чебака, сунул его в нагрудный карман. Хвост остался торчать снаружи. Осторожно приподнялся, выглянул из-за выворотня. «Близнец» стоял метрах в четырех, повернувшись к нему в полуанфас, и насаживал на крючок червя. Старпом юркнул обратно и мысленно выругался. Положение было незавидное. Надо бы по-тихому слинять — но как? Если попытаться выйти из-за укрытия — рыболов, скорее всего, заметит движение краем глаза, тем более что у него пока еще обе линзы на месте.
Разве что попробовать двигаться так, чтобы сосновый комель постоянно находился между ними и не давал видеть друг друга? Сергей прикинул, и оказалось, что в этом случае ему придется удаляться наискось через речку по направлению к другому берегу. Не самый приятный вариант — но, похоже, ничего другого не остается...
Осторожно, чтобы ничем себя не выдать, сдвинулся с места, старательно придерживаясь заданного направления. Приходилось пятиться спиной вперед, согнувшись и присев, не отрывая взгляда от спасительной преграды, что укрывала его от посторонних (даром что собственных) глаз. Дно постепенно понижалось и становилось илистым — сапоги норовили увязнуть чуть ли не по щиколотку. Зато, пройдя несколько метров, Сергей уже смог почти полностью выпрямиться.
Вместе с поднимавшимися со дна пузырьками газа перед глазами забелело брюхо второго чебака — пришлось и этого поймать и засунуть в карман.
Вскоре старпом достиг середины речки, отдалившись от своего двойника метров на десять. Вода здесь доходила практически до подмышек. И тут он решил, что не стоит идти дальше по диагонали до другого берега, а лучше так и продолжать следовать вверх по течению. Потому что на берегу его высокая фигура куда быстрее привлечет к себе внимание, а вот торчащую из воды голову «близнец», скорее всего, даже не заметит, тем более что он и не смотрит в эту сторону.
Поэтому Сергей погрузился по самую шею — и двинулся вперед, по-прежнему пятясь задом, дабы не выпускать из поля зрения сосновый выворотень, что пока еще заслонял двойника практически полностью, если не считать удочки, которая лишь один раз взметнулась вверх, постояла секунд пять торчком и снова пропала из виду.
Но уже через несколько метров из-за комля стала видна спина «близнеца», а вскоре и весь его стройный профиль предстал взору во всей красе. Сергей заволновался и ускорил шаг. Только бы его «альтер эго» не вздумал обернуться! А то придется нырять...
Но рыболов, как видно, был слишком увлечен своим занятием — даже мельком не глянул в его сторону. Это радовало. Сергей бросил взгляд за спину. Прямо по курсу, метрах в пятнадцати, из воды торчала большая коряжина. Добраться до нее — и под ее прикрытием выбраться на берег. А то Леха с Юлькой, наверное, уже голову ломают: куда он делся?.. Да, нелегко ему далась дополнительная порция рыбы на обед. Придется теперь одежду выжимать и над костром сушить...
И тут его словно кто-то по лбу шарахнул: идиот, кретин, дубина! Рука под водой метнулась к поясу, нащупала пейджер... но в голове уже разливалась горькая мысль: «Адью, мон шер...»
И все-таки он отстегнул горемычный приборчик, вытащил его и сунул в зубы. А сам, полушепотом ругая непечатными словами и себя, и свою треклятую копию, развернулся и уже без всякой опаски и осторожности заспешил вперед — теперь ему было всё равно, заметит его двойник или нет.
Спустя минуту уже был на берегу. Первым делом занялся пейджером: в глубине души еще теплилась слабая надежда — может, под корпус не проникло слишком много воды и всё обойдется? Но стоило ему встряхнуть злосчастный «девайс», как из груди вырвался стон: внутри отчетливо булькнуло. Торопливо снял крышку, вынул батарейку, потом стал разбирать сам приборчик — благо сконструирован он был так, что проделывалась эта манипуляция легко и непринужденно, даже отвертки не требовалось, поскольку никаких шурупов не имелось и в помине.
Стоило разделить корпус надвое, как оттуда вылилась вода — с чайную ложку, не меньше. Вся электронная начинка была мокрой. Сергей стал стряхивать остатки капель, но разумом уже понимал, что это бесполезно. Можно, конечно, тщательно высушить обе платы, но шансов, что прибор вновь заработает, — ноль целых хрен десятых.
Да, похоже, прибавка к обеду обошлась ему гораздо дороже, чем он предполагал... Вот олень безрогий! Что он теперь шефу скажет? Ведь тот своему лучшему работнику пейджер подарил не просто так, а чтобы связь было удобнее держать. А он, как последний дурак...
От отчаяния старпом долбанул себя кулаком по лбу.
Но делать было нечего — постояв немного, Сергей испустил безутешный вздох, собрал прибор и поплелся к лагерю. В сапогах хлюпала вода, мокрая одежда липла к телу, но пострадавший не обращал на это ни малейшего внимания — брел тупо и отрешенно, как превратившийся в зомби утопленник.
Первым его увидела Юлька. Охнула, зачастила испуганно:
— Что с тобой? Почему ты весь мокрый? Мы тебя потеряли, ты где был?
— Купался, — буркнул Сергей. Вытащил из кармана злополучных рыб, сунул сестре: — Вот, держи. Улов стоимостью в триста долларов.
— Чего? — мигнула штурманша.
Леха, по-прежнему лежавший на простыне, заинтересовался столь странной репликой друга, не говоря уже о не менее странном его облике. Попробовал было расспросить, но Сергей только отмахнулся.
Он уселся прямо на землю, стянул один сапог, вылил из него воду. То же самое проделал и с другим. Потом стащил через голову штормовку, принялся выжимать.
И только после этого отстегнул от пояса пейджер, молча присел рядом с Лехой и снова стал разбирать приборчик, раскладывая детали на покрывале.
Товарищ взял одну из плат, повертел в руках.
— М-да, — проговорил он. — Короче, причину мрачного настроения я понял. Осталось понять, какого буя ты в речку полез, да еще в одежде и с пейджером на поясе. Это какой-то новый способ рыбу ловить?
В конце концов пришлось всё рассказать. Правда, вдаваться в подробности не было никакого желания, поэтому рассказ получился коротким.
— Ладно, Серый, не горюй, — утешил его Леха. — У меня вообще камера утонула, и ничего. А она подороже пейджера твоего стоит.
При этих словах Юлька, выступавшая непосредственной виновницей гибели видеокамеры, сникла и погрустнела.
Заметив это, капитан поспешил и ее успокоить:
— Юлико, я ж сказал: не бери в голову. Наоборот, это я перед тобой в долгу, — он кивнул на свою ногу.
Ответом ему был лишь покаянный вздох.
Сергей развесил выжатую одежду на кустах, а сам, оставшись в одних трусах, занялся костром, то
