Приз из Помойного переулка я еще не потратил…
— Да ладно, не так уж и плохо… — Прохор заржал в голос. Потом шагнул поближе и присмотрелся. — А это что такое?
— Что? — я не сразу понял, что он уставился на мою ключицу. Туда, где поблескивал красный камень с булавки Лакруа. — А! Это мне лоа Лакруа приз выдал. Не знаю, что это и зачем.
— Лакруа из Геде, — сказала Эдна. — Значит пригодится где-нибудь на кладбище или аренах, где до смерти дерутся.
— Тебя вроде не спрашивали, девочка из Сызрани, — Прохор скривил губы.
— Да ладно тебе, к месту же ответила, — не люблю лишний напряг в команде. — Что там у нас с домом? Как его надо искать?
Прохор достал из кармана ключ с синей замысловатой головкой.
— Как я понял, нам надо найти дом, который этот ключ открывает, зайти внутрь, намотаться на имеющееся там проклятие, разобраться с ним, и дом наш.
— Всего-то! — я взял ключ и покрутил его в руках. Никаких озарений или чего-то подобного не последовало. Это был просто обычный ключ. — А как искать?
— Он называется «Дом Синего Кружева», — Прохор забрал ключ и сунул его обратно в карман. — А раз есть название, значит можно спрашивать. Известно же, что бармены все знают. Так что давай с них и начнем.
Заведение называлось «Полнолуние». И единственное, чем оно привлекло наше внимание — это соседней дверью с куаферной, откуда только что вышел Прохор.
Зал был круглым. Столы были круглыми. Светильники были круглыми. Для полноты картины не хватало только круглого бармена, но такой уровень совершенства оказался недостижим. Бармен был просто толстым.
— Желаю доброй ночи добрым мсье! — заговорил он неожиданно высоким голосом. — О, ты же Остап, да? Я за тебя болел вчера, даже денег немного выиграл!
Тут я обратил внимание, что бармен белый. Надо же, живой человек?
— В смысле, болел? — спросил я.
— У нас в баре трансляция была из Помойного переулка, твой финт с зомби просто огонь! — бармен вытер толстые руки о не очень чистый фартук. — Выпивка за мой счет. Чего вам налить?
— Ничего! — быстро ответил я. — А… Ты живой, да?
— Ага, продал бизнес в реальности, переехал сюда.
— И как по деньгам? — спросил Прохор.
— По-разному, — толстяк поморщился. — Зато свободного времени больше. Работаю только когда сплю. Я Гизмо. А вообще — Григорий, но это не здесь.
— А помещение купил? — Прохор забрался на высокий стул рядом со стойкой.
— Арендую, — Гизмо вздохнул. — С покупкой тут все сложно оказалось, я не справился. Решил, что ну его нафиг пока.
— Надо же, совпадение какое, да, Остап? — Прохор подмигнул. — А мы как раз пытаемся купить домик. И нам нужно его найти. Называется Дом Синего Кружева. Ты не слышал про такой?
— Мой назывался Приют Унылого Дракона, — Гизмо хохотнул. — Этот дракон меня три раза сожрал прямо на входе, и я забросил попытки. А Синее кружево… Блин, что-то вроде слышал, но не знаю, где. Короче, вам точно надо будет что-то огненное, прежде чем лезть. Там паутина ядовитая, кто-то из посетителей рассказывал.
— Мы что ли не одни претендуем на один и тот же дом? — спросил я.
— А это как повезет… — на круглом лице Гизмо отразилась напряженная работа мысли. — Точно, мне про этот дом Игорь рассказывал. У него еще рука покрыта змеиной кожей… Они вроде этот квест провалили с командой.
— Ничего себе! Они же вроде крутые! — я вспомнил Игоря. Вместе с его вздорной подружкой с клыками и здоровенным невоспитанным недорослем.
— В квестах на дома все не от крутости зависит, — Гизмо вздохнул. — Только попытка всего одна. Один раз провалил, следующий раз придется ждать до Марди Гра. Да и то канцелярия начинает вредничать. Короче, совет вам, ребята. Не ломитесь с бухты-барахты.
— А ты откуда знаешь этого Игоря? — спросил у меня Прохор.
— Случайно познакомились. В самый первый день. Точнее, ночь, конечно, — я вспомнил, как ползал по паучьему лабиринту и корячился в попытках достать дурацкий зеленый гриб. — Сейчас кажется, что так давно дело было, а на самом деле еще и десяти дней не прошло. Но у меня есть его контакт, могу с ним связаться, как проснусь и расспросить как и что.
— Слушай, Гизмо, — Прохор снова повернулся к бармену. — А ты свой дом как искал?
— Через газетный стенд, — Гизмо взялся протирать бокалы. Тонкие, как мыльные пузыри. Казалось, что в его толстых пальцах они должны разлетаться на осколки. Да и вообще в любых пальцах… Посмотрел на сначала на Прохора, потом на меня, понял, что мы не понимаем, о чем он говорит, и продолжил. — Нужно дойти до месте, где Рю-де-Бурбон расширяется в кольцо, там еще клумба посередине. И на этой типа площади есть газетный стенд. Там не всегда выдается нужная информация, но бывает. Попробуйте.
— Мерси! — Прохор приподнял цилиндр и спрыгнул со стула. — Надо запомнить твое заведение. А чем у тебя тут народ занимается?
— Играет в твистер, смотрит трансляции и… И еще кое-что. Заходите во вторник, сами увидите, — Гизмо загадочно улыбнулся.
— Заметано, заглянем, — Прохор высыпал на стойку несколько монет и направился к выходу. Я помахал Гизмо и пошел за ним.
Найти на круглой площади газетный стенд оказалось не таким уж простым делом. Причем на самой площади мы оказались буквально через несколько шагов. Эта странная фишка ноктюрнета все еще продолжала меня удивлять. Вроде бы, я уже проходил Рю-де-Бурбон от начала и до конца, но раньше мне ничего похожего не встречалось. Зато когда толстый бармен про эту клумбу посреди улицы рассказал — и вот мы уже здесь. И не только мы… Кажется, здесь собрались вообще все заснувшие в ноктюрнете. Толпа была такая, что приходилось проталкиваться. Искать в таких условиях какой-то там стенд вообще не представлялось возможным — все орали, топтались на месте и толкались. Чтобы что-то сказать друг другу, нам с Прохором приходилось орать друг другу в уши.
Я вырвался из человеческого водоворота и оказался рядом с ярко раскрашенной палаткой. Но перевести дух не успел — рядом со мной возник красномордый толстяк с злым лицом.
— Эй ты, вали отсюда! — заорал он. — Не занимал очередь, не лезь!
Я ничего не успел ответить, потому что громила меня толкнул, а я, не удержав равновесие, рухнул сквозь кусты живой изгороди.
— Остап! Ты где! — голос Прохора звучал совсем рядом.
— Я за кустами! — Я поднялся на ноги и начал стряхивать со своих ковбойских штанов налипший мусор. Кажется, в этот закуток сметали всю грязь с круглой площади. Прохор протиснулся между кустами и глухой
