Огромный, три метра в холке, и чертовски злой!
Глава 23
Спальня цесаревича
Вчера
Алексей ворвался в собственную спальню, громко хлопнув дверью. Его буквально разрывало от злости.
Так унизить его перед родными братьями! А чёртов Ярослав только потакал проклятому Дубову. А Павел? Маменькин сынок, который недостоин даже произносить фамилию Годуновых! Императрица всю жизнь носилась с ним как с писаной торбой, в то время как его старшие братья будто перестали существовать. Нет, он обязательно разберётся и с Павлом, и с его защитничком Дубовым! А затем вернётся в Китежград и продолжит плести заговор.
Только Дубов силён. Очень силён. Куда сильнее Павла, если уж на то пошло. Судя по фамилии, обладает дубовым Инсектом, вот только он и без него могуч, словно богатырь древности. А если ещё и даром своим овладел в полной мере, всеми его ветвями? Нет, это невозможно — он слишком молод для этого. Но что, если Алексей ошибается? Ошибка здесь будет губительна для его планов.
Царевич грузно сел в кресло, отчего оно проехало по полу несколько сантиметров и расхохотался. В его голове только что созрел прекрасный план. Одним выстрелом он убьёт двух зайцев: устроит покушение на брата и узнает силу Дубова, вынудит его использовать Инсект. Если всё пройдёт удачно, то и барон, и царевич погибнут. Отец как раз пригласил их на охоту завтра. Хоть какая-то польза от поездки сюда…
Алексей взял в руки стакан, стоявший на столике рядом, и плеснул в него грушевой водки. Фруктовый аромат ударил в ноздри. Он представил, как сжимает горло этого выскочки, и от вдруг возникшего жара водка испарилась, а стакан начал капать на пол расплавленным стеклом.
— Осторожнее, цесаревич, так и весь дворец спалить недолго. Раньше времени… — произнёс елейный голос.
— Тарантиус, — тут же узнал его Алексей. — Что тебе нужно?
— Что нужно вам?
— Ты знаешь что, — огрызнулся цесаревич, — то же, что и всегда. Мощь, способная сокрушить моего отца.
— Действительно? — Фигура в тёмном балахоне вошла в поле зрения Алексея и села в кресло напротив. На улице ярко светило солнце, но в комнате резко потемнело. — А мне показалось, что вы отказались от своих планов и вас обуяла жалость к младшему брату. Неужели вы стали таким слабым?
— Заткнись, Тарантиус! — вспылил цесаревич, чем лишь вызвал хриплый смех собеседника. — Завтра, — успокоился он. — Завтра отцу приспичило устроить охоту, собрать нас всех впервые за чёрт его знает сколько лет. Решил поиграть в семью… И я поиграю в неё, будь уверен, Тарантиус. А теперь убирайся! Мне нужно сделать все приготовления.
— Как прикажете, Ваше Высочество… — тихо смеясь, встал собеседник.
Он, словно плывя по воздуху, вышел из поля зрения Алексея, затем раздался шорох ткани, и в комнату снова хлынул свет.
Алексей вскочил и позвал своего верного слугу.
* * *
Новая земля
Вечер предыдущего дня
Целых две недели он плыл на огромной льдине, на которой не было ничего, кроме снега и льда. Ничего крупнее селёдки в море ему не попадалось. А сейчас он оказался на каких-то островах, где, кроме снега, появились только камни и скалы. Стаи птиц разлетались при его приближении, мох на камнях отдавал тиной.
Медведь расстроенно взревел, глядя на серое море. Ему ужасно хотелось есть. Хотелось нормальной пищи, какого-нибудь захудалого моржа!
Вдруг его нос что-то учуял. Мясо! Свежее мясо!
Медведь подобрался и поскакал к источнику запаха. Он перемахнул через небольшую каменную гряду и увидел его. Свежие, сочные куски, ещё сочащиеся кровью и источающие пар. Он взревел и бросился, не разбирая дороги. Лишь впившись в сырое мясо зубами, понял, что его заманили в ловушку. Дверь клетки с лязгом опустилась, щёлкнул засов.
Плевать: сначала он поест, а потом разберётся с охотниками. Но вдруг клетка качнулась, и недоеденные куски мяса вылетели сквозь прутья. Земля белела далеко внизу, а он летел по воздуху.
Медведь яростно взревел, вскинув морду, и увидел верёвки, тянущиеся от клетки к огромной вытянутой штуке в небе. Она бесшумно набирала скорость.
Он должен немедленно выбраться отсюда!
Зверь попытался выбить дверь, используя свою магию, но что-то блокировало её. Он ощутил, как от цветных камней в углах клетки исходит аура силы. Попытался выцарапать один из них, но лишь повредил лапу.
Закончив бесплодные попытки, медведь успокоился. Он сидел на деревянном полу и тяжело дышал, ожидая своей дальнейшей судьбы. Он был готов биться насмерть.
Тусклое солнце опустилось за горизонт, воцарилась беззвёздная ночь. Он всё продолжал лететь в чёрной пустоте, овеваемый холодным ветром.
Зверь потерял счёт времени, когда море внизу сменилось золотыми равнинами. Он догадался, что это деревья. Редко он видел такие большие.
Клетка опустилась посреди леса и открылась. Медведь выскочил наружу, озираясь в поисках врагов, но никого не увидел. Бесшумно клетка поднялась вверх и исчезла среди деревьев. Зверь потянул носом воздух, полный незнакомых запахов. Дичь, как же много здесь дичи. И какая-то особо наглая стая мелких вертлявых зверей сама бросилась к нему.
Медведь радостно оскалился.
Скоро он наестся досыта.
* * *
Леса под Выборгом
Сейчас
Николай
— Кто-нибудь захватил с собой артефактные патроны? — спросил я, глядя, как к нам приближается огромная белая туша.
— Кто ж с собой на охоту артефактные патроны таскает? — удивился Император.
— Здравомыслящие люди? — предположил я.
Тем временем медведь приближался, окружённый лающими собаками. Волчонок держался поодаль — чуял опасность, исходившую от животного. Императорских гончих охватил азарт, и они не боялись огромного медведя. Лаяли и кусали его. Одна повисла на его боку. Зверь же их почти не замечал, только махнул лапой и сшиб псину, выскочившую прямо перед ним. Собаку шмякнуло о дерево, и она больше не поднялась.
Все остальные замерли в нерешительности.
— Целься! — командным голосом взревел Император, в его глазах тоже загорелся азарт. Опасное это дело.
Он вскинул ружьё к плечу, то же сделали его сыновья и слуги.
Александр скомандовал:
— Огонь!
Бахнули ружья. Несколько пуль и туча дробинок врезались в шкуру медведя, но не причинили особого вреда. Даже кровь не выступила. Толстая, значит. Я призвал из кольца револьвер и приготовился выстрелить. Лошади тревожно заржали, опасаясь зверя. Нас разделяло уже меньше трёх дюжин метров, и медведь продолжал приближаться.
— Я завалю его! За Царя! — взревел один из слуг, пришпорил своего коня и бросился навстречу монстру.
