Е.П.: Сейчас подлейшую реплику тебе задвину: ишь ты, как независимо разошелся лауреат премии Правительства Российской Федерации…
А.К.: Логичная, логичная реплика, и я ее тысячу раз слышал и тысячу раз еще услышу. Что я на это вам, господа, скажу? А вот: Юрий Валентинович Трифонов, например, был лауреатом Сталинской премии, а вот, например, Федор Матрасыч Пупкин лауреатом не был и был, допустим, даже убежденным, благороднейшим антикоммунистом. Но от этого ничего не изменилось — Трифонов есть и будет Трифонов, а Пупкин остался Пупкиным и в этом качестве рассеялся.
Е.П.: Это ответ, годится. Все, на этом в наших рассуждениях о подаксеновиках и других людях точку ставим.
Приложение
У нас в гостях московский писатель ВАСИЛИЙ АКСЕНОВ «МНЕ ДАВНО ХОТЕЛОСЬ УВИДЕТЬ САХАЛИН» Областная газета «Молодая гвардия», 1961, 20 декабря
Позавчера на Сахалин прибыл из Москвы молодой известный писатель Василий Аксенов, автор романов на молодежные темы. Ниже мы публикуем интервью нашего корреспондента с В. Аксеновым.
— Расскажите, пожалуйста, как создавался ваш роман «Коллеги»?
— Это значит рассказать всю жизнь, — улыбается В. Аксенов. — В 1956 году я закончил Первый Ленинградский медицинский институт и стал работать врачом в порту. Затем меня направили в небольшой поселок Вознесенье, который расположен на берегу Онежского озера. Впечатлений у меня было очень много, и я чувствовал, что не могу не написать о людях, с которыми мне пришлось встретиться в порту и поселке, о том, что увидел и пережил. В Вознесенье я начал работу над «Коллегами», писал их по ночам. А не так давно я неожиданно для себя самого увлекся кинематографом. Сейчас студия «Ленфильм» ставит по моему сценарию кинофильм «Когда разводят мосты». Режиссер — выпускник ВГИКа Виктор Соколов.
— Вероятно, это фильм о молодежи?
— Да. Героем его будет парень из рабочей семьи. Он кончает десятилетку и мечтает о дальних плаваниях. Пытается поступить в мореходное училище, но на экзамене проваливается. В довершение всего Валерка ссорится с отцом, бригадиром на плавучем 100-тонном кране, и решает жить самостоятельно. Он меняет несколько профессий, работает почтальоном, грузчиком, массажистом и осветителем в театре. Потом он поступает матросом на пароход под звучным названием «Навигатор». Он думает, что это огромный океанский лайнер, а пароход оказывается просто-напросто маленьким портовым буксирчиком. Незаметно для самого Валерки буксирчик становится ему дорог, и, когда «Навигатор» терпит аварию, паренек испытывает настоящее горе. Он пытается отремонтировать его вместе со своими друзьями. В этот момент к ним приходит на помощь бригада Валеркиного отца. Валерка снова возвращается в родной дом. Так, пройдя через различные испытания, он убеждается, что истинным его домом является рабочая семья.
Сейчас я пишу рассказы, из которых собираюсь составить книжку. Одновременно собираю материал для будущего романа, в котором хочу рассказать о людях нового маленького сибирского города.
— С какими планами вы прибыли на Сахалин?
— Я прибыл сюда по поручению газеты «Известия». Правда, я давно мечтал увидеть остров. Собираюсь встретиться здесь с лесорубами, бумажниками, шахтерами, портовиками. Вообще хочу посмотреть, как трудятся люди Сахалина. Первое впечатление об острове у меня очень хорошее.
В заключение беседы В. Аксенов просил передать искренний привет всем читателям «Молодой гвардии».
Два письма Областная газета «Молодая гвардия», 1963, 12 апреля
Молодежь Сахалина и Курильских островов близко к сердцу восприняла итоги встречи руководителей партии и правительства с работниками литературы и искусства. В редакцию продолжают поступать многочисленные письма, в которых высказывается полное и горячее одобрение политики нашей партии в области литературы и искусства. Сегодня мы публикуем два письма наших читателей.
Сгоревший фейерверк
Будь поэтом, землекопом, счетоводом — кем угодно, но будь прежде всего и во всем — человеком! Это первейшая заповедь нашей жизни.
О ней, об этой нерушимой заповеди, забыл Евгений Евтушенко, выступив на страницах буржуазной печати со своей «Автобиографией». Каким низким, мелким, ничтожным оказался человек, когда-то призывавший осваивать целинные земли, воспевавший в стихах кубинский народ, говоривший о долге поэта, о верности, о любви к Родине. Да он никогда и не был патриотом, а лишь прикрывался маской советского поэта! В одном из своих стихотворений Евтушенко написал о том, что «большой талант всегда тревожит и кружит головы». Вероятно, от «большого таланта» и закружилась у него голова. Закружилась и заставила так гнусно, грязно оклеветать нашу советскую действительность, что, знакомясь с его писаниной, становится обидно и больно сознавать: а ведь этот человек живет рядом с нами, ест наш советский хлеб, его покой охраняют наши советские воины. Евтушенко не пережил, не выносил строки своих стихов, не выстрадал их, — иначе мог ли он, говоря:
Поэт глядит, всевидяще суров,И даже мертвый — он все тот же воин.И даже мертвый — страшен для врагов…
встать рядом с буржуазными писаками, обливающими потоками грязи наши дела и наш строй.
О первой заповеди жизни забыл и В. Аксенов, «выпустив» на страницы журнала «Юность» отталкивающих, пошлых «типчиков», героев идейно-несостоятельной повести «Апельсины из Марокко». Они, словно сорняки, местами выросшие на бескрайнем поле золотых колосьев, мешают нам работать жадно и плодотворно, отдавая свои силы и знания родной стране. Мы должны вырывать их с корнем, выпалывать, бороться с ними. А В. Аксенов не нашел в себе достаточно сил и разума, чтобы осудить вульгарность и духовную нищету своих героев, не нашел в наших буднях захватывающей романтики, не воодушевился крылатой мечтой, благородной жаждой работать во имя будущего.
Суд общества — это суд истории: он суров, прям и справедлив. Евтушенко, Аксенову, Вознесенскому и тем, кто поддерживает их, следует помнить об этом. Иначе имена шумливых, падких на саморекламу «талантов» отойдут в безвестность, исчезнут без следа, как сгоревший фейерверк.
Л. Сапрыгина, строитель, г. Южно-Сахалинск
Кого он взял в герои?
Выразить свое отношение к заграничным разглагольствованиям Евтушенко я могу одним словом: презрение. Да, именно презрение, потому что никаких других чувств не испытываешь, знакомясь с его философскими «перлами», с его самодовольными, позерскими «откровениями».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
