а вряд ли вор спрятал драгоценности в салоне или гостиной.
— Ну, я лично не возражаю против того, чтобы мою комнату обыскали, — сказал Хорэс. — Я даже настаиваю, отец, чтобы ее обыскали в первую очередь.
— Осмелюсь доложить, сэр Джордж, — сказал дворецкий, выступив вперед, — что вы можете спокойно обыскивать мою комнату и комнаты всех слуг, если, конечно, они не будут возражать. Если кто-то против обыска, скажите сейчас.
Слуги хранили гробовое молчание. Лорд Брейтуэйт прочистил горло.
— Вы можете обыскать и мою комнату, сэр, — проговорил он.
Остальные гости также поспешили высказать свое согласие, хотя в их тоне Джудит уловила едва заметное недовольство. Унизительно, когда твою комнату хотят обыскать: это означает, что пусть на несколько минут, но тебя все же подозревают в краже. Джудит молчала.
— Не хотите подняться в спальню, бабушка? — снова спросила она, когда дядя Джордж, Хорэс, дворецкий и Тилли покинули зал. — Или, может быть, в мою?
— Нет, — никогда еще Джудит не приходилось видеть миссис Лоу такой удрученной, — я останусь здесь. Надеюсь, они не найдут драгоценности. Правда, глупо с моей стороны? Я предпочитаю никогда больше их не видеть, чем знать, что у нас в доме завелся вор. Почему этот человек, кто бы он ли был, не попросил меня? У меня множество украшений. Я с удовольствием отдала бы часть родственнику, другу или даже нуждающемуся слуге. Мне кажется, люди слишком горды, чтобы унижаться до просьбы, не так ли?
Джулиана рыдала в объятиях матери и, надо сказать, выглядела в этот момент необычайно хорошенькой.
— Сегодняшний вечер оказался настоящим кошмаром, — всхлипывала она. — Мне ненавистна была каждая минута этого бала, и я уверена, что все остальные тоже посчитают вечер провалом и никогда больше не примут от нас приглашения.
Слуги продолжали хранить молчание. Гости разбились на небольшие группки и разговаривали полушепотом. Прошло еще полчаса, прежде чем возвратились джентльмены. Вид у всех был весьма мрачный.
— Мы нашли вот это, — проговорил дядя Джордж хриплым голосом, который эхо разнесло по всему залу. — Тилли узнала. Эта вещь находилась в шкатулке моей тещи. — Вытянув вперед руку, он продемонстрировал присутствующим бархатный мешочек винного цвета, в котором хранились самые ценные украшения миссис Лоу. Он был пуст. — И еще вот это, тоже из шкатулки. — Между большим и указательным пальцами дяди Джорджа была зажата бриллиантовая сережка.
Все голоса разом замолкли.
— Никто не хочет ничего сказать по поводу этих вещиц? — осведомился дядя Джордж, — Они были найдены в одной и той же комнате.
В комнате Брануэлла. Джудит затошнило.
Похоже, никто не собирался высказываться.
— Джудит, — заговорил дядя Джордж низким, лишенным всякого выражения голосом, — мешочек оказался на дне одного из ящиков твоего комода. Сережку мы нашли на полу, она закатилась под дверь.
Джудит внезапно почудилось, будто она смотрит на дядю как сквозь туман. У нее было такое ощущение, будто ее мозг до сих пор не может распознать только что произнесенные звуки, чтобы облечь их в понятную форму.
