такие мелочи не вызывают».
— Можешь положить его в карман. — Неверно истолковал мою заминку Лапоть. — Хотя старушка, которая дала мне этот камушек, говорила, что его нужно прикладывать к больному месту, я бы был поосторожнее на твоём месте с выбором места «хранения»).
Выслушивая «наставления» Лаптя, я обнаружил присутствие Третьего в Третьем котле (он кланялся мне и посылал воздушные поцелуи). Начав осторожно выходить к «цивилизации» (буквально десяток метров через редкий кустарник и уже на асфальтовой дороге), просканировал своё состояние. «Удовлетворительно», — прилетело от Первого, парившего на расстоянии ладони над моей макушкой. У меня стало легко на «сердце» от присутствия всех трёх состояний «Я». Хоть и странно было ощущать себя Вторым, но разделение сфер восприятия Мира, позволяло при определённой концентрации, поочерёдно обращаться к каждому за «советом».
Мы уже подходили к спуску на пешеходную дорожку под мост, когда, сконцентрировавшись на Первом, получил картинку: доктор в белом халате (явно на территории психиатрической больницы) совершает прогулку с новым пациентом, внимательно смотря со стороны за ним). Мне хотелось обернуться и бочком, бочком дать дёру (опять инициатива Третьего), но сенсорное восприятие (подтверждённое Первым) говорило, что Лапоть идёт за мной на расстоянии трёх метров.
— Патологий не выявлено? — не удержался я от ехидного вопроса, когда на светофоре Лапоть подошёл и встал справа от меня.
— Ну, как говорят знающие люди, абсолютно здоровых людей нет. — Взрослый, солидный мужчина, в дорогом костюме, заложил руки за спину и стал перекатываться с пятки на носки, выказывая своё нетерпение медленным переключением сигналов светофора. — У меня тоже пятилетний пацан спрятан где-то глубоко от посторонних глаз.
От удивления я пропустил загоревшийся нам зелёный, застыл на месте ожидая от бизнесмена Лаптева большой красный язык в мою сторону, но получил только толчок его плеча в моё (что вывело меня из ступора).
— У людей гораздо больше точек видений мира или фокусировок. Ты мастерски научился откидывать их все, но плохо умеешь между ними переключаться. — Мы сидели в кафе одни, я ел, Лапоть говорил. — Отрешённость — это не плохо, просто другие люди начинают воспринимать тебя как холодную, безразличную личность. Такая маска хороша для чиновника или наёмного убийцы. Ты не собираешься совершить «благо для человечества, устраняя «подонков» с её лица?
— Нет. — Я несколько замешкался с ответом, так как размышлял над тем, что всё было приготовлено заранее: людей в кафе не было, когда мы в него зашли; пища, которую я поглощал, была приготовлена явно не в этой забегаловке; никто не возражал, когда на дверях кафе повесили табличку «Санобработка». — Ведь по правилам договора должно соблюдаться равновесие.
Лапоть посмотрел на меня с лёгким недоумением, потом рассмеялся, хлопнув большими ладонями по столу, отчего всё, что стояло на его поверхности, подпрыгнуло сантиметра на два.
— Ты, мальчик, начитался Лукьяненко. Всё гораздо сложнее. Кроме Светлых и Тёмных есть огромное количество конгломератов, объединений и временных союзов. А если поднять все архивы с прекратившими своё действие общинами, то этот список займёт не один увесистый том. Мы не можем отвечать за всех. — Лапоть наклонился через стол и доверительно мне прошептал. — Каждый отвечает за свои поступки.
— Перед кем?
— Прежде всего, перед самим собой. — Лапоть откинулся на спинку стула, достал из кармана портсигар, извлёк из него зелёную сигарету, с наслаждением затянулся. — Попробуй оценить свои действия в пятилетнем возрасте с позиций сегодняшнего дня.
Я принюхался к странному запаху дыма, стелющемуся над столом, после выдоха моего оппонента. Запах не походил ни на один из известных мне.
— А ты довольно быстро отвлекаешься. Не зря тебя Марина рекомендовала отправить в Швейцарию.
— Она просила у Вас разрешения? — Всё что навалилось на меня в последнее время, даже это неприятный запах от сигареты Лаптя, вызвали во мне всплеск раздражения, почти готового перерасти в гнев (чему я не препятствовал, так как гнев мне было проще переработать). Девять циклов вдох-выдох, касаясь кончиком языка нёба: на вдохе крутим с максимальной скоростью «гнев» по часовой стрелке; на выдохе с той же скоростью против часовой. «Гнев» стал втягиваться в большой круговорот самостоятельно, постепенно перегоняясь в РаЖ, переводя процесс трансформации негативной энергии в положительную, без участия моего сознания.
— О, как мы умеем. — Лапоть глядел на меня с лёгким прищуром, облизываясь, как кот на сметану. — Жалко, что на тебя такие большие ставки.
— Завидуете?
— Немного жаль, что мы пропустили тебя и Полоза, но в таком контексте будут возможности выявить и другую полезную для нас молодёжь. Вот скажи мне, старому болтуну, что ты намеревался сделать после того, как понял, что «сюрприз» тебе устроил Эдик. Ведь не морду же бить ты ему намеревался?
— Если честно, я не задумывался над эти вопросом. — Немного помолчав, я прислушался к своим ощущениям. — Скорее всего, мне всё равно. Мне пришлось столкнуться с тем, что вряд ли подвластно простому человеку. А новая встреча с Высшими… — Я непроизвольно передёрнул плечами. Последняя встреча со Светлым, его касание не вызывали во мне желания повторить это снова. — Проще копаться в «грязном белье» (как выразилась Марина).
— Так, я и думал. — Лапоть погрузился в транс (другого определения его состоянию я не нашёл), сидел, закрыв глаза, руки сложены на груди, но ясно чувствовалось, что он готов адекватно отреагировать на любое возмущение энергии в пределах этого помещения. — Можешь задать мне три вопроса.
— Этот круг (я извлёк из своей памяти изображение красного круга на земле с неизвестными мне символами) — это ваших рук дело?
— Интересные вещи тебя интересуют. — Брови Лаптя поднялись, глаза он не открыл. — Да. Мы не могли рисковать, потерять тебя и ставку. Ты не воин, не готов устранять противника, а значит, мог проявить жалость к тем, кто этого не заслуживает. Круг — это боевая программа, внедрённая в «красную зону» твоего сознания. При определённых обстоятельствах он срабатывает, сохраняя тебе жизнь (что для сущностей, заинтересованных в тебе, представляло больший интерес, чем твои победы). У тебя всплыли предпосылки, пришлось их подкорректировать (в моей памяти всплыл образ моего поединка с Ганником), задать правильный вектор твоей энергии, алгоритм правильного её распределения.
— Вы принимали участие в ставке?
— Не совсем корректный вопрос, но я на него отвечу. Ставка в твоём понимании и то, что вкладываю я в это слово — это разные вещи. На тебя «поставили» в гораздо большей игре, чем готов принять сейчас твой разум (я не завидую ни твоей, ни своей судьбе). Нам важно было убить трёх зайцев: поддержать союз с конгломератом Светлых; наказать выскочек из общества Тёмных; взять верх в долгом противостоянии с
