— появляется рядом с первыми двумя. Отстает от графика на четыре дня.
Все три нити обозначают одно — даты появления. Оба мужчины, обозначенные красной и синей веревкой, объявились до того, как были обнаружены тела.
Они оба появились до того, как произошли убийства.
Естественно, я оставил для них довольно очевидный след из крошек, но только один из нас поставил спектакль двух жертв — и это был не я.
Сами сцены — ловушки — должны были предупредить следователей о том, что убийства были совершены кем-то, пытающимся подражать моему почерку. Опять же, большинство людей делают работу только чтобы получать зарплату.
Только перфекционисты, одержимые и дотошные, достаточно внимательны, чтобы сделать все правильно.
Я скрещиваю руки и смотрю на появляющийся узор. Не отвожу взгляда от карты, линий и фотографий. Расфокусировав взгляд, я позволяю всем деталям слиться воедино, превратившись в коллаж. В лабиринт.
ФБР и полиция спрашивали об одном и том же, задавали одни и те же вопросы, пытаясь найти смысл, пытаясь установить связь, которая ответит на вопрос «почему» и, в конечном счете, «где». Пытаясь установить связь, которая приведет их ко мне.
Почему я отпустил доктора Лондон Нобл?
Красной ручкой обвожу фото Лондон. Вновь и вновь. Она занимает центральное место на доске. Для меня она ответ на все вопросы. И для двух фанатиков она может оказаться ключом ко всему.
Обстоятельства моего побега побудили некоторых людей присмотреться к ней более внимательно. Их интерес к доброму доктору настораживает и внушает опасения.
Лондон проницательна и умна. Возможно, она даже лучший манипулятор, чем я. С интуицией приходит сила. Сила сотворить практически все, черт возьми, что мы хотим. Но поскольку мы не созданы для этого мира, мы стоим особняком, мы — другие. И в этом как наше преимущество, так и слабость.
Мы мишень для тех, кто обучен обману.
Познакомьтесь со специальным агентом ФБР Рэндаллом Нельсоном.
Он спас Лондон, бросившись в пылающий дом, как рыцарь на белом коне. У этого агента на меня настоящий стояк. Это почти клише, но ведь все уже было когда-то раньше, не так ли? Каждому настоящему преступнику нужен его немезида. Рыцарь — полицейский, преследующий сумасшедшего плохого парня. Великая игра в кошки-мышки.
Агент Нельсон объявил себя инь для моего янь.
И он использует Лондон, чтобы добраться до меня.
Он может стать препятствием или средством для достижения цели.
Однако агент Нельсон — только один их этапов процесса устранения. Есть второй элемент в виде одержимого детектива, который поклялся прикончить меня голыми руками. Мы не можем упускать из виду детектива Фостера. Он всю дорогу сидел на хвосте у Нельсона, следуя за ним по пятам. Он никуда не денется.
Фостер может представлять меньшую угрозу, но он все равно остается еще одним препятствием, которое необходимо преодолеть. Я уже совершил ошибку раньше, недооценив его. А я учусь на своих ошибках.
Я неделями оставлял им крошку за крошкой, к этому времени они, должно быть, изголодались. И были готовы к большой сочной трапезе. Ларри должен занять их на какое-то время. Я не могу разом выложить им все ответы. Это сведет их с ума. Как и детей, их надо кормить понемногу. Крошечные ответы, которые они могут проглотить, не подавившись.
Мы не хотим, чтобы они задохнулись. Еще нет.
Сначала нужно осуществить задумку Лондон.
Я мог бы взять ее с собой в бега. Осесть в Канаде. Она могла бы даже открыть новую практику под вымышленным именем. Мы могли бы передвигаться, никогда не задерживаясь на одном месте слишком долго.
Но что это за жизнь?
Нет, с такими талантами Лондон заслуживает большего. Лучшего будущего. Блестящего.
Более того, зачем убирать идеально расположенную шахматную фигуру?
Теперь вся картинка оказывается в фокусе. Лондон находится прямо в центре расследования. Она может протянуть руку и физически прикоснуться к нашим врагам. Она играет самую важную роль во всем этом.
Процесс устранения.
Как только вы устранили препятствия, вы свободны. ФБР не может вечно тратить деньги налогоплательщиков. Ресурсы заканчиваются. Дела остывают. И, в конце концов, сбежавших преступников признают мертвыми, когда все ниточки ведут в никуда.
Теперь, когда мне видна общая картина, пришло время заняться деталями. Разрезать их на крошечные аппетитные кусочки.
Я делаю пометку на новом месте. Рокленд — место преступления, которое опрокинет первое домино. Привязываю черную нить к кнопке. Мэн — мой конечный пункт назначения. Здесь все началось, здесь все и закончится.
Агент Нельсон — красная нить и детектив Фостер — синяя, следуют за мной по пятам. Кто первым доберется до Рокленда?
Глава 36
ЗЛОЙ УМЫСЕЛ
ЛОНДОН
У всех пресс-конференций один запашок. Смесь несвежего кофе и лосьона после бритья с легкими нотками мяты и кожи. Похоже на церковь. Даже у человека, стоящего на трибуне, крайне серьезное выражение лица, как у пастора, произносящего отработанную речь для паствы.
Я научилась смотреть в центр подиума. Таким образом, я не копирую выражение лица говорящего, когда отключаюсь. Люди имеют тенденцию считывать сигналы на лицах других людей. Врожденный навык, который мы развиваем в детстве, чтобы научиться сочувствовать.
А когда на меня направлено столько глаз и камер, важно, чтобы я не хмурилась и не улыбалась, давая средствам массовой информации повод для красочных заголовков.
— Изучив то, что осталось от улик, я пришел к выводу, что при рассмотрении этих дел была допущена вопиющая небрежность. — Прокурор штата Кайл Сэндоу обращается к прессе, сурово глядя в камеру. — Таким образом, Департамент полиции Мизе получил указание передать все относящиеся к делу улики, касающиеся покойного шерифа Малькольма Нобла и убитых, в Федеральное бюро расследований.
Я сижу в первом ряду, рядом с агентом Нельсоном и детективом Фостером, который с прошлой недели стал моей тенью. Здесь присутствуют все, что либо значащие сотрудники правоохранительных органов. Даже руководитель оперативной группы ФБР, проводящей розыск.
Расследование в Мизе никого не интересует. Как и пять недель назад. Собравшаяся толпа ждет, чтобы услышать новости, которые подтвердят возвращение Ангела Мэна.
Новостные станции уже извлекают выгоду из убийства в Рокленде, опережая власти, заявляя, что либо их родной ангел-мститель вернулся домой, либо в городе появился новый игрок, в их заявлениях слышится надежда. Люди воспринимают Грейсона как своего мстителя, а СМИ обожают, что из-за него их рейтинги взлетают.
Я заявилась сюда вопреки совету адвоката, чтобы изучить толпу. Убийца-подражатель ничем не отличается от любого другого серийного убийцы — он подпитывается публичностью, требуя признания своих действий. Он оставался в курсе следствия,
