разглядывать себя.
Её платье изменило не только цвет, но и форму. Первое, что она увидела, это изменившиеся рукава. Если раньше они были просто из гладкого материала, облегающего руки, то теперь поверх них шла небольшая паутинка из красно-чёрных тонких металлических нитей. Эта паутина держала форму и тянулась вверх на ширину ладони, держась только за счёт своей конструкции. Нити переплетались хаотично, образуя ячейки разных размеров и форм. Повернувшись боком, Тэлли увидела, что паутинка идёт по всему краю платья, кроме декольте — по плечам и по спине. Спереди, то, что раньше было золотым кружевом, превратилось в паутинку и собиралось высоко на шее.
Корсет платья остался из такого же плотного материала, но теперь уже ярко-алого цвета. Поверх него была всё та же паутинка красно-чёрного цвета. При движении они мягко изгибались, совсем не повреждаясь при этом. Юбки также обрели алый оттенок, нижняя была плотной, но в ней было несколько разрезов, заканчивающихся чуть выше колена. Тэлли насчитала пять разрезов по кругу юбки. Поверх плотной ткани шли прозрачные «лепестки», как и на золотом платье, но выполненные из той же красно-чёрной паутинки с такими мелкими ячейками между нитями, что их практически не было видно, и «лепестки» казались полупрозрачными. Тэлли не смогла посчитать, сколько было верхних слоёв, потому что они все имели разрезы и были настолько тонки, что было не понятно, где заканчивается один и начинается другой. За счёт черных вкраплений алый цвет нижней юбки приглушался, и всё вместе смотрелось очень благородно и вызывающе прекрасно. Платье было похоже на сложенные лепестки лилии, у основания плотные, а у краёв лёгкие и невесомые. При этом оно не было объёмным само по себе, но верхние слои слегка колыхались при движении.
— Потрясающе, — выдохнула Тэлли, не сводя глаз с отражения. Она ничем не уступала тем леди, которых видела на балу.
— Ну что, леди Тэлли, готова к настоящему празднику? — спросил Крест, поднимая бокал с выпивкой в её честь.
Спустя час они уже вовсю пировали, еду и напитки разложили прямо на полу, а сами сидели на подушках. Тэлли старалась не испачкать платье, но Крест так размахивал едой и бокалами, что это было практически невыполнимой задачей. После очередного неудачного нападения на платье Тэлли, Нила предложила переодеться в другую одежду. Она принесла, как она выразилась, «домашнее платье» бледно-жёлтого цвета, полностью из плотной ткани и с длинными рукавами. На нём не было никаких разрезов, но по рукам и декольте шло аккуратное белое кружево. Оно было изумительно в своей простой красоте.
— Правда, платье очень красивое? — Тэлли покрутилась перед зеркалом и перед всеми гостями после того, как Нила помогла ей его надеть в ванной. Красное платье Нила аккуратно убрала в шкаф, но Тэлли время от времени поглядывала на него. У неё никогда не было таких красивых вещей. Даже «домашнее платье» было в тысячу раз красивее, чем её одежда в приюте.
— Сестрёна, ты даже в тех старых мужских обносках была красавицей, а сейчас так вообще загляденье! Не поменяй брат цвет платья, то после такого танца мы бы весь приём отбивались от твоих новых ухажёров, — посетовал Крест.
— А цвет их остановил бы? — с сомнением Тэлли посмотрела на Креста. Она уже была пьяна и не ощущала каких-либо угрызений совести по этому поводу. Как сказал Крест, они празднуют.
— Посягнуть на претендентку никто бы не посмел. Ведь это, по сути, получается, что ты идёшь против действующего и будущего короля. А аури не любят открытой вражды, — пояснил Иланир. С досадой осознавая, что сам совсем недавно принял такое же решение.
Они все сидели прямо на полу, даже Иланир, который обычно держался очень учтиво, растянулся на подушке вслед за Крестом. Тэлли и Тур сидели рядом, и она положила голову ему на плечо.
— Но, к сожалению, это правило не распространяется на самих претенденток, — грустно заметил Тур.
И тут, наконец, до Тэлли дошло, о чём они говорили.
— Погодите, — она подняла голову и поочерёдно посмотрела на каждого из них, — вы хотите сказать, что я теперь тоже претендентка и эти облезлые курицы будут пытаться избавиться от меня? — она уставилась на Иланира, вспомнив их разговор, пока гуляли по залу. До этого момента она не воспринимала цвет своего платья как знак того, что стала одной из них. Это даже не укладывалось у неё в голове.
Крест загоготал, что есть сил.
— Сестрёна, ты что, правда, только сейчас это поняла? — с новой силой засмеялся он. — Ой, не могу, — Крест откинулся на подушку и, лёжа на спине, хохотал так заразительно, что его подхватили все, даже Тэлли. — О, великий Хронатгар, тебе и правда нельзя пить. Тур, ты был прав, — продолжал безудержно хохотать он.
— Нет, Крест, я поняла, что означает красный цвет. Но я не думала, что это всерьёз, понимаешь? — попыталась донести Тэлли до них свою мысль. — Я же просто…, — она замолчала, боясь сболтнуть лишнее, — Вы понимаете? — с надеждой она посмотрела на Тура, молясь, чтобы он понял, что она имеет в виду своё эмеринское происхождение. — Я думала, что он просто хочет позлить деда, не более. Что это всего лишь шутка.
— Тэлли, милая, Хейл, конечно, тот ещё остряк и шутник, но это было вполне всерьёз, — тихо промолвил Тур, гладя её по волосам. — И да, ты совершенно права, некоторые попытки они могут совершить, но это случится не скоро. Аури, да и бергмары тоже, время воспринимают иначе. Для них скоро — это в течение нескольких лет, — начал успокаивать её Тур. — Вот, например, изгнание Хейла в прошлый раз. Король выгнал его на десять лет, но что такое десять лет для того, кто живёт уже лет семьсот? — вопросительно посмотрел он на Тэлли. Она испуганно взглянула на Иланира и Нилу.
— Но я же…
— Ой, не бойся, сестрён. Ты же не думаешь, что Хейл не подумал обо всем заранее? Он же мастер контроля, вспомни, как он контролировал каждый твой шаг, — со смешком сказал Крест. — Я даже почти уверен, что всё, что произошло на балу он решил ещё в тот день, когда ты венок сплела из шинника, — снова засмеялся Крест, вспомнив как брат ругался на неё, пока она спала под действием трав.
— Не беспокойся, Тэлли, всё будет хорошо. Когда Хейл выполнит данное тебе обещание, всё встанет на свои места и тебе станет комфортнее воспринимать случившееся, — мягко улыбнулся Тур, гладя девушку по руке.
Тэлли удивлённо вскинулась на Тура.
— Вы знаете правду! — внезапно поняла она. — Расскажите, пожалуйста. Тур, миленький, пожалуйста, —
