В службе внешней разведки подобный порядок устанавливать нельзя. Здесь целесообразно оставлять на работе сотрудников, достигших установленного возраста, но имеющих высокую квалификацию и большой опыт, что принесет несомненную пользу делу. В связи с этим я вспоминаю нескольких наших пожилых работников, занимающихся ведением дел на азиатском направлении нашей службы. Они знали свои страны не понаслышке, а вели там в свое время разведку и хорошо владели местными языками. Двое из них добились замечательных успехов, уже перешагнув порог своего семидесятилетия.
Подобно врачам, у которых большая практика обеспечивает успех в лечении больных, руководящие сотрудники разведки, проработавшие длительное время, приобретают такой опыт, от которого разведывательная служба просто не может отказаться. Особенно это проявляется в сфере получения и сбора информации, где речь в первую очередь идет о том, чтобы собственным примером привить подчиненным чувство уверенности в безопасности и побудить офицеров и агентов к активным действиям. Вопрос правильного руководства людьми в равной степени важен и для сферы обработки и оценки полученной информации, где тактично и терпеливо достигается поистине дружная совместная работа всех звеньев.
Приказами здесь можно добиться немногого. Применение чисто военных методов управления и руководства неприемлемо: опубликованный в печати случай, произошедший недавно в одной из западных разведывательных служб, дает повод предостеречь от этого. Дело в том, что в качестве руководителя упомянутой службы был назначен заслуженный армейский офицер, который вскоре все завалил, так как пытался действовать исключительно приказными методами. Поэтому указания и установки должны делаться так, чтобы привлекаемые к решению разведывательных задач сотрудники не только формально восприняли их, но и поняли смысл и цели заданий.
Полагаю, что в связи с этим есть необходимость остановиться на некоторых принципах руководства людьми, хотя они могут показаться само собой разумеющимися. Один из моих основных принципов, например, заключался в предоставлении руководящим сотрудникам достаточной свободы действий для выполнения поставленных мною задач, за что они платили лояльностью и высокими результатами.
Если я до сих пор говорил о сотрудниках, то это не значит, что придерживаюсь распространенного в обществе мнения о непригодности женщин к работе на ключевых позициях в разведке. Я решительно против такой постановки вопроса. К сожалению, представление общественности по данному вопросу сильно искажено в результате появления сенсационных книг и кинофильмов о «супершпионках» периода двух мировых войн – о Мата Хари, «Мадемуазель Докторе», «Кошке»[63] и других. Несколько случаев, выявленных в шестидесятых годах, когда по заданию восточных разведывательных служб в министерствах Бонна действовали агенты-женщины, были подхвачены падкой на сенсации прессой. В результате «женская проблема» в разведке получила еще больший перекос.
Опираясь на личный долголетний опыт, могу с уверенностью сказать: многие женщины хорошо зарекомендовали себя на самых различных постах в разведке, как в центральном аппарате, так и за рубежом. Когда речь заходила о назначении женщин на должности в нашей службе, я всегда исходил в первую очередь из оценки их способностей и пригодности к разведывательной работе, а не из особенностей пола. С большой признательностью вспоминаю многих женщин – наших сотрудниц, которые соединяли острое чутье и глубокую эрудицию с постоянной готовностью к энергичным действиям.
Я всегда предъявлял строгие требования к руководящим сотрудникам службы. Пусть меня обвинят в том, что я создал идеальный образ начальствующего лица в разведке, какого в природе не бывает, и я склонен к «идеализму». Я остаюсь на своем: руководитель разведслужбы обязательно должен обладать обширными специальными знаниями, иметь долголетний опыт работы в этой области и соединять в себе все те положительные качества, которые были упомянуты выше. То, что я всегда требовал от руководящих сотрудников, касалось, разумеется, и меня самого, как начальника.
За время своей двадцатишестилетней разведывательной деятельности я познакомился со многими коллегами, с которыми в целом ряде случаев поддерживал личные контакты. Наиболее значительными среди них были адмирал Канарис и мой друг Аллен Даллес, скончавшийся в 1969 году. Но были и другие партнеры, которые еще живы и которых я не хочу называть по имени, довольно близко соответствовавшие образу этих первых двух. Почти все начальники служб имели многолетний опыт работы в разведке и обладали обширными познаниями. Наверное, все они без исключения были в состоянии дать точную и аргументированную оценку обстановки, в том числе и в области внешней политики, так что многие дипломаты завидовали всегда их способности кратко и логично излагать суть дела. Ведя себя спокойно и взвешенно, мои коллеги, теплоту и сердечность которых я ценил, заслужили доверие и уважение своих сотрудников не в последнюю очередь за счет того, что сумели четко организовать работу, подчинить ее плановому началу и преодолеть опасности и преграды, с которыми повседневно сталкивается любая разведка.
Начальник разведывательной службы, независимо от его политической ориентации, должен уметь воздействовать на своих подчиненных силой своей личности, соединяя в себе высокую квалификацию, опыт и способности. Он решает в последней инстанции, какие из многочисленных информационных сообщений и данных могут представить ценность для правительства, а какие следует сразу же сдать в архив. Таким образом, начальник разведки несет ответственность за переданную и не отправленную в высшие органы власти информацию. Его суждение, опирающееся не только на собственное мнение, но и на опыт и компетенцию сотрудников, может внести существенный вклад в то или иное решение правительства. Эта ответственность предполагает безграничное доверие правительства к лояльности и способности начальника разведки и всей службы в целом. Вместе с тем доверие обусловливает предоставление ему максимальной свободы действий в его специальной области при условии, что он не выйдет за установленные рамки. С благодарностью подтверждаю, что такая свобода действий мне лично всегда предоставлялась. Настроение доктора Аденауэра, испорченное аферой «Шпигеля», было быстро восстановлено.
Тот факт, что статус руководителя внешней разведки – один из самых важных и ответственных в государстве, не должен ни в коем случае влиять на то, чтобы на этот пост назначали деятеля, исходя из внутриполитических соображений. Разведывательная служба должна поддерживаться всеми партиями, стоящими на стороне интересов государства и нации, а также всеми без исключения здоровыми силами общества. Значит, при назначении руководителя разведки решающее значение должны играть не политические сиюминутные соображения, а профессиональная квалификация кандидата на этот пост.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
