что заставить себя любить невозможно.
- Знаешь, я тоже недавно поняла, что этот человек не любит никого кроме себя. Если ты думаешь, что это была моя идея - вернуть его, ты глубоко ошибаешься. Я этого никогда не хотела.
- Но всё-таки ты вышла за него, как только я уехала.
- Он шантажом заставил меня сделать это, и недавно признался, что только ради выгоды. Он не любит меня, он никого не любит…
- И чем же он тебя шантажировал? А вообще, знаешь, забавно. Ведь я его тоже шантажом заставила жениться на себе. Знала о нём кое-что… Он мухлевал в институте, дал крупную взятку, чтобы ему поставили хорошие оценки. Он был слабым учеником, но всегда представлял себя этаким умником, и когда я нашла доказательства и положила их перед ним, он так перепугался. Это даже забавно сейчас вспоминать, - Вера и правда заразительно смеется. Мне нравится ее смех. Такой родной, искренний.
- Разве забавно потратить столько лет на мужчину, который этого вообще не стоит? - спрашиваю с грустью.
- Ну, сожалеть о сделанном не в моих правилах.
- На самом деле мне совсем не хочется обсуждать Антона. Прости… Если ты знаешь что-то про Ника, что угодно… Хотя бы скажи, жив ли он.
- У тебя действительно настолько серьезное к нему чувство?
- Я люблю его до сих пор, - признаюсь тихо.
- Но если он жив, как ты посмотришь ему в глаза? Ты жена другого. Он никогда тебе этого не простит.
- Так ты знаешь о нём хоть что-нибудь? Пожалуйста, скажи! - кусаю губы, ногти впиваются в ладони, я почти готова разреветься. У меня ощущение, что удача на расстоянии вытянутой руки, но я не могу ухватить её. Не знаю, как заставить Веру проявить сострадание и рассказать мне, что произошло с любимым, и смогу ли его увидеть хоть когда-нибудь.
- Наверное, ты сейчас испытываешь чувство того, что справедливость свыше должна свершится, ты видишь, как я страдаю, и возможно считаешь, что заслуженно…
- Да, я понимаю, о чем ты говоришь, - усмехается Вера. - И не буду скрывать, это приятное чувство, когда твоя соперница буквально готова в ногах валяться, лишь бы получить от тебя хоть слово… Но, как я тебе уже сказала, я пережила все то что было, и оставила в прошлом. Я нашла в себе силы уехать… не буду говорить, что было легко. Не было. Долго ходила к специалисту, анализировала свою жизнь, непросто было прийти к тому, что Антон это не мой человек, и вычеркнуть его из своей головы навсегда. Было очень сложно… но я смогла это сделать и сейчас этому очень рада.
- И я очень рада за тебя, честное слово! Ты достойна лучшего, я правда так считаю… Знаешь, мы не живём с Антоном, и не жили ни дня этого дурацкого брака. Это фарс, который ему понадобился для своих целей, для бизнеса… Он шантажом заставил меня выйти за него замуж… Он шантажировал меня Ником, говорил, что только так поможет спасти его. Я даже не знаю до сих пор, правда это или нет, помогла ли моя жертва. Но первое время Антон показывал мне фотографии, говорил, что только он может давать деньги некому человеку, который помогает Нику оставаться живым. Звучит невероятно, но это правда… Та, которую я знаю. Другой не дано…
- И правда невероятно, - качает головой Вера. - Пожалуй, и правда тебе можно посочувствовать.
- Я не ищу жалости. Я лишь пытаюсь узнать, жив этот человек или нет. Мне кажется, я имею на это право. Я даже ездила недавно к его матери…
- И что?
- Они выгнали меня…
- Мне жаль.
- Я их понимаю. Я жена другого. Все так запутано.
- И кто все запутал? Ник? Ты?
- Уже и сама не знаю.
- Ну вот узнаешь ты что он жив, что дальше? Что будешь делать?
- Не знаю… Но мне станет легче.
- Уверена?
- Не знаю. Я просто не могу не задавать этот вопрос, понимаешь? Он у меня как навязчивая идея.
Сама удивляюсь, что случайная встреча превратилась в исповедь. А женщина, которая была врагом - человеком, которому можно сказать все. Почти все. Я не готова говорить о сыне. Почему не могу признаться, что у меня ребенок от Ника? Может это поможет. Может так Ник захочет увидеть меня… Но я не хочу, чтобы так. Хочу, чтобы он пришел потому что любит, не может забыть, как не могу я… Наверное, это эгоизм. Но я боюсь вмешивать ребенка. Это манипуляция. Если нам не суждено быть вместе, может и не стоит пока кричать о том, что Ник отец… Данила слишком мал. Что если из-за него начнется борьба? Что если я не нужна больше Нику, а сын - да?
Столько страхов… столько мыслей.
- Так ты знаешь где он? - вздыхаю, собираясь завершить разговор, который вывернул меня наизнанку.
- Ну, я по крайней мере точно могу тебе сказать, что он жив, - вздыхает Вера. - Я недавно встречалась с ним. Ник, как и я, живёт в другой стране.
Почему меня охватывает головокружение и ощущение невероятного счастья?
- Он что-то говорил обо мне?
- Он знает, что ты замужем за Антоном. Поэтому оставил тебя позади точно также, как я оставила бывшего мужа. Мне жаль, Вик, но ваша история закончилась в тот момент, когда ты вышла замуж. Ты должна была это понимать. Не знаю, что там был за шантаж, но ты зря ему поддалась. Не думаю, что Ник захочет выяснять это. Он слишком самолюбив и ревнив, чтобы подбирать за кем-то остатки. А тебя он и так уже однажды подобрал за Антоном, второй раз вряд ли захочет. Это мое мнение, извини, если я слишком прямолинейна.
Это мнение, эти слова режут меня по живому, без анестезии. Слушая Верины умозаключения, я буквально разваливаюсь на части, но не могу не признать, что
