Читаем без скачивания Русская Прага - Наталья Командорова

Как отмечал исследователь творческой биографии Н. О. Лосского П. Шалимов, лечащие врачи настоятельно рекомендовали больному отправиться для поправки здоровья на курорт в чешский Карлсбад. Николай Онуфриевич прислушался к лекарям и стал добиваться через самого президента Чехословакии Томаша Масарика получения визы. Имя философа Лосского к тому времени приобрело международную известность, и он мог себе позволить обращаться за помощью даже к президентам. Усилия Николая Онуфриевича успешно завершились разрешением въезда на территорию Чехословакии для курортного лечения.

Всё уже было готово к отъезду, как в это время последовало решение большевистских властей о насильственном выдворении из страны заболевшего «неблагонадежного» философа. Лосского арестовали, и до ноября 1922 года он находился в тюрьме в ожидании высылки.

Владимир и Борис Лосские — студенты пражских вузов

Когда семья вынуждена была покинуть Россию вслед за отцом, оба сына Лосского были студентами факультета общественных наук Петербургского университета. Старший сын Владимир Николаевич, студент второго курса, слушал курсы лекций по западной медиевистике, которые читали знаменитые ученые О. Добиаш-Рождественская, И. Гревс, Л. Карсавин, изучал древнегреческую литературу в изложении Ф. Зелинского, заслушивался лекциями Б. Фармаковского по истории искусств.

Младший сын Лосского Борис Николаевич, с юных лет увлекавшийся искусствоведением и историей архитектуры, поступил в университет в 1922 году, когда отец уже сидел в тюрьме, и успел проучиться, до высылки семьи за границу, всего два месяца.

Оба студента прервали свое обучение и выехали вместе с матерью и отцом вначале в Берлин, затем — в Прагу. В чешской столице оба юноши продолжили свое обучение. Владимир около года, с 1923 по 1924 год, был студентом философского факультета Карлова университета. Затем уехал во Францию и поступил на филологический факультет в Сорбонну. Кстати, впоследствии, приняв французское гражданство, во время Второй мировой войны Владимир Лосский, как гражданин и христианин, не пожелал оставаться в стороне от происходящих событий и, по утверждению исследователя биографии В. Н. Лосского П. Шалимова, вступил в ряды французского антифашистского движения Сопротивления, в группу знаменитого героя Б. Вильде. Владимир никогда не прерывал связи с Россией.

Младший сын Лосского Борис Николаевич в Праге поступил на архитектурное отделение Чешского политехникума и проучился там до 1927 года. Затем вслед за старшим братом уехал в Париж, где закончил Школу Лувра и Сорбонну. Во второй половине 30-х годов часто бывал в Праге, разыскивая и изучая предметы французского искусства в Чехословакии. Поддерживал постоянные контакты с Россией, публиковал работы по истории русского искусства и архитектуры. Широкий успех у публики получили его мемуары — воспоминания о жизни русской эмиграции в Праге в период с 1922 по 1927 год, а также о семье Лосских-Стоюниных в 1914–1922 годах.

Когда знакомые хвалили сыновей и утверждали, что талант мальчикам, видно, передался с генами их отца, Николай Онуфриевич почему-то смущался, однако при этом довольно кивал:

— Возможно, возможно…

С «волчьим билетом» — В революцию

Проблемы — «вовремя снять розовые очки», — похоже, у Н. О. Лосского никогда не было. В отличие от многих его ученых коллег — русских эмигрантов, происходивших из обеспеченных дворянских семей, — Николай Онуфриевич родился в семье лесничего. Отец рано умер, и мальчику пришлось самому пробиваться в жизни.

А лихие революционеры 80-х годов XIX века были чрезвычайно охочи к таким бедным юношам-одиночкам, вершителям своих судеб, каким был в то время Николай Лосский. В витебской гимназии его увлекли сочинения Д. Писарева, Н. Добролюбова, Н. Михайловского. Влияние революционных идей сделали из молодого Лосского не только убежденного материалиста, социалиста и атеиста, но яростного пропагандиста этих идей в учебных аудиториях. Царская охранка не дремала, и в 1887 году юношу не просто исключили из гимназии за его пропагандистскую деятельность, но и лишили права поступления в другие учебные заведения.

«Волчий билет» на обучение в России, слежки царских ищеек, постоянная угроза ареста вынудили семнадцатилетнего Лосского нелегально уехать за границу с целью продолжить обучение в Берне или Цюрихе. Но и там ему не удалось изменить свою жизнь. Благодаря все тем же хватким товарищам-революционерам, Лосского продолжают просвещать сочинениями Г. Плеханова, К. Фохта (Фогта). Здесь Николай знакомится с анархистскими идеями Бакунина. Лосский участвует в демонстрации в честь приезда К. Либкнехта. Но юношу революционная мишура не привлекала. Он по-прежнему стремился к образованию.

Как отмечал П. Шалимов, без гроша в кармане, обманным путем, Николай Онуфриевич завербовывается в иностранный легион в Алжир. И все эти жизненные перипетии — в девятнадцать лет!..

«Четвертый» тип интуиции

Мистика была спутником жизни Н. Лосского. Единожды, в Алжире, прикинувшись душевнобольным с целью покинуть опостылевший легион и возвратиться в Россию, Николай Онуфриевич погрешил против здоровья — и нервные припадки преследовали его потом. Получение заграничной визы в Чехословакию обернулось изгнанием с родины… И это лишь несколько штрихов к неоднозначности земного бытия Лосского.

Знания, полученные на естественно-научном отделении физико-математического факультета Петербургского университета, не удовлетворяли пытливого Николая Онуфриевича: по утверждению исследователя биографии Лосского П. Шалимова, он самостоятельно продолжал изучать философию Р. Декарта, Б. Спинозы, Г. Спенсера, К. Фишера. Однако механистический материализм, с позиций которого они пытались объяснить мир, только вызывал дополнительные вопросы у талантливого ученика Лосского. Русские философы С. Алексеев (Аскольдов), А. Козлов имели большое влияние на Лосского. Получив должность приват-доцента в Петербургском университете, Николай Онуфриевич отправляется в Гёттинген, на практику по экспериментальной психологии у знаменитого Г. Мюллера. Пожалуй, учеба у Мюллера стала последним камешком в определении Лосским своего, индивидуального пути в философии восприятия мира.

Темой его докторской диссертации стало «Обоснование мистического эмпиризма», а в книге «Мир как органическое целое», опубликованной в 1917 году, изложены исходные принципы его оригинальной гносеологии и онтологии.

Вполне возможно, что при принятии советским правительством решения о высылке Лосского за границу бралось во внимание не столько его, можно сказать, чисто символичное членство в партии кадетов, сколько эти «заумные», не понятные простому обывателю, философские «штучки» — слова, понятия, определения… Большую часть жизни Николай Онуфриевич разрабатывал в науке главную свою тему — новое гносеологическое направление под названием «интуитивизм». Однако, выделяя в своем учении три типа интуиции, — чувственную, интеллектуальную и мистическую, — не учел четвертую — «большевистскую». «Субстанциональный деятель» (по Лосскому) большевизм 20-х годов XX века был реален, абсолютно свободен в своих действиях, но, выбиваясь из теории ученого, только не шел на общение с теми, кто безоговорочно его не поддерживал, и действовал по принципу: кто не согласен с линией партии, — уходите по-хорошему, нам сейчас не до философских споров; будете мешать — уничтожим…

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});