Транквилизация молодых происходила медленно, но скоро вся команда была «нормализована».
Они были смущены, ведь они уронили себя в глазах таранца.
— С нами еще никогда такого не было. Ветер гораздо сильнее, чем прежде, даже в этих тюремных стенах.
В самой тюрьме было тихо. Снаружи продолжались взрывы. Они совершенно безнадежно не вписывались в задуманный график. Им предстояло вернуться в подземку, забрать оружие из штаб-квартиры и атаковать Военный Центр. Где-то внизу была Сэмми, наверное, она жива, и никто ее сейчас не тронет. Если ему не удастся найти ее сейчас, ей придется подождать, пока они займут Военный Центр. Увидев среди спасенных ребят ее сына и будущую законную дочь, он остро почувствовал свою вину перед ней. Знают ли они о том, что произошло? Спрашивать не было времени. Все помыслы сейчас были устремлены к одному — Военному Центру.
Много времени ушло на то, чтобы добраться до поста повстанцев. О'Нейл послал Мариетту и Яна вперед с инструкцией на случай провала. Сам он отправился в дальний конец на поиски Сэмми. Все попытки найти бедную женщину оказались тщетными.
Когда он снова присоединился к молодым, их ряды пополнились двумя зилонгцами — Миной и невероятно длинным молодым человеком, мужем Мины.
— Эти двое сказали, что хотят присоединиться к нам, — доложил Ян.
О'Нейл пожал руку молодому человеку.
— Мы благодарны всем, кто хочет стать нашим союзником. Муж Мины такой же храбрец, как и она.
— Мы пойдем за вами на смерть, лорд О'Нейл, — просто ответил юноша.
О'Нейл поморщился. Проклятие, опять этот «лорд», набивший оскомину.
— Выбрось эти мысли из головы. Ты должен жить, чтобы заботиться о молодой жене и о будущих детях, которых она тебе нарожает. Ты слышишь меня? Мне не нужны мученики.
— Да, лорд О'Нейл.
— Я хочу подарить ему много-много детишек.
— Рад за него. Теперь обещайте оба, что будете осторожны.
Они важно поклонились. Бог их знает, какой смысл вложила парочка в этот жест.
Вооруженные карабинами, копьями и взрывными устройствами, молодежь из Союза и их таранский лидер выбрались на поверхность. Город превратился в бойню.
Оставив большую часть отряда в подземке, он отправился на разведку на поверхность, чтобы оценить обстановку перед началом запоздалой атаки. Оставив Мариетту за командира, он с Ретой отправился вперед по узкой извилистой улочке. С первых же шагов они попали в преисподнюю. Повсюду плясали языки пламени. Огонь вырывался из дверей домов, горели крыши. По улице, которая на видимом участке была пуста, доносились душераздирающие крики с площади.
— Неужели вы доверяете трусам, лорд О'Нейл? — спросила с сарказмом Рета, когда они бросились вдоль по улице.
— Замолчи, женщина, ты выбрала удачное время, чтобы напомнить о моих ошибках! И зови меня Джимми, ты слышишь?
Они добрались до конца улицы. Здесь происходило сражение за площадь между группой капюшонников и остатками полицейского формирования. У полиции были карабины, а у противников — небольшие взрывные устройства. Полицейские были защищены иммунитетом. Они стреляли очень точно, без промахов, и уложили многих. Одурманенные капюшонники презирали смерть. Они постепенно оттеснили полицейских к дальнему концу платформы для поклонения. В то время, как бушевало сражение, Рета и О'Нейл слышали шум ревущей толпы, доносившийся от Центрального здания на Площади. Оргия продолжалась. Толпа не обращала никакого внимания на смертельную схватку. Все это напоминало изображение сумасшедшим художником сцен ада.
Звуки выстрелов карабинов и взрывы, крики сражения, происходившего на улицах Старого Города, глухой шум безумных криков наслаждения и боли — таким был конец Зилонга.
Неужели возможно Возрождение Зилонга?
Ответ на этот вопрос зависел от Симуса О'Нейла и этих симпатичных, но неопытных детей.
Если бы я был человеком, делающим ставку, я бы не поставил на нас.
23
Последнему сражению суждено было развернуться там, где начинал застраиваться Город, где первые колонисты, пилигримы, подобные таранцам (исповедовавшие совсем другую религию) заложили маленькую деревеньку и занялись построением свободного и справедливого общества.
Цель, заслуживающая человеческих усилий и надежд.
Пока О'Нейл и Рета с ужасом и отвращением наблюдали за происходящим на платформе Поклонения, новый поток капюшонников устремился на площадь из соседней улицы. О'Нейл затащил худенького лейтенанта в укрытие. Капюшонники устремились мимо платформ, где был установлен Великий Глобус Зилонга, мерцавший в отблесках зарева, и направились к Военному Центру.
Эх-х, подумал О'Нейл, они украли наш план. Сияющий шар рассыпался от мощного взрыва и рухнул в яму. Потом последовала еще более мощная вспышка, озарившая ночное небо. Вся центральная часть платформы провалилась под землю.
Рета охнула:
— Когда разрушится Глобус, Зилонг погибнет!
— Что? — он пытался перекричать рев второго взрыва, наклонившись к девушке.
— Древнее высказывание. Глобус — это символ Города и народа! Если разрушить его, Город перестанет существовать. Мы погибли, — она задыхалась от ужаса.
— Пока еще не совсем, — Симус рвался в бой и надеялся его выиграть.
Полиция отступила внутрь Центрального Здания. Начались взрывы в самом Военном Центре. Ясно и отчетливо в его мозгу возникло ощущение большой опасности.
— Бежим, Рета, бежим! Не отставай! Назад, к нашим, как можно скорее!
Пламя начало лизать облицованную деревом дверь Военного Центра. Первая взрывная волна сбила их с ног. О'Нейл вскочил первым и втолкнул девушку в дверь ближайшей лавчонки. Это было сделано вовремя. Огромный огненный шар взмыл вверх, и через несколько мгновений последовал рев взрыва. Это взорвался Арсенал Зилонга. По воздуху летели осколки кладки, металлические листы с грохотом падали на то место, где они только что стояли.
— Ты в порядке, малыш? — спросил Симус, нежно погладив ее по волосам.
— Да, Джимми, — у нее были квадратные от испуга и отчаяния глаза.
— Возвращайся к Яну и Мариетте. Скажи им, чтобы возвращались в подземку, в защищенное место. Я немного осмотрюсь.
О'Нейл проводил взглядом ее худенькую сгорбленную фигурку, у него сжалось сердце.
Не бойтесь, ребятки. Дядя Симус вас вытащит.
По заваленной булыжником мостовой он направился к Центральной Площади и выглянул из-за стены. Он был в шоке от увиденного.
Военный Центр и Центральная Площадь превратились в дымящийся огромный кратер. От людей, только что праздновавших, ничего не осталось. Центральное Здание было полностью разрушено. Пыль столбом стояла над горящими руинами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
