выражением отвращения на лице, протянул мне телефон, который пошел выть по второму кругу.
— Слушаю, — как и было велено ранее, нажала на громкую связь.
Ох, ё!
Ну, штош. Позоримся от души и по полной программе!
— Где ты вечно шляешься? Завязывай, — голос, мало того, что явно не выспавшийся, так еще и с сильным алкогольным акцентом.
Завязать неплохо было бы кое-кому другому.
— Саша, давай, ты проспишься, и мы поговорим?
— Нет, дражайшая жена, ты скажешь, где ты есть, и я приеду. Хватит бегать. Мы же все решили. Разводимся, женимся, летим на море, покупаем дачу и встречаем вместе счастливую старость.
Ежки-плошки, что ж его так заклинило-то?
— Мы договаривались, что ты подпишешь у адвоката все бумаги.
— Никуда ты от меня не денешься, Ритуля. Кому ты еще нужна, потрепанная жизнью ведьма? Видел вчера твоего бывшего на кафедре среди молоденьких поклонниц. Понимаешь же, что для кандидатской ты еще туда-сюда, но на больше-то не потянешь.
— Мы и правда будем разговаривать, когда вы протрезвеете и у адвоката, Александр Михайлович. Придержите язык и не смейте портить Маргарите настроение, — очень спокойно заявил Влад.
Вот только мне было хорошо видно, как сжались его кулаки, зло прищурились синие глаза и гневно затрепетали ноздри породистого носа.
Естественно, а как же без вечного: «с вилами на танк», да?
Сейчас полетит дерьмо по трубам.
Глава 63
С ног на голову или пыльным мешком из-за угла
'Придумано не мной, что мчится день за днем,
То радость, то печаль кому-то неся,
А мир устроен так, что все возможно в нем,
Но после ничего исправить нельзя…'
Леонид Дербенев
Только-только я вдохнула и зажмурилась, как Саша бросил в трубку:
— Знал же, что никогда для тебя ничего не значил, кроме квартиры и карьеры, сука.
И отключился.
Ежедневный шок — это по-нашему.
— Собирайся, милая, я пока такси вызову, — ласково улыбнулся мне одной стороной лица Влад. Вторая в это время старалась не скрипеть зубами в промежутках между фразами.
Все свои дела я свернула достаточно быстро, минут за сорок. Привела себя в порядок, вызвала администратора на приемку, уведомила сына, что скоро выезжаю, но по дороге заеду к Владу. И он будет жить у нас.
Долго рассматривала ответ ослика: «Наконец-то. Мяса пожарить или креветок? Жду вас».
Вот это номер.
Распрощавшись с милейшими девочками на ресепшен, загрузились в такси.
Пока катили по трассе, устав хлопать настырного жениха по рукам (Пресвятые Просветители, он всем окружающим случайным мимокрокодилам, как говорит Русик, старательно демонстрировал как бы нечаянно мой новый статус, и свой заодно) выдала ему телефон с фото и видео сыночкиных школьных подвигов.
Смотрел молча, но по глазам было заметно — впечатлился.
Потом телефон вернул и глубокомысленно изрек:
— Эту бы энергию да соображалку, да стране на пользу, — и хитро на меня покосился.
А я что? Я не возражаю.
Покивала.
— Не тревожься, Марочка моя любимая, сейчас мы его займем, потом год подготовки к поступлению, дальше «вышка». Пристроим куда надо. Все хорошо будет.
— Мне бы твой оптимизм. Очень боюсь его упустить. Я, все же, так себе мать: вечно в работе, родственниках, командировки эти длительные, ребенок живет на чемоданах. Да и вообще, я из братьев такое вырастила, что не хотелось бы повторить.
— Ты самая лучшая мать. Мы с Русом именно так и считаем. Как-нибудь аргументируем, а пока поверь на слово.
Мне очень хотелось. В его объятьях это не казалось бредом или сильным преувеличением.
Я же столько раз в последний месяц рисковала и всегда выходила в плюс.
Рита, почему нет?
Устроилась в этих удивительно нежных и сильных руках, мечтательно прикрыла глаза и согласно мурлыкнула:
— Уговорил, любимый. Тебе — поверю.
И наслаждалась резко скакнувшим сердцебиением и тихими эмоциональными высказываниями в макушку аж до самого Васильевского острова.
Приехали мы, на мой взгляд, как-то быстро.
Усадив меня в памятное по встрече Нового года кресло у окна, и выдав чашку какао, Влад активно приступил к сборам.
То, что Саша не успокоился, стало понятно, когда умиротворяющую тишину мартовских сумерек нарушила «Пропаганда». Снова.
— Саша, что ж тебе не спится спокойно сегодня, а? — решив не отвлекать Влада, пробормотала я вместо приветствия.
— Маргарита? — ответил мне недовольный незнакомый женский голос.
О, а вечер перестает быть томным, успела я подумать. И, твою молекулу, давно я не оказывалась настолько права.
— Миронов Александр вам кто?
— Муж, — ответила автоматически.
— Авария на «Скандинавии». «Скорая» повезет в Святого Георгия на Северном проспекте. Без сознания, — и отключилась.
Ступор.
Сначала вернулись ощущения — горячая кружка обожгла пальцы.
Потом звуковые колебания дошли-таки до мозга — «Марго, ты слышишь меня? Милая!»
Затем появилась рябь в широко распахнутых глазах.
Голова заработала не сразу. И почему-то до сих пор архив памяти очень мозаичный. Собрать в связную ленту события не удается.
Вот Влад усаживает меня в такси, а сам, забросив чемодан и сумку в багажник, устраивается рядом. Помню холодные металлические стулья в приемном покое Больницы Святого Георгия. Я сидела в углу, пытаясь сообразить, что делать сначала — звонить сыну или дождаться хоть какой-то информации от Влада, который мучал сотрудниц Справочной.
Потом вдруг откуда-то взялся стакан с корвалолом, а после я пила кипяток. Просто кипяток. Обожглась.
Это как-то взбодрило нейронные связи в мозгу, и я начала названивать Зульфие Амирановне. Кое-как изложив суть проблемы, получила порцию успокоительных увещеваний и приказ сидеть на месте тихо и ждать.
Помню, что Влад все время был рядом, держал за руку и несколько раз переспрашивал, понимаю ли я его.
Семья Алиевых не подвела как всегда. Через час примчался Реваз Равильевич и добыл из недр больницы нам сведения о состоянии здоровья Саши и врача.
Если кратко, то перелом руки, сотрясение, множественные ушибы, рассечение лба. Операция прошла успешно. От наркоза отойдет ближе к утру. Посещение возможно завтра с 10 часов.
Поблагодарили, вышли на воздух.
Профессор Алиев был удивлен, но не сильно. Присутствия духа не терял и командовал парадом в привычном режиме:
— Да, Саша продолжает неприятно радовать. Рита, не раскисать. Мужик не убился, а теперь уже точно не помрет. Так, молодежь, садитесь в машину. Сейчас позвоню в ГИБДД, и отвезем Риту домой.
— На Обводный нас, если нетрудно, — о, даже голос прорезался у меня.
