— Ага, давайте, — передразнила его Мадлен. — Замечательная идея, а главное, такая свежая! Между прочим, я постоянно из кожи вон лезу, стараясь найти тему для беседы, однако вынуждена нести бремя разговора практически в одиночку. Моих тем вы не поддерживаете и своих тоже не предлагаете.
Парнелл снова остановился и опять посмотрел на нее сверху вниз, на лице — непроницаемая маска.
— Возьмите меня под руку, — неожиданно предложил он. — Сколько нам еще вести беседу? Около мили, да? Я поведаю вам о своих школьных годах, согласны? А если у меня кончатся забавные истории на эту тему, что ж, перейдем к двум годам обучения в университете. Вы можете вставлять в нужном месте «Неужели?» или «В самом деле?» или «Как здорово!», если захотите, конечно. Больше от вас ничего не требуется, можете полностью расслабиться. На этот раз я буду развлекать вас.
Мадлен просверлила его взглядом, мстительно просунула свою руку под его локоть, и они тронулись в путь. Джеймс Парнелл начал свой монолог.
Глава 16
Тропа казалась очень опасной. Поверхность скалы, которой касалось плечо Александры, была теплой, тропинка под ногами — твердой. Но отвесный обрыв в конце тропинки, довольно крутой спуск, ветер в лицо, пытающийся сорвать шляпку и путающийся в юбке, сверкающая в лучах солнца далеко внизу поверхность воды, крики чаек, которые кружили вокруг них и время от времени падали стрелой в воду, — все это завораживало и волновало кровь.
Сердце неистово колотилось в груди. Ничего подобного ей не приходилось раньше испытывать. Александра знала, что смотреть вниз ни в коем случае нельзя, голова может закружиться. Лорд Эмберли предупредил ее, она и сама прекрасно это понимала. Но в силах ли человек устоять перед подобным соблазном? Полоса прилива тянулась на многие мили, постоянно накатывая на песок белыми барашками. Прямо у них под ногами выгнулась дугой золотая полоска пляжа. Сколько же раз она останавливалась, чтобы вобрать в себя всю эту красоту? Ведь это счастье может уже никогда не повториться.
Весь путь Александра послушно держалась за руку лорда Эмберли. Но ее не пугали ни его прикосновение, ни его близость. Напротив, и то и другое придавало ей уверенности в себе и окутывало ощущением безопасности. Кроме того, он не сделал ни одной попытки ворваться в ее мысли и чувства. Он молчал, шел вперед, когда шла она, и останавливался, когда останавливалась она. Похоже, он понимал ее. И даже разделял ее желание насладиться тишиной.
Лорд Эмберли впервые заговорил, когда они подошли к широкому выступу, что на полпути к берегу.
— Мадлен и ваш брат уже спустились, — сказал он. — Это ничего, что мы так сильно от них отстали?
— Ничего, — ответила Александра. — Мне не хочется торопиться. Вот бы этот спуск никогда не кончился! — Она закрыла глаза и подставила лицо ветру. Потом виновато поглядела на графа. — Но вам, наверное, надо поскорее вернуться домой. Вас работа ждет.
— Подождет, ничего страшного не случится, — успокоил он ее. — Я предпочитаю побыть здесь, с вами, Алекс. Я снова чувствую себя мальчишкой, который сбежал с уроков.
— Побег — большая редкость. — Она снова подставила лицо морскому бризу. — И величайшая из драгоценностей. Сейчас я не хочу думать ни о чем другом. И не буду.
— Прекрасная идея. Может, продолжим наш путь? Осторожнее, Алекс. С этого места тропа сильно сужается. Держитесь за мою руку.
Совет этот был совершенно ни к чему, поскольку Александра все это время продолжала держаться за него. Но теперь, продолжив спуск, граф еще крепче сжал ее ладонь и отпустил, только когда пришла пора спрыгнуть с небольшого уступа на берег и помочь спуститься.
— Какая жалость! — вздохнула Александра, положив руки ему на плечи. — Так не хочется снова ступать на твердую землю!
— Как пожелаете, мадам. — Граф не стал отпускать ее и закружил на руках. — Можете все оставшееся утро так провести. Я понесу вас домой.
Александра взвизгнула и рассмеялась:
— Поставьте меня! О, поставьте меня на землю! Он опустил ее на землю, и девушка повернулась в сторону моря.
— Как красиво! — воскликнула она. — Как же здесь красиво! Как здорово быть живой и здоровой и находиться здесь! — Александра сдернула с головы шляпку и подставила лицо солнечным лучам.
Лорд Эмберли стоял у нее за спиной, завороженный этим зрелищем. Она снова превратилась в женщину, которую он держал в руках и из-за которой потерял голову накануне. Только на этот раз он наблюдал не взрыв страсти. Эта прекрасная трепетная женщина — лицо ее только что озарила улыбка, в огромных черных глазах горит удивление, — эта женщина словно была частью дикой природы и самой природой. Она ожила! Неужели это Александра Парнелл? Лорд Эмберли затаил дыхание.
— Как грустно просто возвращаться домой, вы со мной согласны? — сказал он. — Брести всю дорогу чинно и степенно, чтобы поспеть к обеду. Может, поиграем в прогульщиков и пройдемся до линии прилива?
— А можно? — Александра резко обернулась к нему, и он судорожно вздохнул. Щеки ее горели, глаза искрились. На губах играла улыбка.
— Можно. — Он отвесил ей шутливый поклон. — Я хозяин поместья, мэм, и даю свое разрешение. Не соблаговолите ли взять меня под руку?
— Нет, — задорно склонила она голову. — Мне хочется бежать. Бежать и бежать до моря. Я никогда в жизни не бегала. — Александра подхватила одной рукой юбку и развернулась в сторону прилива.
Несколько секунд лорд Эмберли со смехом наблюдал за ней, потом пустился следом. Она не пыталась убежать от него или соревноваться с ним в скорости. Она просто подставила лицо солнцу, а тело — ветру. Но не успел он нагнать ее, как девушка замедлила бег и перешла на шаг.
— Ох! — выдохнула она, пытаясь выровнять дыхание. — Я не в слишком хорошей форме. Ох! — Она остановилась, тяжело дыша и заливаясь смехом.
— Мэм. — Граф с улыбкой поклонился ей. — Возможно, теперь вы будете вести себя как истинная леди, каковой, собственно говоря, и являетесь, и все-таки воспользуетесь моей помощью.
— С превеликим удовольствием, сэр. — Она взяла его под руку, и они неспешно продолжили свой путь. — Мне всегда хотелось сделать это. Побегать по пустошам, раскинув руки навстречу ветру. Какая нелепица, правда? Я забыла, что давно уже не ребенок.
— В душе каждого из нас по-прежнему живет ребенок, — сказал лорд Эмберли, — и слава Богу. Временами нам всем хочется побыть детьми.
Они помолчали немного. Лорд Эмберли изумленно наблюдал за ней. Она смотрела на мир широко раскрытыми глазами, лицо ее озарялось внутренним светом.
— В этом месте человек может представить себе, что он один в целом мире, вы со мной согласны? — спросила Александра, когда они остановились в каких-нибудь трех ярдах от прибывающей воды. — И все же одиночества тут не чувствуется. Гораздо легче ощутить одиночество посреди «Олмакса». А здесь чувствуешь присутствие чего-то огромного и величественного. Бога, наверное.
