- Прости, девочка, - шепчет он куда-то в районе мочки уха.
Дыхание опаляет кожу, в этом месте она особенно чувствительна.
- Прости, - продолжает он, покрывая поцелуями моё плечо. - Прости. Я думал, что сдержусь, но не выходит.
Губы опускаются ниже, бережно дотрагиваясь до мест предыдущих полупоцелуев-полуукусов.
В районе живота он останавливается, понимает, что сейчас уже не следует двигаться дальше. Огненное дыхание прокладывает обратную дорожку до самых ключиц.
- Никак не получается остановиться. Я слишком долго тебя искал...
Слова воспринимались как белый шум на задворках сознания, но какая-то часть мозга всё ещё работала, и раз за разом, как эхо, принялась повторять "слишком долго тебя искал".
Я вздрогнула, немного запоздало. Страх - самая первая эмоция в отношении магистра - вновь вернулся. Если бы я была охвачена страстью, если бы возбуждение по-прежнему туманило мой разум, если бы он был человеком моего мира, его слова показались бы мне самыми подходящими для момента. Это у нас ищут любовь и посвящают этим поискам песни, но здесь... имеет ли вообще это выражение здесь такой же смысл, как и в моём мире?
Губы разлепляются с трудом. Они иссушены, требуют влаги, но сейчас есть кое-что поважнее:
- Ты меня... искал?
Он странно, хрипло смеется в мои волосы. Потом берёт моё лицо в свои руки, но медлит, не говорит ничего, вглядывается во что-то, видимое лишь ему.
- Искал... очень долго искал. Слишком долго, чтобы сохранить разум.
Я еле сдерживаю шок. Мотаю головой, вырываясь из его рук.
Его уже отпустило, и он больше не сжимает меня до боли, убирает руки, а потом и сам отодвигается в сторону.
- Я не понимаю, - говорю я чистую правду.
Поворачиваю голову в его сторону, всё ещё пребывая в некотором отупении. То, я лежу практически полностью голая, меня не беспокоит, лишь отмечается как факт.
Он ложится на бок, облокачивается на руку, нависает надо мной, но не дотрагивается. Лишь смотрит задумчиво, пребывая мыслями в другом месте.
- Знаешь... со мной однажды произошел очень странный случай. Ты ведь в курсе, что демоны проходят испытания?
Я киваю.
- На одной из ступеней, одной из самых ранних, когда тренируется сила и выносливость, мне решили усложнить условия. У меня семья... не самая простая, поэтому и требования выше. Но я вполне им соответствовал, поэтому, когда меня оставили одного в пустыне на несколько дней, был уверен, что справлюсь.
Тело непроизвольно дернулось. Я резко села. Глаза помимо воли быстро заскользили по комнате, отмечая расположение двери, а сердце застучало так гулко, что звук отдавался в ушах.
Я уже знала, что будет дальше. Невероятное совпадение, настолько невозможное, что в теории вероятности для её описания не хватило бы нулей после запятой.
Руки, живя своей собственной жизнью, потянулись вверх, прикрывая грудь. Осознание того, что я сижу сейчас перед тем мальчиком, которого я бросила в пустыне, заставило кровь прилить к щекам, а чувство смущения поглотить все остальные.
Моя реакция не укрылась от его взгляда, но я поспешила сказать хоть что-то:
- Ты справился?
Голос звучал хрипло, каркающе, и я поспешила встать с кровати, чтобы найти блузку. Желание поскорее прикрыться хоть чем-то только нарастало. Я не стала надевать лифчик, чтобы не приковывать его внимание к этой детали, лишь быстро наклонилась, став к нему спиной, и спрятала его в кармане полуразорванной юбки. Ворот блузки был тоже разорван, к тому же не осталось ни одной пуговицы, поэтому я просто запахнула один край за другой и спрятала их за пояс.
Больше прятать лицо не было никакой возможности, поэтому я повернулась к нему. Он вовсе не смотрел подозрительно, скорее, выглядел расстроенным, осматривая плоды собственных трудов и отмечая краснеющее лицо.
Но, тем не менее, ответил на вопрос, когда я приблизилась и села на край кровати, демонстрируя желание слушать.
- Да, не знаю как. Я потерял амулет связи, который оставляли всем на крайний случай, и помнил только направление, в котором нужно двигаться. Естественный огонь помогал не сгореть под солнцем, но и не давал влаги. И тут появилось... видение что ли.
- Видение? - уточнила я, пытаясь сделать удивленный вид.
- Да, наверное, - он немного замялся, сам сомневаясь в своих словах. - Мне показалось, что появился человек, дал мне поесть и попить. А потом он исчез.
- В пустынях всякое бывает, - вспомнила я по фактам из моего мира. - Миражи там...
- Может. Только у меня прибавилось сил, и я смог завершить этот этап, - возразил он. В его голосе прорезались какие-то упрямые нотки, совсем не похожие на его привычный уверенный приказной тон.
- Да-а? - протянула я, пряча глаза под видом интереса к убранству комнаты.
- Я вернулся тогда. Как восстановился, так сразу и вернулся, вместе с братом. Пытался найти то самое место, хоть какое-то доказательства... но моей магии было слишком мало, чтобы сориентироваться.
- Магии? - удивилась я. Вот это было действительно странно для этого мира.
- Да. Магию демонов из... нашей семьи не блокируют в детстве. Она жила со мной всё это время, но внутренний огонь не давал ей развиваться так быстро, как было бы у одаренных магией детей... отсюда.
- Так что же было странного? - мне всё ещё нужно было делать вид, что я не понимаю, к чему он ведёт.
- Видение - это ты, - улыбнулся он одними губами. Глаза стали холодными, и мне это совсем не понравилось.
- Я?
- Да. Знаешь, я мог бы подумать, что это был какой-то портал... магическая аномалия... отчего ещё человек может появиться и пропасть? Но уровень моей магии даже тогда позволял определить, было ли изменено магическое поле. А я ничего не уловил. И не догадался поговорить... с ним.
Я молчала, переваривая услышанное. Он остался жив - это хорошо. Но он до сих пор помнит о том происшествии - это очень и очень плохо.
Если я раньше надеялась, что между нами что-то может произойти (хоть эта надежда и граничила с безумием), то теперь была уверена абсолютно точно - нет, не может. Он, и только он, будет относиться ко мне в сотни раз подозрительнее любого жителя этого мира. И только его, по сути, мне и следовало остерегаться с самого начала, потому что он единственный, кто достаточно силен, чтобы меня не отпустить.
- Думаешь, я сошел с ума? - спрашивает он, криво усмехаясь.
- Нет, почему же... в жизни бывает всякое.
- Ты не первая, кто мы это говорит, - он тоже приподнялся, сел. Мы теперь сидели на разных концах кровати, не делая попыток приблизиться друг к другу. - Я тогда на самом деле не придал этому особенного значения... Был ещё мал и столько ещё ждало впереди, что необходимо было преодолеть, с чем нужно было справиться. Испытания проходились легко, а последний этап приближался. Я периодически вспоминал о случившемся, но в то время казалось, что любое произошедшее событие имеет объяснение, просто я его ещё не нашёл. И то, что люди более умудренные опытом тоже не представляют, что же это могло быть, меня не огорчало. Я-то был уверен, что рано или поздно узнаю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
