— О ходе вашей экспедиции я знаю почти все. Из официального бюллетеня. Расскажи мне о нем.
«О нем!», — подумал он с горечью, хотя вполне ее понимал. Нормен Лармонт не вернулся. Он погиб. И Ведена, любившая Лармонта, имела право узнать все.
«Но почему она просит об этом меня? — спрашивал он себя. — Почему не кого-нибудь другого? Ведь она знает, что Лармонт стоял между нами всегда, еще до того, как она ушла к нему, и как меня это уязвило. И почему я не отказался прийти к ней?..»
— Поверь, Ведена, мне горько и больно, что все так произошло. Все мы переживаем потерю Нормена и остальных. А я…
— Нет, — резко оборвала его женщина и так решительно поставила чашку, что звякнула ложечка на блюдце. — Не верю! Ты никогда ни за кого не переживал. А если и переживал, то только из-за уязвленного собственного самолюбия. Ты всегда и во всем видел только себя и свое отражение. А что происходило с другими — тебя не волновало.
Он хотел было возмутиться, но в глубине души признал, что она права. Конечно, о гибели Нормена он не горюет. Это всего-навсего маска… Он всегда недолюбливал его.
1
Когда межпланетный корабль «Ромул» опустился на планету Ара, все в экспедиции знали, что здесь есть жизнь.
Несколько лет назад специальный комплексный зонд установил наличие на планете растительности. Для научных сотрудников с базы «Волк-424Б» это было необъяснимой загадкой, ибо небольшая планета находилась в четырех АЕ от расчетной экосферы карликового солнца Чирны. Вдобавок Чирна была окружена сферой, содержащей частицы алюминия и магния, которые отражали ее излучение.
Представить, что на одной из двух планет этого солнца есть растительный мир, было просто немыслимо! И тем не менее… По данным спускаемых капсул на дневной стороне планеты средняя температура составляла плюс девять градусов по Цельсию, а на ночной — минус двадцать семь. Ара, ротационный некроид, больше не вращалась. Но обладала огромным запасом накопленного тепла.
Вот почему и была создана экспедиция для обследования планет Чирны. Уже пролетая по ее орбите, космонавты получили подтверждение данных, переданных с зондов. Командир корабля Гарпойе принял решение о посадке на Ару. Первые дни после приземления прошли весьма обыденно: подготовка к выходу на планету, затем тщательнейший осмотр и изучение района приземления. Приказы командира не обсуждались, не принимались во внимание никакие возражения. Безопасность участников экспедиции — вот первейшая заповедь для командира корабля!
— А чем занимался в это время Нормен? — спросила Ведена, терпеливо слушавшая это пространное вступление Дангисвейо.
— Будничной работой, как и все. А потом он отправился в местную экспедицию. Вместе с Клудером, ты его знаешь. И еще… с Ани. Мы с ним редко встречались, и я мало что о нем слышал. Сама понимаешь, каждый был занят своим делом. На первых порах очень трудно привыкали к темноте.
Его так и подмывало сразу выложить ей, что на самом деле он пристально следил за тем, как шли работы у биологов, а особенно за теми отношениями, которые возникли между Норменом и Ани, но в последний момент все-таки прикусил язык.
— Я ждала от вас вестей, — сказала она, подливая чай.
Дангисвейо понял, кого Ведена подразумевает, говоря от вас.
— Передать что-либо на Землю мы не могли. Слишком много помех из-за сферического кольца Чирны.
— А через релейные спутники?
— Они отключились. Мы не могли пробиться даже до базы «Волк».
Дангисвейо потянулся за печеньем и быстро сунул его в рот, чтобы не продолжать. То, что он сейчас сказал, было полуправдой. В бюллетенях не сообщалось, что радиосвязь все же осуществлялась — после того как удалось образовать вторую цепочку спутников. Просто во время драматических событий на Аре никаких передач не велось. Сам же Лармонт и не просил сеанса для личной связи. Он, Дангисвейо, это проверил. Нормен не пожелал говорить с Веленой — ему дороже был покой Ани. С его, Дангисвейо, точки зрения.
Ему не терпелось сказать об этом Велене, открыть ей глаза, но он опасался, что она сразу догадается, что им движут не самые благородные намерения.
— …и только много позже мы узнали об открытии, сделанном группой Лармонта: оказывается, они обнаружили на планете разумную жизнь.
2
Группа биологов натолкнулась в устье реки на запруду. Случилось это через две недели после посадки. Свои исследования они несколько дней проводили в тайне. А потом оправдывались перед командиром корабля тем, что искали убедительные доказательства своей гипотезы, иначе их просто подняли бы на смех.
Никто, конечно, хитрецам не поверил. Но возбуждение и восторг охватили всех, и на сей раз Гарпойе решил выговора биологам не объявлять. Или это был всего лишь дипломатический ход с его стороны? Рано или поздно он не мог не заметить, что его подчеркнутая педантичность кое-кому из экипажа действует на нервы.
Плотина из каменных глыб и бревен была разборной, и вне всякого сомнения соорудили ее разумные существа.
Накопленная вода частично спускалась по каналу длиной километра в два, который протянулся вдоль устья, орошая, пусть и довольно скудно, узкие прибрежные поля, поросшие какими-то вьющимися растениями.
Во всяком случае, биологи полагали, что это поля, насколько разительным было сходство с земной агротехникой.
Никаких следов тех, кто построил плотину, Лармонт не нашел, хотя искал ихбез устали. Он предполагал, что они живут за плоскими холмами, которые ограничивали каменистую равнину, послужившую посадочной площадкой для их корабля.
Гарпойе объявил район холмов нулевой, то есть запретной, зоной, где никто не смел появляться. А потому напасть на след хозяев планеты еще долго не удавалось.
Группа техников перестроила плотину, так что канал стал пропускать вдвое больше воды. А несколько дней спустя, когда ничего примечательного все же не произошло, обстановка на «Ромуле» напоминала грозовую тучу, готовую вот-вот разрядиться. Ждать, пусть и сравнительно недолго, ничего не предпринимая, особенно когда командир натянул вожжи до предела, не слишком-то приятно. Эмоции требовали выхода.
— За это время поведение Нормена заметно изменилось. С нами он больше отмалчивался, зато мы часто видели, как он в чем-то горячо убеждает Ани.
Дангисвейо испытующе посмотрел на Велену, но та выдержала его взгляд.
— До меня дошел слух, — продолжал он, — что он впервые серьезно схлестнулся с командиром. Но не исключено, что это было только слухом. Вроде бы он требовал снятия запрета с нулевой зоны. И вроде бы поссорились они не на шутку. Апарисио сказал мне, будто Нормена даже посадили под арест. Во всяком случае, мы его целыми днями нигде не видели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
