– Есть немного.
– Хм, ну поверю на слово. Учтите, господа новички и корейские «зайцы», без нас «Ангара» ничего не сможет. Мы должны быть готовы быстро исправить любое нарушение или перебросить цепь на резервный канал. Ты пока никуда не лезь. Просто смотри. Ну, разве что я сам тебе скажу. Релюшку от предохранителя отличаешь?
– Мишка… хочешь, я тебе сейчас по всей архитектуре энергоснабжения вашего сарая пройдусь и расскажу: что, зачем и почему? – немного иронически предложил Март, перебиравший в числе прочих во время ремонта и этот щит.
– Обязательно расскажешь, – отмахнулся Круглов. – Только чуть позже. Сейчас, уж прости, недосуг.
– Кому не до сук, а кому и очень даже… – пробурчал Вахрамеев, внутри которого вдруг проснулся дипломированный авиаинженер из будущего.
– Нашелся тут тоже, человек из прошлого… Электрик из заборостроительного ПТУ… – пробурчал он и сам улыбнулся над нелогичностью собственной реакции. Действительно, а кем Мартемьян мог выглядеть для Мишки? Шестнадцатилетним подростком, у которого априори не могло быть никакого образования и тем более опыта. Который наверняка и такого масштаба ГРЩ[63] в жизни не видел, и тем более не работал на нем оператором.
– Не обижайся, – словно подслушав его мысли, сказал примирительно Михаил. – Ты парень головастый, быстро все освоишь!
– Всенепременно, барин, – немного ернически ответил Вахрамеев, но Круглов не обратил на эту эскападу никакого внимания.
– Все. Теперь никакой болтовни. Только по делу. Коротко и четко.
– Есть! – по-уставному ответил застыдившийся своего поведения Март.
Спустя час, когда пошедшие на помощь Зимину приватиры достигли заданного района, первое, что они увидели, оказался вражеский корвет. Шедший над самой землей японец явно что-то выискивал, а потому не сразу заметил, что появились новые действующие лица. Случись им встретиться один на один, он легко бы расправился с любым из русских рейдеров, но с пятерыми ему, конечно, было не совладать. Особенно, если они нападут одновременно.
И хотя приватиры пришли сюда не для боя, упускать такую цель было не в их правилах. Обменявшись короткими кодовыми сигналами, «частники» разделились. Четверо начали разворачиваться, беря противника в клещи, а самую скоростную из них – «Ангару», Муранов тихо увел в сторону.
– Жаль, что мы не будем участвовать в атаке, – вздохнул кто-то из вахтенных. – Опять вся слава Жуку достанется!
– И все японские снаряды тоже, – процедил не выпускающий из рук штурвала Муранов. – Держу пари, что у японцев на борту есть хоть один одаренный!
– Вы в этом уверены, Василий Петрович? – немного испуганно воскликнул «мечтатель».
– Скоро узнаем, – мрачно хмыкнул капитан.
Судя по всему, он оказался прав. Стоило приватирам зайти в атаку, как японский корвет резко взмыл, ловко увернувшись от посланных в него снарядов. Земля на том месте, где он только что находился, расцвела огненными цветами, а потом донесся грохот разрывов.
Впрочем, и на русских кораблях капитаны свой хлеб ели не зря. Несмотря на неудачу первого залпа, они не стушевались, а бросились в погоню, не давая своему врагу огрызаться. Стоило корвету начать разворачивать главный калибр в сторону одного из назойливых каперов, как остальные начинали атаковать со всех сторон, не давая противнику прицелиться.
Все же если по вертикали японец мог действовать быстро, то в маневрировании по горизонтали инерция большой машины создавала существенные ограничения. А четверка преследователей, грамотно расположившись на «этажах», била слаженно, закрывая сектора и загоняя противника прямиком под залпы. Такая канитель могла продолжаться довольно долго, но Муранов и его люди не собирались за ней наблюдать.
Пока шел бой, радист несколько раз выдал в эфир кодированный сигнал, известный всем приватирам. Ответа пока не было, но…
– Это здесь! – неожиданно для всех подал голос Март, заставив вздрогнуть Круглова и задремавшего было Кима.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ты о чем, стажер? – удивленно поинтересовался Мишка.
– Это здесь, – уверенней повторил Вахрамеев и нажал кнопку вызова внутренней связи.
– Что еще? – прохрипел в динамике недовольный голос старпома.
– Объект прямо под нами!
– Что, мать вашу? Вы там что, до шила[64] добрались?
– Никак нет! Повторяю, объект под нами. Замаскирован и сохраняет радиомолчание.
– Вахрамеев, ты, что ли? Ну-ка, марш в ходовую рубку!
– Слушаюсь!
– Марик, ты с ума сошел? – оторопело посмотрел на товарища Круглов.
– Не мешай ему, – покачал головой сообразивший, в чем дело, Ким.
– Стажер Вахрамеев по вашему приказанию прибыл! – отрапортовал Март, появившись перед командованием.
– Это что сейчас было? – буравя взглядом мальчишку, рыкнул Муранов.
– Точно вам говорю, – твердо отвечал им Вахрамеев. – Внизу наши. Прячутся в небольшой долине. Там еще водопад, а за ним что-то вроде грота или каверны…
– Вот как? – нехорошо прищурился капитан.
Некоторое время в рубке царила гробовая тишина.
– Есть там такое место, – решился нарушить ее штурман.
– Точно?
– Да.
– Тогда спускаемся. Но учтите: и ты, юнга, и ты, защитник, если что…
«Если что» не случилось. Внизу и впрямь оказалась маленькая долина с водопадом, где под прикрытием падающей ледяной воды обнаружился грот со спрятанным ботом.
– Васенька! – ухмыльнулся при виде его Муранов. – Ты как здесь оказался?
– З-зимин приказал, – стуча зубами от холода, сообщил молодой офицер. – А вас разве не он прислал?
– Нет, брат, мы тебя случайно обнаружили. А где же «Буран»?
– Он увел японцев в другую сторону, чтобы спасти нас.
– С чего бы такой альтруизм? – недоверчиво поинтересовался капитан.
– Все дело в этой новейшей воздушной торпеде. Она стояла на японце, взятом нами на абордаж. Правда, они нам маршевый двигатель повредили, но мы все равно справились.
– Так вот чем подбили «Цесаревича», – сообразил Муранов, в глазах которого появился алчный блеск. – Бот может передвигаться?
– Так точно!
– Не тянись, не на флоте. В трюм ко мне сможешь зайти?
– Смогу.
– Тогда приступай. И осторожнее с японской вундервафлей.
– Есть.
– Вот и хорошо, – довольно потер ладони капитан, после чего обернулся к стоящему рядом Вахрамееву. – Теперь рассказывай. Только не ври!
– Что именно?
– Ты одаренный?
– Есть немного.
– Адамант имеется?
– Нет, – на всякий случай не стал раскрывать все карты Март.
– Бывает и так, – не стал спорить Муранов. – Почуял, значит, бот.
– Так точно.
– Не тянись, парень. Я не Зима и эту самую субординацию не очень уважаю. Но, вообще, хвалю. Получим награду – будешь иметь долю. Если, конечно, вступишь в экипаж. Стажерам, уж извини, добычи не полагается.
– Благодарю. Но я пока не готов вам ответить.
– Если ты Бенчика опасаешься, то зря, – покачал головой по-своему понявший его капитан. – Если честь по чести заключишь контракт, то никто ничего не сможет сделать. Ни одна тварь не придерется!
– Я должен найти Зимина.
– Прости, дружище, но не в этот раз.
– Вы собираетесь прекратить поиски? – сообразил Вахрамеев.
– Верно, – кивнул Муранов. – Мой долг доставить этот груз в штаб флота. Ну и пойми меня правильно. Если все грамотно преподнести, награда будет такая, что ты даже во сне себе представить не сможешь.
– Но это ведь добыча Зимина?
– Нет, брат. Кто принес, тому и награда. Но я не жадный, а посему предлагаю еще раз: вступай в мою команду. И не зыркай так, ты думаешь, я не понял, почему твоего дружка простил? Учти, второй раз такой фокус не пройдет!
– Нет.
– Послушай, дурашка, – голос капитана стал вкрадчивым. – Твоего Зимина, может, уже и в живых нет. Без маршевых двигателей даже ему не уйти. Ты думаешь, он зря свою добычу спрятал?
