стойке, явно уже изученную местными тетками. В записке всего две фразы: «Счет Саянмрамора у нас, Тея — на следующей неделе» и «Толя, победы тебе на чемпионате СССР! Буду болеть за тебя и ждать!»
Ну и то хлеб! А девушку я и не надеялся увидеть — время-то позднее.
Место у меня в самолёте обычное, на этом рейсе нет блатных мест, но зал для депутатов в аэропорту все же имеется. И надо же быть такому совпадению — мой конкурент Бугаев тоже сидит в зале. Оп-а! А ему тут делать нечего. Он что, номенклатура, как я? Но выгонять его, конечно, не стал, лишь уверенно посмотрел в ответ на его такой же взгляд в мою сторону, после чего превосходство в глазах мужика потускнело. Вообще, всё это хорошо, но если я хочу стать депутатом, надо работать по всем фронтам. Вот газеты, например — вообще их не мониторю! Рассуждаю с высоты опыта своей прошлой жизни. Как же, я этих выборов столько повидал, все грязные приемчики знаю! И с высоты своей должности. Вообщем, доволен собой, а многое упускаю. И хорошо, что глаза добрый человек открыл! Нет, внимание выборам я уделяю, но, видимо, нужно «Особое внимание». Сесть, составить план, поработать с нашими третьим конкурентом на выборах — вторым секретарем райкома ВЛКСМ. Я думаю, его взяли для контраста — вот молодой, а вот старый. Этот идейный, а этот из народа. А тут я ещё влез неожиданно для всех.
В Москву прилетел 27-го ещё, и теперь надо ждать рейс во Фрунзе. А это больше двенадцати часов!
— Толя, ты, что ли? — услышал знакомый голос опять же в депутатском зале Домодедова, когда размышлял, стоит ли идти спать в уже заказанный номер или перекусить сначала.
— Здравствуйте, товарищ полковник, — приветствую я Лукаря. — Вы в столицу по службе?
— Да, был по службе, но сейчас уже улетаю во Фрунзе. Самолёт через час.
— Во Фрунзе? Вот так совпадение! А мне двенадцать часов ещё ждать, — пригорюнился я.
— Хочешь, возьму тебя с собой? — неожиданно предложил мне Лукарь. — Заодно расскажешь, как в Хакасию съездил.
— Как это? У меня билет…, — растерялся я. — Встречать меня будут вечером во Фрунзе.
— Как-как?.. Самолёт военный! Ты на «Ан-124» не летал точно. Он меньше двух лет в эксплуатации, да его ещё официально на вооружение не приняли. Я старший, груз сопровождаю. Могу взять с собой, а тех, кто тебя встречать должен, ты успеешь предупредить.
— Дураком буду, если откажусь! — подумав, ответил я.
Эпилог
Эпилог
Я сидел в салоне новейшего военно-транспортного самолёта и с интересом осматривался. Вообще, сейчас в СССР основной транспортник — это ИЛ-76, но он заметно меньше. В салоне было два ряда кресел по три штуки в ряд и по две, но каждое со столиком спереди. Кроме нас, в салоне было два молодых парня с колючими глазами и две немолодые женщины, одетые в такие шикарные шубы, которые они, несмотря на вполне комфортную температуру в салоне, не собирались снимать, что становилось ясно — эти дамы из непростых. Об этом говорила и куча золотых побрякушек на них, и надменный взгляд пассажирок на окружающих.
— А груз где? — спросил я, чтобы не молчать.
— На первой палубе, прямо под нами, — усмехнулся Лукарь.
— Валерий Ильич, а вы ничего не нарушаете? Самолёт-то новый.
— Я — нет, могу привлечь кого угодно, а вот тот, кто заставил меня взять этих двух красоток, нарушает, но возразить ему я не могу. Да ты не бойся, никаких игрищ шпионских. Просто важное оборудование для Киргизской ССР, которое нужно перебросить из нашего края во Фрунзе.
— А почему из Домодедова, а не с военного аэродрома?
— Толь, тебе не всё равно? Ну, прилетел он из Красноярска в Домодедово. Чтобы не таскать груз хрен знает куда, решили, что проще самолёт сюда переместить. Я себе голову не забиваю, и ты этого не делай. Вообще-то у меня к тебе вопросы имеются.
— Что, Олег успел наябедничать? Или Лубышев чего сказал? — усмехнулся я.
— Да, нет. Олегу уже прописал пилюлей, но это не тема для откровенного разговора. А вот твои связи в Норвегии вынужден обсудить. Да-да, я про твою невесту Марту.
— Невеста? Да ладно? С чего это невеста? — возмутился я. — Вот что, вашей службе делать нечего? Да и нет особых связей! Вообще не хочу на эту тему говорить.
— Она считает, что — да! Представляешь себе⁈ Толь, я даже доче ничего про твою принцессу не сказал, хоть она и пытала меня: было у вас с Мартой что или нет, и вообще, как серьёзно, — перешёл к угрозам Лукарь.
С козырей зашёл! Власов, член политбюро, ещё недавний министр МВД СССР, а сейчас первое лицо в самой большой республике Союза прикрыть может от многого, но не от беременной самодурки. И я Ленке, как другу, не могу дать жесткий окорот. Шенин тем более тут не поможет.
— Ладно, я взрослый человек и всё понимаю, — Лукарь, падла, при слове «взрослый» улыбки не сдержал. — Давайте поговорим. Итак, что хочет страна от простого парня Толи Штыбы?
— В Норвегии скоро будет проходить боксёрский турнир. Да, невысокого ранга, но тем не менее СССР будет участвовать в нём, пусть и экспериментальной командой. Мы рассчитываем, что ты найдёшь время в своём плотном графике и посетишь Норвегию, как спортсмен.
— Ну, не знаю… У меня ответственный турнир на носу, я вполне могу травму получить — соперники очень серьёзные. Да и для моей спортивной карьеры участие в этом турнире неважно. Норвегия — не та страна, где бокс может быть интересен, при всём моём уважении.
— Не переживай, из ГДР будет парень в твоей весовой категории, некий Торстен. Он на Олимпиаде неудачно выступил… Ещё кубинец какой-то молодой. Лемур. Их ты должен победить.
— Лемур? Может Лемус? Хуан Карлос? — припомнил будущего олимпийского чемпиона Барселоны я.
— Точно он! Молодой пацан, тебе вполне по зубам.
Это точно! По зубам, я охотно верю, легко получить и от ГДРовца и от кубинца!
— Ну и каково будет мой задание? Бокс, я так понимаю, только предлог.
— Да, Толя, вот о чем я… В прошлом году между Норвегией и СССР был подписан договор об экологическом
