— Помню. Но я уволил тебя час назад, моя хорошая! — И он снова поцеловал ее. — Без всякого предупреждения. А разве я тебе этого не сказал?
— Это чтобы не иметь дело с подчиненными?
— Незыблемое правило. Жалобы есть?
— А как же! Я подам на вас в суд за несправедливое увольнение и за сексуальные домогательства…
Мелани хотела было продолжить свою речь, но Джек схватил ее за руки и притянул к себе.
— Раз уж мне не избежать ответа, то я возьму свое сполна, — сказал он, крепко обнимая ее, и Мелани вся замерла в ожидании, но он только улыбнулся. — Не здесь, Мел. Пойдем, надо выбраться отсюда.
Когда они уже оказались на диком пляже, Мелани обратилась к нему:
— Джек…
— Что такое?
— Мне нужно тебе кое-что сказать…
— Не сейчас, — бросил он.
Ему не хотелось слушать каких бы то ни было признаний.
— Это очень важно.
Джек посмотрел на нее и Мелани поняла, что не сможет сейчас ничего ему сказать, объяснить… Да и зачем? Для таких разговоров нужно время… А сейчас лучше сознаться в другом, более тривиальном, но в нынешней ситуации не менее важном.
— Понимаешь… Я никак не смогу ехать обратно на велосипеде. Правда-правда! — сказала она.
— Ах, вот в чем дело! Ну, это не проблема, — Джек бросил снаряжение на песок и подхватил Мелани на руки. — Я тебя понесу.
Она захихикала, пыталась протестовать, но тщетно — он понес ее по дороге.
— Слушай, если кто-то увидит, подумает, что я разучилась ходить, — проговорила она.
— Да пусть думают, что хотят. Но если тебя это волнует, ты можешь всегда остановиться и объяснить людям в чем дело.
— Джек!
— Господи, как мне нравится, когда ты краснеешь!
— Ты единственный мужчина, который на меня так действует.
— Думаешь, в будущем я так и останусь единственным?
Будущее… У Мелани сжалось сердце при этой мысли. Лучше не думать о будущем. Ведь этот роман не имеет ничего общего с ее реальными планами.
То, что случилось в гроте, произошло по ее доброй воле — она хотела его, соблазняла, призывала в свои объятия, мечтала соединиться с ним, прекрасно понимая, каковы будут последствия. Все было удивительно, прекрасно, но какие можно строить планы?
Ричард предупредил ее насчет Джека. Ему не нравится, когда в его отношениях с женщинами возникают эмоциональные осложнения, а любовь, настоящая любовь, и является таким осложнением. Если Мелани хочет остаться с ним, то должна спрятать чувства в себе.
Это будет нетрудно сделать. Она самостоятельная женщина — как и Каро, кстати, — у нее своя жизнь, замечательная профессия, карьера, есть и свой дом. Конечно, надо постараться не слишком привыкать к Джеку, а главное — внешне не проявлять сильной привязанности…
Мелани не понравился ход ее мыслей. Она же решила не обольщаться, обещала не предаваться фантазиям, не лгать себе. Так что сейчас она придумывает? Да, можно воображать что угодно, но вот в данный момент, прижимаясь к груди любимого, она уже знает: ей всегда будет мало того, что она себе выдумала для защиты самолюбия. Так же как матери, ей нужно либо все, либо ничего.
Но, в отличие от матери, она не собирается провести остаток жизни в воспоминаниях о прошлом, сожалея и страдая.
У нее впереди еще несколько дней, а потом она попрощается с ним навсегда. Пусть это будет маленьким приключением, приятным воспоминанием, но допустить, чтобы потом все закончилось таким унижением, как это было с Каролайн, нельзя. Да и для Джека так будет проще.
— Эй, ты засыпаешь?
Мелани открыла глаза и улыбнулась ему.
— Очень утомительное было утро, — призналась она.
— Тогда есть замечательное предложение. Как насчет сиесты?
— Перед ланчем?
— Нет, до этого у нас другой план: мы примем душ. Потом поедим в постели, а потом будем спать.
Сиеста… Мы… Она заснет в объятиях Джека, и это будет восхитительно. Надо прекратить забивать голову раздумьями о следующей неделе и перестать мучиться вопросом, признаться ему во всем или нет.
— У тебя так все продумано, надо же! Вам кто-нибудь уже говорил, что вы великолепный стратег, мистер Вульф?
— Что-то не стало в вашем голосе ехидства, мисс Девлин? Что так? Тогда благодарю за… нет, не комплимент, а признание моих достоинств.
Они остановились перед дверью в коттедж.
— Хочешь открыть дверь? — спросил Джек.
— Ты можешь поставить меня на землю, между прочим.
— Могу, — признал он. — Но не хочу нарушать свой мудрый план. Ты откроешь дверь, а я отнесу тебя прямо в душ. Там, если ты не против, буду счастлив тебе помочь. Потом отнесу в постель…
— Нет, ты не просто стратег, — рассмеялась Мелани. — Командир!
— В таком случае делай, что приказано. Открывай дверь.
— Слушаюсь, сэр! — хихикнула Мелани и даже отсалютовала ему как солдат.
— Майк?
— Джек! Слава Богу! Где ты был?
Джек расплылся в довольной улыбке, но сообщил деловым тоном:
— Купался в море, загорал, расслаблялся. Что еще можно делать, находясь в отпуске? А так как я не перестаю думать о своих подчиненных, решил позвонить и проверить, как у нас идут дела.
— Какие именно дела ты имеешь в виду?
— Чикаго?
— Больше нет проблем. Ты туда заедешь на обратном пути?
— Возможно. Как Тэмблин?
— Скупает акции как сумасшедший, словно завтра уже потоп. Комитет за ним приглядывает.
— Что еще?
— Мелани Девлин не живет вместе с Ричардом Лэтамом. Просто использовала его адрес.
— Что еще?
— Ты не удивлен?
— Нет. Я уже не считаю, что ей что-либо известно о «Карстерс» или о махинациях с ценными бумагами.
Наступила пауза.
— Она оказалась так хороша?
Джек ничего не ответил, а просто повесил трубку.
Майк Палмер сразу же пожалел о том, что поспешил задать этот вопрос. Но он же имеет право на то, чтобы не слишком доверять абсолютно незнакомой женщине. Удивительно, как Джек может позволить себе ошибаться? Сколько он знает Вульфа, тот всегда держит ухо востро, ни разу не допустил промаха. Даже в период после гибели Лизетт, когда Джек терзался чувством вины, не ел, не спал, он никогда не терял контроля над собой в работе. Именно поэтому и сделался таким беспощадным.
Майк в задумчивости уставился на телефонный аппарат. Что-то с боссом не то последнее время… Эта девушка еще один симптом. Ведь Палмер заметил перемены в поведении Джека несколько недель назад — тот стал беспокойным, впадал в задумчивость, а раньше кроме работы и знать ничего не хотел, оставаясь хладнокровным и деловитым. Первая ласточка — неожиданное проявление сочувствия к Ричарду Лэтаму. Потом еще сюрприз — собрался посреди рабочего дня на пикник с этой девчонкой… Теперь отправился с ней на романтический остров. Вот тут Майк понял, что происходит с его начальником: он взял с собой эту Мелани не потому, что Каро отказалась. Джек влюбился.
