Повезло, что выключатель не был опущен. Теперь необходимо его найти и потом прижать…
— Так, так, а вот и переключатель, Лорд Нат, тебе следовало бы немного разбираться в таких вещах.
Он сделал глубокий вдох, щелкнул выключателем и прыгнул прочь, нырнув под стволом револьвера Ната, головой вперед, прямо ему в брюхо.
Палатка расцвела, как от фейерверка в Рождественскую ночь. Туземцы дико завопили, зилонгцы пронзительно завизжали, мутанты выли. Симус О'Нейл заревел, как целый отряд Диких Гусей, освободил голову из необъятного мягкого живота Ната, подобрал револьвер и нырнул в горящее отверстие шатра.
Он уложил охранника императора выстрелом в голову, сорвал с него красный плащ, накинул его на плечи, вскочил на коня и галопом помчался через лагерь.
Остатки охраны попытались остановить его. Симус поднял револьвер и спустил курок. Тот не выстрелил.
Но, как и Нат, он забыл об осторожности. Его лошадь влетела в толпу солдат. Они забросали его копьями, промахнувшись на волосок. Наконец, ему удалось вырваться невредимым. Охрана рассыпалась по джунглям, и Симус, как вихрь, рванул из лагеря, извергая проклятия и крики, как разъяренный громовержец.
На этот раз я их побил. Но что мы будем делать, когда они покажутся в Главных воротах Города, и мы попытаемся справиться с ними при помощи палок?
22
Грохот сильного взрыва заставил городские стены содрогнуться и временно лишил Симуса О'Нейла слуха. Они взрывают арсенал! Проклиная подвернувшегося динозавра, он припарковал потрепанный планетолет с подветренной стороны Города, в наименее заселенном Северном Квартале. Около часа он потратил на то, чтобы приладить на место поврежденную носовую часть машины. Теперь руки и спина ныли, ладони были содраны, и он уже на несколько часов не укладывался в график намеченного. Фестиваль на Зилонге уже начался.
Весь Город был залит светом. Выкрики, смех, плач и дикая музыка эхом разносились по Северному Кварталу, который он выбрал для рекогносцировки. До него доносились звуки небольших взрывов и вопли женщин, насилуемых и насилующих — если теперь это чем-то отличалось. Толпы людей, в большинстве своем совершенно голые, носились с бутылками ликера, дрались, толкались, валялись на земле. Да, это была самая настоящая оргия в сумасшедшем доме. Как сказала Настоятельница, это было гиблое место.
Он страшно опасался за молодежь из Союза. Если бы не этот чертов динозавр, он бы доставил таблетки еще утром. Теперь он не представлял, как добраться до них. Ветер дул яростно. Может быть, стены камер защитят его друзей.
Симус спрятался за стенами склада. Незаметно проскользнуть по улицам Города на планетолете было невозможно, машина была слишком повреждена, чтобы перескочить через городскую стену.
Пешком? Это безумие. Его единственной надеждой оставалась подземка. Он надеялся, что людей там не будет — похоже, все высыпали на улицы и наслаждались фестивальным бризом.
Тюрьма, как и Энергетический Центр, Центральное Здание, Военный Центр и Площадь Поклонения, располагались в Старом Городе, или центральном квартале. Большинство зданий в этой части города было кирпичной кладки с деревянной облицовкой, четырех-пятиэтажные. Улочки были извилистыми и узкими.
Здание тюрьмы и полиции отдельным блоком располагалось в конце короткой улицы, выходившей на Площадь Поклонения.
Именно на этой улице, когда он в первый раз ночью встречался со всей группой заговорщиков, Хорер провел его через дверь заброшенного магазина. В полу магазина находился люк, ведущий в амбар, который никогда не использовался, — это была конспиративная штаб-квартира. По подземному лабиринту он мог добраться до зернохранилища; проблема была в том, как попасть в помещение тюрьмы.
Думать о том, как прорваться сквозь охрану, было некогда.
Он снова услышал громкий взрыв. Кто-то использовал взрывные устройства, подобные тем, что спрятаны в штаб-квартире Союза. Значит, восставших на улице было больше. Или это была другая группа, добравшаяся до складов Военного Центра.
Транспортная система подземки доведет до склада, в котором он сейчас укрывался. Он обнаружил что-то вроде смотрового окна. Узкая железная лестница вела вниз, в туннель, заполненный кабелями, трубами и изоляцией. Другой люк, который он искал, оказался на хорошо освещенной мостовой. Внутри было пустынно. В нишах туннеля, вдоль стены, парковались планетолеты. Он выбрал поновее, со вставленным ключом зажигания. Как и все подобные машины, заводился он неохотно. Симус уговорил его несколькими отборными словами из космогэльского, которые, как он успел заметить, отлично воспринимала любая техника в этом Богом забытом месте. (Слова были заимствованы, как любила сообщать Настоятельница в своих обзорных лекциях, из англо-саксонского, с тех давних пор гэльский стал чистым языком, свободным от подобных вульгаризмов.) Сжимая в руках аптечку с «Дева», в который были драгоценные пилюли — его беззащитно выглядевший Священный Грааль, — он повернул на светящиеся огни. В туннеле было абсолютно темно, и он покатил по проезду монорельсовой системы. Теперь необходимо было найти направление к эскалатору, ведущему в Старый Город.
На перекрестке Симус притормозил, задумавшись над тем, какое направление выбрать.
Трое в капюшонах отделились от темной стены и кинули в него толстый пакет. Выжав из машины максимальную мощность, ему удалось избежать взрыва.
Значит, у капюшонников есть взрывные устройства. Это являлось осложнением, в котором ни Симус, ни его друзья не нуждались. Он старался отогнать навязчивые мысли о том, что штаб-квартира ограблена.
Наконец, после того, как он трижды сбивался с пути, заброшенный элеватор был найден. Куда направиться? Вниз, в амбар, или наверх, на улицу? Сначала он решил исследовать зернохранилище. Послышались женские вопли. Выпрыгнув из машины с портативным фонариком в одной руке, с пилюлями на поясе и карабинов в другой, Симус побежал на голос. Обогнув угол, он увидел двух мужчин, зверски мучивших молоденькую девушку. Симус отпугнул их выстрелом в воздух.
Менее одурманенная фестивальным безумием, чем ее мучители, она рыдала от страха и боли. Она бросилась к Симусу, стуча зубами. Как только страх прошел, безумие начало возвращаться к бедняжке. Она похотливо прижалась к нему. Он запихнул одну из таблеток ей в рот.
Реакция была почти мгновенной. Она отпрянула на мгновение, потом снова приблизилась со словами восторга и благодарности:
— Ты действительно великодушный Бог, поэт с Тары.
Что же теперь делать с ней? Ведь у него были важные неотложные дела. Она была маленькой и хрупкой, с хорошенькими грудками и прелестным задком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
