нацмены придерживаются теории «жена равно дом», какая уж тут карьера!.. Не хотелось, чтобы обсуждение стало провокацией, и больше этими переживаниями с ним она не делилась.
— Моя мама — кардиолог. Иногда после работы она уходила в себя надолго и глубоко, не распространяясь о причинах. Ты ведь знаешь, как много сейчас сердечников, болезни молодеют, смертность растет, и ей трудно свыкнуться с этим, особенно когда приходят совсем юные пациенты. Но мама сильнее меня. Поговорить с ней о своих метаниях не хватило духу. Я одновременно боялась, что она сможет меня уговорить…и не сможет. А потом, если я всё же пожалею о своем выборе, тщедушно стану винить её… Я любила и люблю медицину, помощь людям… Но больше ни к какой области так и не прикипела.
Распахнув веки параллельно замедляющемуся ходу автомобиля перед светофором, Ева повернула голову и взглянула на безмолвного водителя. К своему удивлению. Остановившись под обратный отсчет светящегося табло, Руслан отзеркалил её движение, и теперь они смотрели друг другу в глаза.
— Очень многие, — начала тихо, едва шевеля губами, — даже…практически все вокруг были уверены, что в косметологию я пошла, чтобы исправить собственные дефекты, — на это он лишь вскинул бровь, — а меня привлекала мысль делать каждого пришедшего человека хотя бы чуточку счастливее. Ведь здорово, когда вместо боли и вынужденного озвучивания плачевных диагнозов ты даришь хотя бы капельку преображения. Да та же самая чистка лица — тоже преображение. И подавляющая часть процедур направлена на улучшение различных областей тела. А когда девушки светятся радостью, приобретая чуть больше уверенности, сразу приосанившись, я чувствую себя подпольным волшебником. Изначально и понятия не имела, что настолько сильно влюблюсь в это. Но, кажется, это навсегда. Та сфера, в которой не бывает застоев, ты в сплошной динамике, постоянно чему-то учишься и совершенствуешься, действительно облегчая многим жизнь.
Зажегся зеленый, машина плавно стартовала.
— Зефирка, зачем ты пытаешься оправдаться?
Ева улыбнулась. Всё-таки проницательный он. Понял, читая между строк. И почему-то стало легко признаться:
— Не знаю. Мне захотелось тебе рассказать.
Руслан бросил в неё торжествующе-дерзкий взгляд исподтишка, но не прокомментировал.
— А почему ты не развиваешь свой талант?..
Парень скривился однобоко, задор тут же слетел с него, точно сменившись резким кадром на негатив.
— Есть некоторые обстоятельства, которые не изменить. Не будем грузить тебя. У нас обратная задача — разгрузить твою голову. Мне странно слышать, что ты будто стыдишься сделанного выбора. Если влюблена в своё дело — это верный признак правильного пути. Брось нагнетать и накручивать себя. Каждый в конечном итоге находится там, где должен.
— А ты? — сделала ещё одну попытку.
— А я…тоже. Там, где должен находиться. Иначе бы не встретил тебя, правда?..
Ева фыркнула и отвернулась, уставившись в окно. Ладно, не хочет — не надо. Ей ли не знать, как сложно раскрыться?
К его дому они подъехали одновременно с курьерским мопедом, и Руслан поспешил забрать у парнишки пакет и коробку. А девушка с интересом ждала, пока он вернется.
— Когда ты успел?..
— Еще у вашего центра. Так и думал, что доедем одновременно. Умирал с голоду, а заставлять тебя готовить сегодня не хочется. Но передник преданно ждет тебя в моей кухне, так и знай.
Что можно на это ответить? Ничего. Только улыбнуться и ощутить, как нравится данная легкость в нем, удачно сочетающаяся с другими важными чертами. И доля замешательства, и удивление, которые не покидают рядом с ним…
* * *
Быть парой, оказывается, это не постоянное напряжение и мысль о том, что ты можешь что-то сделать не так и опозорить своего мужчину.
Без сравнений не обходилось. Ева постоянно проводила аналогию и считывала свое состояние рядом с Русланом, вспоминая себя с Кареном. Она представляла его заносчивых друзей, живущих под лозунгом «Время — деньги», встречи с ними проходили в деловом стиле, и пока мужчины обсуждали свои рабочие темы, женщины между собой переговаривались о том, о чем обычно переговариваются жены богатых людей. К счастью или сожалению, сама девушка не владела должными навыками для светских бесед: не знала локаций лучших детских садов с языковым уклоном, профильных школ со ставкой на перспективное будущее детей, а также не являлась тусовщицей.
Тимур и Денис были на порядок проще, хотя, если судить по одежде и аксессуарам, не отставали от высшей лиги Аракеляна. Парни пару-тройку раз приходили к другу, вели себя вежливо и ни одним словом не пытались задеть или намекнуть на что-то личное. Привыкшая к тому, что девочка должна обхаживать гостей при любых обстоятельствах, Ева обязательно готовила для них что-нибудь на скорую руку, удивляясь тому, что вписалась в роль хозяйки. А как иначе? Не могла же она сидеть рядом с ними и болтать. Её учили другому. Естественно, это было странное ощущение… Передник жег бедра, напоминая, что в конце концов вышло по его, Руслана, желанию. А неуловимый многозначительный взгляд Тимура разом напомнил о значении этого кухонного аксессуара.
Ева подумала-подумала…и плюнула на все предрассудки. Эти вечера в узком кругу проходили весело, а парни открывались с очень интересной и даже милой стороны. Когда те уходили, Руслан обнимал её со спины и зарывался носом куда-то в основание шеи, и в такие моменты что-то внутри девушки бухало вниз к самым пяткам, а освободившееся пространство наполнялось умиротворением и тягучей нежностью. Да, чувствовалось его ликование, радость, благодарность. То, за что в её семье не привыкли благодарить, считая нормой, этот чертенок возводил в какой-то иной более почетный ранг. Не ответная, но всё же своеобразная забота Евы ему доставляла удовольствие. Как ни странно, ей тоже…
Не сказать, что отношения круто изменились. Ева всё так же пребывала в шоке от самой себя, но старалась не грубить и не закрываться от него. Разговоры стали длиннее, улыбки — искреннее, смех — безудержнее. Кто бы знал, что он окажется такой интересной глубокой личностью. Было несколько острых углов, которые негласно обходились: её прошлое, его семья и совместное будущее. Выбрав быть здесь и сейчас и наслаждаться обществом друг друга, они проводили вместе свободные вечера. Чаще у него. «Свою» квартиру девушка не любила. Поэтому, как и прежде, он забирал её после работы, привозил к себе, где Ева готовила что-нибудь поесть. Ужин плавно перетекал в чаепитие, а после…на кровать.
И каждый раз она чувствовала собственное фиаско, потому что в этом вопросе ничего с собой поделать не могла. Да, парень ей нравился. Да, поцелуи кружили голову. Да, прикосновения окутывали нежностью. Но до определенного момента. Ева не…хотела его.
