и заботливо он взял Нелли за руку – возможно, в последний раз.
– Этого и не будет, – обнадёживающе ответил Люциус, – мы долетим до Торхара и сбросим эту чёртову бомбу в этот чёртов портал.
– Я хочу, чтобы так и было, – горько улыбаясь, произнесла девушка.
– Обещаю, что вернусь сюда, Нелли, – сказал Люциус, – и что мы выиграем эту злосчастную войну. Пойми, я тоже не хочу, чтобы ты снова меня потеряла.
Волшебница посмотрела на хранителя взглядом, полным надежды.
– Конечно, я понимаю, что ты должен взорвать этот портал, – произнесла Нелли, – иначе тебя убьют если не там, то здесь. Демоны не остановятся на достигнутом.
– Увы, – покачал головой Люциус, – а ты самая милая Нелли на свете. Смышлёная и добрая. Ты убедила меня, что и через двести лет я не потерял способность любить.
Ангел и волшебница сблизились вплотную и прижались друг к другу. Нелли почувствовала тепло, исходящее от тела Люциуса, и никак не могла представить, что он был искусственно выращен в капсуле. Он был таким живым, таким родным и близким…
– А ты мой лучший Люциус, – волшебница дотронулась до рук ангела, – самый весёлый ангел. Мне тебя будет очень не хватать.
– Как и мне тебя, – ответил хранитель.
– Я бы, возможно, с тобой полетела, – начала Нелли немного неуверенно.
– Не стоит, – покачал головой ангел, – мы полетим к вратам Ада, и…
– Пожалуй, ты прав, – перебила его девушка, – я нужнее здесь.
Они повернулись в сторону крепости, держась за руки.
– Мне нужно возродить Невидимых, – в голове волшебницы мелькнула идея, – магический дар у меня ограничен, но я помню, как вести занятия. И смогу выявить будущих магов среди детей Гранд-Альянса и помочь им раскрыть свои силы.
– Это замечательная мысль, Нелли, – с улыбкой ответил Люциус.
Нелли кивнула – дёргано и нервно. Она словно перенеслась на время в горящую штаб-квартиру Невидимых, где сражалась с ордами пауков и демонов.
– Дом двадцать восемь был для меня… настоящим домом, – сбиваясь, промолвила девушка, – там я нашла друзей, а сейчас… Арабелла погубила всё, что сама и сделала. Молния, Рихард – их больше нет… Так пусть их наследие живёт. Без Арабеллы.
– Ты, безусловно, права, – мягко, с сочувствием ответил Люциус, – вот ты и найдёшь применение своим способностям, а Аустелия будет посговорчивее усатого магоненавистника, и с ней вы быстро найдёте общий язык.
– Спасибо, что ты веришь в мои силы, – ответила Нелли.
– Я всегда в них верил, – улыбнулся Люциус.
– Даже когда не верил в них никто, – ласково произнесла девушка.
Она так не хотела расставаться с Люциусом. Что бы она делала без этого ангела, ставшего ей настоящим хранителем? Все два года после его мнимой гибели она чувствовала себя чуть ли не живым мертвецом. И только работа в штаб-квартире Невидимых тогда помогла ей смириться с утратой.
– День, когда ты воскрес, был самым счастливым в моей жизни, – задумалась волшебница, – я ожидала увидеть на совещании кого угодно, но только не тебя. Дальше Арабелла разделилась и заразила Изабеллу, и всё снова покатилось кувырком… Но это было позже. Тогда же меня переполняло счастье. Я как будто снова ожила…
– Как я понимаю тебя, Нелли, – протянул Люциус.
– Пожалуйста, не умирай только снова, – жалобно попросила его Нелли.
– Конечно, – решительно ответил ангел, – я останусь жив.
В тюремной камере Инес полностью облачилась в помятое, грязное голубое платье, оставшееся со времён Последней Надежды. К сожалению, другой одежды у пленницы не нашлось, да и не выдали. Инес стояла у грубой тюремной койки, когда к ней подошёл охранник в магических доспехах – небритый, слегка пьяный человек-мужчина. В одной руке он держал наручники, а в другой – пистолет.
– Пора идти, милочка, – грубым голосом сказал стражник.
Он потряс наручниками, испещрёнными антимагическими рунами, и Инес покорно протянула ему свои запястья. Охранник, смеясь, заковал её.
– Теперь ты ничего не наколдуешь, – самодовольно произнёс он.
Инес фыркнула. Её раздражали манеры охраны, хотя на самом деле это уже не было важно. Скоро она всё равно выберется из этой камеры. А сейчас стражник ткнул в бок узницы дулом пистолета, и она покорно повернулась к выходу из камеры.
– Идём, – приговаривал солдат Гранд-Альянса, – все тебя уже заждались.
– Шляпу дай, – тихо, но твёрдо произнесла Инес.
– Шляпу? – рассмеялся охранник, – а королевскую мантию не хочешь?
Но всё-таки снял с крючка чёрную шляпу с тёмно-синим пером и нахлобучил ей на голову.
– Спасибо, – с ухмылкой поблагодарила его Инес.
И, закованная в антимагические наручники и подгоняемая стражником с пистолетом, она покинула грязную и сырую камеру, в которой её вынудили провести несколько дней.
Из-под тяжёлых серых туч пробирались отдельные лучи солнца, падая на крепость. У Восточных ворот собрался чуть ли не весь Гранд-Альянс. Перед огромной кирпичной головой воина на ветру колыхался лиловый парус корабля фэан. Томас налаживал штурвал у мачты, а Анна проверяла автоматические системы на корме. Эйнар Сноррисон и ещё один гном принесли бомбу. Эрнста и Изабеллу впечатлил вид устройства – оно представляло собой немного сплюснутый шар из металла и стекла, к которому был подсоединён сияющий розовым светом осколок Сердца Эльдераля. Близнецы стояли у правого борта, вооружившись посохами, а за спинами у мачты устроился Люциус. К кораблю также вышли Сумасшедший Алхимик, Гомункул, Кристофор, Нелли и Инес, которую подгонял пистолетом солдат в магических доспехах. На запястьях «доброго» воплощения Арабеллы сверкали рунные наручники – Аустелия сдержала своё слово.
Сама предводительница Гранд-Альянса стояла под аркой Восточных ворот, наблюдая за сборами. Сопровождала эльфийку королева фэан.
– А вы уверены, что они справятся, Гранд-Маршал? – спросила царственная особа с сиреневыми волосами, держа в руке золотой посох.
– Конечно, – спокойно ответила Аустелия, – я в них верю.
А на крепостных стенах собрались солдаты Гранд-Альянса – люди, эльфы, гномы, хомяки, наги и фэане. Были там и зелёный чешуйчатый Раджеш, и бородатый Иван в бессменной шапке-ушанке. Все они провожали близнецов с друзьями на самоубийственную
