Мудрые женщины и мужчины – служители Потрясателя Земли – выглядели более торжественно. Их привел на собрание Баррон Друг Ворона. Они с благоговением призывали духов земли и камня, чтобы те благословили собрание. Наконец они воззвали к самому Потрясателю Земли. Они просили Рованоко защитить их леса, их семьи и образ жизни. Они нараспев читали свои молитвы, и у нескольких особо набожных раненов на глаза навернулись слезы.
Когда с религиозной частью было покончено, Федерик Двусердечный и его накуренные собратья вернулись к своему бесцельному времяпрепровождению, а вожди остальных кланов продолжили переругиваться. Бронвин скоро выяснила, что Магнар Каменнокожий несколько лет назад убил сына Тина Обожженного и отец до сих пор жаждал мести. Вызовы на бой гремели и от других воинов.
– А я тебе говорил – это бесполезно. – Двусердечный уже несколько раз повторил свои слова с тех пор, как прибыли первые вожди. – Только Потрясатель Земли может заткнуть их. Больше никто.
Он ухмыльнулся девушке, а вожди все продолжали выкрикивать вызовы на поединок и посылать к небу клятвы в вечной ненависти. Только через пару часов старые враги несколько поутихли, а новые еще не успели окончательно рассориться. Несколько раз Добродушному пришлось защищать саму Бронвин и ее друзей от разъяренных воинов, недовольных присутствием на собрании чужаков. Но наконец все прибывшие в молчании окружили древо рованоко.
Бронвин стояла на краю поляны. Слева от нее тяжело опирался на костыль Мика Каменный Пес, другой рукой упрямо сжимая древко топора. Хасим с лицом, частично скрытым капюшоном плаща, стоял справа от нее. Драгнил остался в поселении. Он не приходил в себя, и Аэсир Двусердечная заявила, что ему осталось жить не больше дня. Новость опечалила Бронвин и Мику, но они быстро отвлеклись на более насущные вопросы.
– Я взываю к верующим в Рованоко! – проревел Баррон Друг Ворона, стоя под огромным деревом. – Мы сражались и пришли к миру. Мы уладили распри и не вытащим топоров из перевязи в этом священном месте.
Сотня воинов-раненов склонила головы. Только вожди, их первые помощники, сыновья, главные воительницы и жрецы могли войти в священную рощу. От каждого из пяти кланов присутствовало от силы по двадцать человек.
– Зачем мы вообще тут собрались? – крикнул Тин Обожженный. – Я не желаю смотреть на мерзкую рожу Двусердечного дольше, чем необходимо!
– Следи за языком, хрен червячий, – огрызнулась Доун Бегущая за Солнцем.
Оскорбления больше походили на плохо нацеленные стрелы. Бронвин лениво слушала перепалку, криво усмехаясь на едкие замечания Каменного Пса и Хасима, а люди из разных кланов Полумесяца все орали друг на друга, пока не начали повторяться в своих ругательствах.
– Они идиоты, и ничем хорошим подобная встреча не закончится, – заключил Каменный Пес.
– Они идиоты с топорами, не забывай. Достаточно повернуть их в правильном направлении, – ответил Хасим.
– Хм-м, это будет нелегко, – заметил Мика. – Я не привык управляться с идиотами.
– Но ты можешь с ними сражаться.
– Действительно, могу.
Они сухо, без особой радости обменивались колкостями, а Бронвин вообще едва их слушала, пытаясь сосредоточиться на том, что говорят вожди, но уже устала от их непрерывных угроз. Они наскакивали друг на друга, яростно размахивая топорами, а их претензии устарели поколение назад и казались мелкими и незначительными – они упоминали об обидах, чтобы просто поковырять в старых ранах и разозлить врагов. Даже Баррон уже устало закатил глаза и пожал плечами, глядя на Федерика, будто говорил: «Я сделал все возможное».
– Куда делся пес? – внезапно спросил Хасим.
Она оглядела поляну.
– Я не видела его с тех пор, как он привел нас сюда.
– Как такая большая собака может так бесшумно двигаться?
Новая волна взаимных оскорблений от раненов заглушила его слова. Кланы перешли от ругани к обвинениям в предательстве, бросаясь старыми полузабытыми сплетнями так, будто те были истиной в последней инстанции.
Двусердечный тем временем тихо развлекался в стороне от спорящих. Вместе со своими последователями он не обращал внимания на остальные кланы, курил свою трубку с грибами и пил спиртное. Какой бы властью он ни обладал, он предпочел не пользоваться ею. Его низкий, звучный голос выделялся в общем хоре, и его громкий смех волной прокатывался по поляне, словно странный аккомпанемент спора. Если бы Бронвин не была настолько на взводе, она сочла бы подобный контраст забавным.
На поляне внезапно послышался топот копыт. С севера, стряхивая снег с высоких ветвей, показался отряд из множества всадников. Люди Полумесяца послали в воздух сигнальные стрелы, с жужжанием устремившиеся в небо, а вожди отвлеклись от своей перепалки, ошеломленно уставившись на приближающийся отряд.
Ее поразило, насколько близко всадники подобрались к древу рованоко, и люди Полумесяца не атаковали их. Да и стук копыт раздался уже очень близко, словно из ниоткуда, и из легкого шелеста сразу превратился в оглушительный шум.
Хасим плавным движением вытащил ятаган.
– Похоже, кто-то из рыцарей заблудился.
Мика попытался поднять свой тяжелый топор, но сил у него хватило только удержать его на уровне пояса. Бронвин огляделась по сторонам, не зная, как поступить. Воины, охранявшие поляну, предостерегающе выстрелили в воздух из луков и теперь разбежались по сторонам, пытаясь защитить своих лидеров.
Всадники подъехали к поляне и окружили ее, рассыпавшись по роще. Это оказались ранены в кольчужных доспехах, темно-синих кожаных плащах, в стальных шлемах, а из оружия у всех были мечи с широким лезвием. На знамени, которое нес их лидер, красовался ворон, летящий над полумесяцем.
– Никогда не видел так странно одетых раненое, – заметил Хасим. – Посмотри, у них есть форма!
– Это один из Свободных Отрядов севера, но я не знаю, какой именно, – сказал Мика, отбрасывая трость.
– Объяснитесь! – заревел Тин Обожженный.
От первой группы всадников отделился знаменосец, поднял руку, и из-за деревьев показались еще воины. Больше пятидесяти людей построились правильным полукругом на краю поляны.
Тин гневно потряс топором.
– Отвечайте, придурки!
Лидер передал свой штандарт другому всаднику и снял шлем. Под ним оказался молодой, худощавый ранен с коротко остриженными черными волосами. Бронвин вгляделась в него повнимательнее и подумала, что он все-таки может быть старше, чем кажется. Дикий отблеск в глазах и суровый взгляд совсем не подходили юноше. Он ухмыльнулся Тину – широкий, зубастый оскал без тени веселья.
– Мы – Сумеречный Отряд. Скажи, где Драгнил Темный Гребень, или я выпотрошу тебе кишки.
От людей Полумесяца послышались гневные возгласы. Они угрожающе размахивали топорами, осыпая проклятиями новоприбывших.
– А ну, слезай со своей гребаной лошади и повтори свои слова мне в лицо, мальчишка! – огрызнулся Тин.
Всадники не шелохнулись, и их лидер тоже не обратил внимания на угрозы. Они сидели на лошадях, бесстрастно осматривая поляну.
– Похоже, дело принимает неприятный оборот? – спросил Хасим у Мики.
– Только если воины Полумесяца еще тупее, чем мы думали, – ответил тот. – Это всадники из Ранен Гара, с ними не стоит шутить.
Лидер подъехал ближе и неторопливо спешился. Он не обратил внимания на болтовню Тина и с довольным кряхтением размял затекшую спину. Всадник был высокого роста, с моложавым лицом, на котором странными казались темные глаза с пронизывающим взглядом. Он оставил шлем и широкими шагами направился к Тину, остановившись всего в футе от него.
– Ты знаешь, кого я убил последним? – спросил он чистым и звонким голосом и умолк, наблюдая за тем, как Тин отреагирует на его слова. – Это был тролль, – продолжил он. – Я заманил его в пещеру и сжег заживо. Слышал когда-нибудь, как скулит горящий тролль? Чарующие звуки.
Повисла мертвая тишина. Тин пытался выдержать взгляд незнакомца, но не смог. Взгляд его заметался по сторонам, и он отвел глаза.
