Читаем без скачивания Рыжее наследство - Ромич Инна

Дик насмешливо посмотрел на нее, и под этим взглядом девушка совершенно смешалась.

— Я что, болела? — решилась спросить она.

— Два дня провалялась в беспамятстве, — весело ответил шотландец. — Чуть Богу душу не отдала. Но ты крепче, чем кажешься!

Он наклонился и стал как ни в чем не бывало собирать рассыпавшиеся дрова. Эрика помимо воли залюбовалась, как легко и сноровисто он двигается... Позвольте! В беспамятстве?! Она мгновенно покраснела до самых корней волос. Значит, это он переодел ее в эту дурацкую холстину. Святые угодники, он видел ее голой!

Видимо, на ее лице читался такой ужас, что Дик обеспокоенно спросил:

— Эй, что с тобой стряслось?

— Ну-ка немедленно отвечай, как я попала сюда! — звенящим голосом потребовала она.

— Полегче, — обиженно проговорил Ричард. — Я что-то не помню, чтобы был тебе обязан чем-то. В отличие от тебя, к примеру...

Эрика его не слушала.

— Ты... ты... — ее голос дрожал от негодования, — бесчестный человек! Отвечай, где моя одежда?

— Тьфу, — в сердцах сказал Далхаузи. — Вот в чем дело. Сушится твоя одежда. А я-то думаю, чего ты так взбеленилась. Ну да, я переодел тебя, а что было делать? Тебя трясло как в лихорадке, так что, надо было еще оставить в мокром платье? Это ж надо придумать — сигануть в весенний Клайд!

— Постой... — Эрика непонимающе воззрилась на него. — Так это ты вытащил меня из воды? Ты?! Господи всемогущий, как ты мог это сделать? Ведь ты остался в Бархеде!

— Леди, — уперев руки в бока, сердито сказал Ричард. — Вы на удивление быстро соображаете. Ты что же, совершенно ничего не помнишь? — Он недоверчиво покачал головой.

— Нет... Помню, как прыгнула в воду, как плыла... как лопнул канат на пароме. О боже! Канат... это твоя работа?

Она уставилась на него округлившимися глазами. Шотландец только криво усмехнулся. Ведь это он сделал, поняла она. Он, больше некому. Уже дважды этот странный человек спасает ее...

— О боже, Дуглас! — в ужасе воскликнула Эрика.

В ее голове словно ударил набатный колокол. Она совсем забыла, расслабилась... Теперь в глазах девушки вновь был страх.

— Где он? Ты его видел?

— Не бойся, сейчас граф тебя не достанет, — помрачнев, сказал Ричард. — Он плохо знает здешние места, а я как раз наоборот. Ты в безопасности.

Его голос снова стал жестким. Шотландец встал и, нахмурившись, направился к очагу. Опустившись на колени, он принялся раздувать погасшие угли в очаге. Неизвестно почему, но Эрика немедленно поверила ему. Ей вдруг пришло в голову, что она даже не поблагодарила Дика! Он поссорился из-за нее с Дугласом, рисковал жизнью... О боже, она доставила ему столько неприятностей! Наверняка он страшно сердит на нее.

— Послушай... ты снова спас мне жизнь... — нерешительно проговорила девушка.

— М-да? — невозмутимо отозвался горец.

Так и есть — в его голосе явно слышится раздражение. Слова застряли у Эрики в горле.

— Неужели ты собираешься сказать мне спасибо? — с де- ланым изумлением произнес Ричард, вставая с колен. Ему наконец удалось разжечь пламя, и теперь на нем весело булькал помятый чайник. — Я уж думал, что не дождусь от тебя благодарности до самого Страшного суда.

Эрике стало ужасно стыдно.

— Похоже, твое обычное красноречие изменило тебе, — насмешливо продолжал Далхаузи. — Ладно, считаем, что ты меня поблагодарила.

Шотландец тем временем спокойно хозяйничал в их крохотном жилище, и видно было, что для него это было делом привычным. Выдернув из разных пучков трав, которые сушились на стенах, несколько сухих стеблей, Ричард понюхал их и бросил в кипящую воду. В воздухе тут же разлился резкий приятный запах зверобоя. Девушка сморщила нос.

— Что это? — спросила она.

— Ты должна это выпить, — сказал он, переливая дымящееся питье в глиняную кружку и поднося к ее лицу.

— Зачем еще? — подозрительно поинтересовалась девушка, осторожно пробуя коричнево-зеленоватый напиток. — Фу, какая гадость! Он горький.

Она ужасно скривилась и решительно отодвинула кружку.

— Пей, — приказал ей Ричард. — Да, на вкус не мед, но это живо поставит тебя на ноги. Ты вся замерзла и была холодная как ледышка. Я уж думал, не довезу тебя сюда... Вчера вечером у тебя еще был жар, и я не хочу, чтобы ты свалилась с болотной лихорадкой.

Ей показалось или его голос дрогнул и потеплел? Не дав ей опомниться, Дик непреклонно поднес к ее губам кружку, и Эрика, жалобно морщась, была вынуждена выпить целебную дрянь до конца.

— Ну вот, умница, — сказал Ричард, ставя кружку прямо на пол.

Он вел себя с ней как с маленьким ребенком, и Эрике это было приятно и обидно одновременно.

— Послушай, — решилась наконец спросить девушка, — как все-таки получилось, что ты оказался на переправе? Я не понимаю...

Шотландец нахмурился.

— Все очень просто, — не глядя на нее, нехотя пояснил Далхаузи. — На следующее утро после того, как мы... расстались, в замке поднялся страшный переполох. Прошел слух, что ночью сбежала племянница барона, выбравшись через окно в башне.

Эрика лишь смущенно кивнула.

— Я тут же припомнил, что накануне столкнулся во дворе с тремя всадниками, и на одном из них красовалась эмблема рода Дугласов... Их провожал твой вечно мрачный дядюшка Дункан, который на этот раз был весьма любезен.

Рассказывая, Дик не спеша достал из небольшого мешочка кусок лепешки, сухую головку козьего сыра и соль, потом оторвал от связки на стене луковицу. У Эрики желудок мгновенно сжался от голода. Господи, она же не ела со вчерашнего дня!

— У меня не было особенного желания встречаться с Дугласом, особенно если вспомнить, что расстались мы отнюдь не друзьями. — Он выразительно посмотрел на Эрику, и та слегка покраснела. — Пользуясь переполохом, я незаметно уехал, и никто не стал особенно по мне сокрушаться.

Она кивнула, продолжая его внимательно слушать.

— Засев неподалеку от ворот Бархеда в одном тихом местечке, я видел, как сэр Уильям примчался в замок, а через час выскочил оттуда злой словно тысяча чертей. И не один, а во главе дюжины вооруженных всадников. Ого, сказал я себе! Раз собралась такая армия, значит, тут наверняка замешана одна моя знакомая рыжая девушка. Послежу-ка я за ними...

Далхаузи аккуратно разложил еду на чистой тряпочке.

— Ты молодец! Заставила этих господ побегать. Идея купить лошадь была просто великолепной! И если бы Дуглас не встретил на дороге циркачей, то еще долго искал бы тебя.

— Неужели Яков сказал ему?.. — вскинулась Эрика.

— Яков? Маленький лысый толстяк со странным выговором?

Девушка грустно кивнула. Почему-то предательство этого человека особенно больно резануло по сердцу. Он был ей симпатичен.

— Сказал, конечно. И деньги получил, — нехорошо усмехнулся Дик. — Ну да и я с ним после Дугласа потолковал маленько...

Он вздохнул и быстро закончил:

— А дальше... Мне просто повезло. Увидев, что Дуглас по собственной глупости свалился в воду, я перерубил канат, потом проскакал по обрыву и прыгнул в реку. Ты как раз собиралась пускать пузыри в ста ярдах от берега, когда я схватил тебя за руку. Вот и все.

Ричард вынул из ножен кинжал и начал сосредоточенно резать хлеб и сыр, а Эрика потрясенно смотрела на него и молчала. Он сидел здесь и спокойно рассказывал, как рисковал жизнью ради того, чтобы спасти ее... «Решил на всякий случай проследить за Дугласом... прыгнул за тобой в реку». Как будто на прогулку сходил!

А кинжал, между прочим, тот самый, что она выиграла в Хоике на соревнованиях лучников.

— Дик... — тихо позвала она, — скажи мне... Зачем? Почему ты решил помочь мне?

Он упрямо молчал.

«Ну скажи что-нибудь!» — мысленно взмолилась Эрика. Она так привыкла не верить никому. Предательство дяди Дункана и тетушки еще больше укрепило девушку в этом. Рассудок кричал: ты не знаешь ровным счетом ничего об этом шотландце, он враг, ему нельзя доверять! А сердце сладко замирало от одной мысли, что он рисковал ради нее... Как странно, что этот парень, которого она видит всего-то третий раз в жизни, кажется ей сейчас ближе всех на свете! Она почувствовала, как в груди разливается теплая волна благодарности и... чего-то еще более чудесного, чему пока не было названия. Будто угадав ее мысли, Ричард пристально взглянул на нее, и Эрика не выдержала и отвернулась. Она вдруг поймала себя на мысли, что ей необыкновенно хорошо здесь, в этой крошечной убогой хижине, сложенной из тростника. Хорошо именно потому, что рядом был он, Дик. На какое-то мгновение ей показалось, будто они давным-давно живут здесь вместе. Вот сейчас он встанет, подойдет к ней, привычно обнимет, они вместе пойдут к столу...