От волнительного рассказа и от ветра, что нещадно трепал волосы и сушил губы, Вику пришлось опять воспользоваться Льнянкиной заветной фляжечкой. Промочив горло и про себя усмехнувшись над притопывающим от нетерпения Ли, принц продолжил:
— Но орда, более привычная к кочевому образу жизни и даже без лошадей способная преодолевать большие расстояния за короткое время, ушла в сторону с их пути. Им и о фураже беспокоиться не надо, и с едой, как не прискорбно это осознавать, у них проблем меньше — им, что греча со свининой, что трава полевая с человечиной — все одно в пищу пригодно. Вот они и сорвались с места, когда поняли, что на них новая, не истерзанная боями армия идет. И меж ней и так и оставшимися недвижимыми заставами эльфов направились орки вглубь по серединным землям, вдоль Драконьего Хребта. Армия развернулась и со всей возможной для тяжеловооруженных воинов скоростью пустилась за ними вдогонку. Но нагнать смогла только вот здесь, — Вик простер руку, показывая на просторы перед ними:
— Обогнув эльфийский Тенебриколь, орда устремилась сюда, на неразграбленные территории. И остановили ее только горы и река. Здесь и случилась битва орков с остатками армии Мартиана, нагнавшими их войсками Эльмерии и теми волшебницами Долины, что уцелели. Да, они, как показали те битвы, тоже были не всемогущи. Многие из них погибли, когда стараясь прикрывать своей магией разрозненные войска Мартиана, вынуждены были разделяться и действовать по одиночке, — в этот момент, посмотрев на своих слушателей, Вик вдруг приметил, что от его рассказа большущие глаза Ли наполняются трагической грустью, а Льнянкины и того хуже — наливаются слезами. В общем, жалостливые эльфята разволновавшись, и готовы были рыдать и над погибшими волшебницами, и над убитыми воинами, и… как бы уже, и не над орками.
И понял Вик… что не судьба ему сейчас развернуться. Он-то, в детстве, как любой мальчишка во время занятий сильнее всего был впечатлен именно знаменательными битвами. И сейчас уже воочию видел, где и как расположились войска Мартиана, раскиданные по взгорью, потому что их командиры, так и не объединившись, пришли к последней битве порознь. Как дрогнут истерзанные боями люди, а орки, не беря пленных, будут их гнать, убивая, в ту ложбину. Но с другой стороны, от простора, надвинется армия Эльмера и прижмет обнаглевшую орду к горе. Откуда сверху, из-за стен Драконьего Камня, на нее обрушатся град камней и потоки горячей смолы. А между вон тех покрытых лесом холмов выступят волшебницы, накрывая огнем и смерчами племена. И кинутся орочьи отряды в панике удирать — по той вон долине…
Но впечатлительные эльфята и от того, что уже рассказано, готовы были удариться в слезы. Так что придется основные зверства и ужасы попридержать и двигаться дальше во времени. В общем, проиграв грандиозное сражение лишь перед своим внутренним взором, Вик продолжил рассказ с того места где оно уже и закончилось:
— После битвы уйти с поля боя, вернее бежать, получилось всего у нескольких орочьих племен и пары десятков разрозненных отрядов. После себя они оставили полностью выжженную, разоренную и непригодную к заселению в ближайшие годы землю. Хотя крупные города, обнесенные крепостными стенами, и выстояли, но людей в них за пять зим военного кошмара значительно поубавилось. Где от голода вымерли, где эпидемии случились, а какие города оказались просто брошены своими жителями, которые растворились в населении Эльмерии, после того как войска отогнали орков от тех мест. Вот так и получилось, что, то малое количество выживших в Мартиане в основном ушло на неразграбленные предгорные территории, что были меж королевством темных эльфов и границей северных орочьих лесов. Орки то, когда ордой пошли, то на равнинные просторы, что побогаче, двинулись — ближе к морю. А в горы-то они и в обычное время предпочитали не лезть, — махнул Вик рукой в сторону далекого Драконьего Хребта:
— А люди Эльмерии год за годом потихоньку начали обживать бесхозные земли. А когда и города восстановили, и деревни поотстроили, а орки спустя пару — тройку десятков зим опять в пограничные области нахаживать стали и уже Викториан II Эльмерский вынужден был границу защищать от них — тогда уж и сам Светлый, как говориться, эти земли эльмерскими считать позволил. А Мартиан еще зим сто числился обычным удельным герцогством. И только спустя годы Волшебницы Дола потребовали признания его как суверенного государства. Благо Правящая Семья, что по прямой линии от крови Дола была — выжила. Но, как вы сами знаете, и по сей день они не королевством называются, а герцогством, — закончил Вик свой рассказ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но не тут-то было — опять влез Ли со своими вопросами:
— А пограничную стену от орков тогда же построили? И ров вдоль нее вырыли? А она высокая, а он глубокий? А правда, что те стена и ров от самого моря до гор тянутся? — в мгновении ока засыпал он ими принца.
Пришлось тому отвечать, раз именно его сегодня главным по историческим вопросам назначили:
— Стену начал строить еще тот самый Викториан II, на долю которого достались первые набеги орков после многозимнего затишья. Он тогда первый пришел к мысли, что, сколько орков не бей — но чуть оправившись, они все равно разорять и грабить отправятся. А после него стену продолжали строить еще три короля на протяжении почти ста пятидесяти зим. И только при последнем из них, Гарете V, она была построена полностью. И она действительно тянется от самого Заревого моря до Драконового Хребта. В горах и предгорьях надзор за ней и охрана от орков ведется силами герцогства Мартиан. Но за основную ее часть, конечно же, как и в начале — отвечает Эльмерия. А вот на счет того высока ли та стена, могу сказать только то, что пишут и говорят о ней — сам-то я там, к сожалению, не был и ее не видел, — Вик сокрушенно развел руками:
— А пишут, что не очень она высокая, ниже многих городских стен. Где-то отмечают саженей десять, где-то, вообще, пять — толи на глазок прикидывали, толи она действительно по высоте разная… не знаю. Но то, что она по меркам военных сооружений довольно низкая — это все отмечают. Да и ров, скорее всего невелик, главное, чтоб водой наполнен был всегда — это ведь она орков отпугивает, а за этим следят маги и человеческие, и эльфийские. Темные-то эльфы уже зим пятьсот как присоединились к Договору об охране границ. Но, несмотря на небольшую высоту стен и глубину рва сооружения эти свою задачу выполняют вполне — человеческие земли от диких орд защищают. Да и потом, построить-то это грандиозное сооружение надо было поскорей, а орки, что не говори, в штурме крепостей никогда большого успеха и не добивались. У них и стенобитных орудий-то нет, и штурмовых башен — города-то во времена набега орды все устояли. От голода и болезней за пять зим повымирали — да, но стены их ни разу орки так и не преодолели.
Ответив вроде бы на все вопросы эльфенка, Вик задумался. Как бы ему хотелось и вдоль той стены проехать, и в орочьи леса с разведывательными отрядами нагрянуть… но, видно не судьба. Он прямо физически ощущал, как убегают вспять последние часы его вольной жизни. А там, впереди, сплошные обязательства, ответственность и жизнь в жестких рамках…
Пришла пора и с донжона спускаться — солнышко уже наладилось к полудню, а надо было еще до стоянки дойти.
Последнее, что они рассматривали с башни — это был въезд в Валапийскую долину. Но ничего особо интересного с этого места разглядеть не удалось. Горы, и Гномьи, и противоположные Драконовы, наплывами отрогов перекрывали весь вид, и долина совсем не проглядывалась, а на глаза лезли все те же «спины гигантских животных», то бишь, покрытые низкорослым лесом пологие склоны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С комендантом они на выходе коротко раскланялись, поблагодарив за постой, но денежку в пол серебрушки вручили все-таки Пшену со словами, что, дескать, это не плата за услуги, а благодарность за потраченное на них время. А то он мужик по всем показателям порядочный — мог и не взять, да и обижать хорошего человека не хотелось…
