Читаем без скачивания Волчье сердце - Ричард Кнаак

Однако как только к ней приблизился первый орк, он сразу же был атакован другой Часовой верхом на ночном саблезубе. Халдрисса увидела, что это была Денеа. Рвение, с которым молодой офицер сражалась, доказывало тот факт, что она догадалась о плане своего командира.

Но Денеа была не одна. К оркам подъехали несколько выживших Часовых из отряда Халдриссы. Также с ними были несколько воинов Среброкрылых, среди которых была Су’ура вместе с разбойницей. Теперь враг лишь временно превосходил защитников по своей численности. Быстро убив двух орков, импровизированное войско Халдриссы двинулось дальше. Наконец-то, она увидела самого Гарроша. Один из его охраны повернулся к ней лицом. Денеа и другие присоединившиеся к командиру доблестно сражались вокруг Халдриссы, чтобы освободить ей дорогу.

Но времени оставалось все меньше. Халдрисса это чувствовала. Чем дольше она добирается до вождя, тем меньше у нее шансов до него добраться вообще.

Одна ночная эльфийка была убита ударом топора в грудь. Вторая просто исчезла, попав в ближний бой, а ее ночной саблезуб продолжил сражение с орком. Товарищи Халдриссы были вынуждены собраться в одну кучу, так как с других мест прибывало все больше орков и даже тауренов.

Гаррош продолжал двигаться к реке и, казалось, не обращал никакого внимания на битву вокруг него. Халдрисса выругалась. Между ней и вождем до сих пор оставалось слишком много врагов. Она упустила свой шанс… и скоро умрет.

Так ничего и не сделав.

Трубач призывал к атаке. Орда снова начала переходить реку, а магнатавры расчищали для них путь, убирая прочь жуткие останки своих жертв.

Халдрисса посмотрела на трубача, а затем погнала кошку вперед. Захваченный приближающейся победой Орды, орк не заметил ее.

Командир бросила свою глефу.

Орк повернулся как раз в тот момент, когда крутящееся оружие долетело до него. Халдрисса метнула глефу не совсем точно и, хотя лезвие практически отрезало ему голову… доказывая о явной смерти трубача… глефа не вернулась к ней, а упала на землю неподалеку.

– Проклятье! – Спешившись, Халдрисса помчалась не к упавшему оружию, а к телу. Она увидела, что горн по-прежнему находился в руке орка. Он был так крепко зажат в руке, что ей пришлось приложить всю свою силу, чтобы разжать пальцы и забрать горн.

Никто не обращал на нее внимания. Поблагодарив Элуну за этот последний шанс, бывалый командир поднесла горн ко рту и дунула в него.

Из прошлых сражений она запомнила несколько общих сигналов, которые использовались Ордой. Легче всего запомнились сигналы наступления и отступления. Сейчас Халдрисса подавала сигнал к отступлению и надеялась, что в разгар битвы большинство Орды ему подчинится.

Поначалу казалось, что ничего не происходит. Халдрисса снова дунула в горн. После этого она увидела, как первые ряды, которые практически перешли реку, начали колебаться. Даже магнатавры замешкались.

Со всей силы ночная эльфийка третий раз дунула в горн.

Орда начала отступать. Они были в замешательстве, хотя лишь несколько минут назад решительно двигались вперед. Однако с каждой секундой противник отступал все быстрее и быстрее.

Вдохнув побольше воздуха, Халдрисса еще раз дунула в горн.

Отступать начали даже магнатавры. Один таурен попытался вернуться на передовую, но был раздавлен огромной ногой чудовища, который даже не заметил свою жертву по пути в лес, из которого они появились.

– Отдай сюда! – заорал орк.

Она сразу же бросилась к своей глефе, сжимая горн в руке. Вдалеке затрубили и другие горны, которые также призывали к отступлению по примеру, как они думали, главного трубача Гарроша. Если ее противник заберет у нее горн, а затем с его помощью еще раз призовет к нападению, то все ее усилия пойдут насмарку.

В то время когда она потянулась рукой за глефой, топор попытался эту руку отрезать. Халдрисса прикусила губу. От удара остался длинный, кровоточащий порез на тыльной стороне ладони переходящий на запястье. Превозмогая боль, ей все же удалось поднять глефу и вовремя повернуться, чтобы отразить второй удар.

У него один глаз, прямо как у меня, – сразу же подумала Халдрисса, как только увидела своего противника. Также как и она, он был уже в возрасте. Однако орки никогда не были бессмертными, а значит, по сравнению с ней по прожитым годам, он был просто младенцем. Но с точки зрения военного опыта, они были похожи друг на друга.

– Ночная эльфийка, отдай мне горн… я не позволю тебе все испортить! Я привез их всех с самого Нордскола!

Не долго думая, командир ударила горном об землю. Когда горн не сломался, она молниеносно ударила по нему своей глефой.

И вдруг Халдрисса почувствовала резкую боль в области сердца. Действуя почти так же быстро, орк попытался помешать ей уничтожить горн. Ему удалось убить Халдриссу… она знала, что получила смертельное ранение… но по его лицу было ясно, что он очень хорошо осознавал, что ее смерть не отменяет ее победу.

Кто-то вдалеке выкрикнул ее имя. Она смутно увидела Денеа и остальных… их стало значительно меньше… они были вынуждены отступать. Ночной саблезуб командира был мертв. На храбром животном виднелось несколько глубоких ран, которые нанес либо ее противник, либо кто-то другой из Орды.

Перед глазами все поплыло. Прямо перед собой она увидела размытую фигуру. Халдрисса попыталась поднять глефу, но слишком сильная боль в груди не позволила ей этого сделать. Забыв о войне, ночная эльфийка попыталась избавиться от боли, поэтому зажала свою рану.

– Ты сражалась храбро, – услышала она слова старого орка. – Ты сражалась искусно. Ночная эльфийка, ты не заслуживаешь такой медленной и болезненной смерти.

Каким-то образом ей удалось кивнуть – ей понравились его слова. Она сражалась за свой народ долго и усердно. Пришло время отдохнуть. Лишь только боль мешала ей это сделать.

Топор скользнул по ее горлу, оставляя глубокую рану. Халдрисса наконец обрела покой.

Глава 26. Майев

Впереди Джерод кого-то заметил. Из оружия у него был только нож, но это его не остановило – он все равно рванул вперед.

Несколько мгновений спустя он увидел одну из Смотрящих Майев. Ее скучающий вид говорил о том, что она караулит здесь уже долгое время. Через несколько секунд Джерод понял, что она охраняет именно того, кого он искал.

Малфурион Ярость Бури парил над землей, его руки и ноги были максимально разведены в стороны. Его окружала магическая энергия, которая без сомнений причиняла ему боль. Сейчас казалось, что Верховный друид не обращал никакого внимания на свое окружение, хотя, скорее всего, Малфурион тайно работал нам своим освобождением.

Смотрящая сняла свой шлем и вытерла лоб. Она посмотрела на Верховного друида, ее скучающее выражение лица изменилось на пренебрежительное.

Понимая, что медлить нельзя, Джерод начал действовать. Пока она смотрела на Малфуриона, он кинул кинжал. Она упала, даже не успев крикнуть – лезвие попало ей прямо в затылок. Шлем покатился по земле. Джерод скользнул вперед и почувствовал себя так, словно снова сражается против Пылающего Легиона, только сейчас его противником была сестра и ее сторонники.

Но какое еще у нее могло быть будущее, учитывая все то, что ей довелось пережить? – спрашивал сам себя Джерод, пытаясь найти хоть какое-то оправдание для своей сестры, для своей единственной родной души. Она так много сделала для их расы, что он чувствовал себя виноватым за то, что вынужден бороться против нее… но сейчас она собирается разрушить Дарнас.

Вытянув нож, он вытер его и посмотрел на Малфуриона. Вовсе не удивившись, Верховный друид тоже посмотрел на него. Джерод ждал, когда же Малфурион заговорит, но когда Верховный друид не вымолвил ни слова, брат Майев догадался, что говорить ему не позволяет ловушка. Он последовал за взглядом Малфуриона, но ничего не увидел.

Должен быть какой-то способ освободить Верховного друида, – подумал Джерод. Он направился в то месте, куда смотрел Малфурион, все время думая о Майев. Хоть и минуло много лет, но Джерод до сих пор знал ее лучше, чем кто-либо другой. Он был абсолютно уверен в том, что некоторые черты характера и образ мышления оставались неизменными всю жизнь.

Майев была не особо сильным заклинателем. Для своих потребностей она всегда пользовалась подручными средствами, хотя за десять тысяч лет… особенно из-за Иллидана Ярость Бури… она могла выучить несколько уловок. Должно быть, это одна из них.

Джерод вспомнил ловушку, которая чуть его не убила. Эдрик освободил его довольно быстро. Значит, ловушки Майев были сильными, но легко устранимыми. С помощью них она ловила и укрощала своих жертв, а затем, вне всякого сомнения, с огромным удовольствием перерезала им горло, а они даже не могли сопротивляться.

На мгновение Джерод замялся и снова взглянул на Малфуриона, который не мог его видеть под таким углом.