Наступил краткий миг тишины, когда каждый из стоявших внизу думал, чего стоит жизнь в оковах. Рикус видел испуганных мужчин и женщин, покорно возвращающихся в свои загоны. Но большинство освобожденных рабов и все без исключения тиряне остались в строю.
– Жизнь или смерть, я сражаюсь за Тир! – крикнул какой-то изможденный старик.
В следующий миг темплары с вершины стены обрушили на тирян золотистые огненные шары и алые молнии. Рикус увидел, как вновь появившаяся Расия показала в его сторону.
– Прыгай, К'крик! – закричал мул, ныряя вниз по лестнице.
Рикус летел вниз, едва тормозя здоровой рукой за стену. Он еле успел достичь земли, как ослепительное желтое пламя заиграло на вершине башни. Мгновение спустя она рухнула, едва не похоронив под собой мула.
– Ранен? – спросил К'крик, оттаскивая стонущего мула за горящие остатки башни.
Три'крин, похоже, не утруждал себя спуском по лестнице, а просто спрыгнул с самого верху.
– Все в порядке, – отозвался Рикус. – Я…
Крики гномов заглушили его слова. Мул посмотрел в их сторону, и первое, что он увидел – ослепительную вспышку золотого света в центре их отряда. Страшный грохот прокатился по лагерю рабов, а вслед за ним раздались боевые кличи урикитов.
Великаныши Императорской Стражи Хаману, облаченные в полные доспехи из чешуи иникса, ломились в ворота, безжалостно расправляясь с гномами. Они были вооружены длинными копьями и большими щитами из панциря дрика. На поясе у каждого висел огромный обсидиановый меч.
– А где Стиан? – спросил Рикус, тщетно выискивая темпларов среди сражающихся.
– Боюсь, нам придется извиниться перед Каилумом, – заметила подошедшая к мулу Джасила. – Отряд Стиана нас предал.
– Но рабы с нами. – К'крик выглянул из-за горящей башни.
Теперь Рикус и сам видел, что освобожденные рабы начали поспешно стягиваться к месту сражения.
– Им с великанышами не справиться, – покачал головой мул. – Только погибнут зря. Сделаем вот что… – Он повернулся к Джасиле, – выведи всех рабов в квартал темпларов.
– Ну, а дальше что? – спросила аристократка.
– Десяток отрядов пошли в другие районы города – куда они сумеют пробраться. Пусть уничтожают все, что попадется под руку: ломают дома, жгут склады, заваливают колодцы… Если им встретятся солдаты, боя не принимать. Пусть убегают. Чем больший хаос в городе, тем лучше.
Джасила кивнула.
– А остальные?
– Остальные пусть штурмом возьмут стену и прорвутся в квартал местной знати. Будет Хаману о чем подумать прежде, чем мы поймаем его в западню.
– Что? – вытаращила глаза Джасила. – Гладиаторы правы. Ты либо окончательно спятил, либо тобой управляет эта штука у в груди. Это было форменное безумие – идти на Урик. А теперь еще одно…
– Я привел сюда легион, – рявкнул Рикус, – потому, что иначе спасти его не мог! Восстание рабов заставит Хаману отозвать войска из пустыни, и тогда мы спокойно отправимся домой.
– Я в это не верю, – покачала головой Джасила. – Чтобы поднять восстание, вовсе не обязательно атаковать самого Хаману.
– Может, и нет, – согласился Рикус. – Но если мне удастся его убить, то рабы Урика тоже станут свободными, и у Тира станет на одного врага меньше. А если Хаману убьет меня, я хотя бы выиграю вам время…
– Ты что, уже не рассчитываешь вернуться в Тир? – после паузы спросила Джасила.
Рикус ухмыльнулся.
– Я очень хочу вернуться.
Аристократка мгновение помолчала.
– Я была неправа, – сказала она наконец. – И мне жаль, что воины сомневаются в тебе. Ты этого не заслуживаешь.
Рикус нахмурился, не зная, как реагировать на извинения, нужды в которых, по мнению мула, вовсе не было. Он чувствовал себя неловко.
– Спасибо, но тебе пора возвращаться к отрядам.
Джасила кивнула и, вытащив из ножен меч, побежала наперерез двигающимся в сторону схватки рабам. А Рикус повернулся посмотреть, как дела у гномов. Огненные шары Каилума плясали в воротах, и несколько великанышей уже с ревом повалились на мостовую. С другой стороны ворот мул увидел нескольких темпларов Стиана. Они отступали, и это заставило Рикуса задуматься. Если темплары и впрямь изменили, то от кого они тогда отступают? Мгновение спустя из-за ворот с громким треском вылетели большие камни и насмерть поразили несколько одетых в черные рясы тирян.
На их месте появилась пара желторясых темпларов Хаману. Змеящиеся молнии вылетели из их рук. Они перескакивали от гнома к гному. Запахло паленым мясом. Погибло более десятка воинов, прежде чем заклинание потеряло силу. Рикус с облегчением увидел, что Ниива и Каилум не пострадали.
К сожалению, дела их отряда обстояли неважно. Двадцать или тридцать великанышей уже корчились на мостовой среди тел погибших гномов. Тиряне же потеряли более сотни воинов. Да и остальным, похоже, было не удержать ворот.
К счастью, помощь была на подходе. Большинство гладиаторов еще не участвовали в сражении – они по приказу Рикуса организовывали и вооружали отряды освобожденных рабов. Теперь же они мчались на подмогу гибнущим гномам.
Видя, что все приказы выполняются, Рикус потянулся за мечом. С некоторым удивлением он понял, что все это время у него даже и мысли не было обнажить клинок.
– Я становлюсь настоящим полководцем, – недовольно пробурчал он.
– Не похоже на охоту, – согласился К'крик. – Неинтересно.
Мул коснулся рукояти Кары и грохот битвы навалился на него, словно жар полуденного солнца. Стоны умирающих, лязг оружия, оглушительные взрывы, крики офицеров, его собственное дыхание, четырехтактный стук сердца стоявшего рядом три'крина – все смешалось. На мгновение Рикус замер, не в силах пошевелиться.
– Пошли, – тронул его за плечо К'крик.
Рикус вздрогнул – ему эти слова показались громче любого крика.
– Ты не обязан идти со мной, – тихо сказал он, сосредоточившись на стуке сердца три'крина. И сразу же звуки битвы отошли на задний план. Рикус по-прежнему их слышал, все до единого, но они больше не оглушали. – Ты понимаешь, что я хочу сделать?
К'крик утвердительно развел в сторону усики.
– Охота на крупную дичь. К'крик пойдет.
Рикус улыбнулся и двинулся к стене, отделявшей его от крепости Хаману. У него за спиной громыхала битва. Крики и стоны умирающих слились в сплошной рев.
Мул медленно шел вдоль стены. Крепко сжав в руке Кару, он прислушивался к доносившимся из-за нее звукам: стук подкованных сапог, хриплые крики темпларов, командующих отрядами Императорской Стражи, тяжелое дыхание гонцов…
Они с К'криком прошли ярдов пятьдесят, когда к ним неожиданно присоединился Гаанон с небольшой группой воинов.
– Что ты здесь делаешь? – удивился мул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
