– Не трави душу, договорились? – попросила Ева. На пороге кухни она остановилась. – Погоди, – с недоумением произнесла подруга. – Тут чего-то не хватает… А где твой ненаглядный кофейный аппарат?
– Никита его репрессировал. Увёз на работу. И у меня больше нет кофе-машины.
– Как же ты пьёшь кофе? Варишь? Но это нереально… Чтобы удовлетворить твои кофейные запросы, тебе придётся с утра до вечера стоять у плиты, карауля джезву.
– Ева, всё гораздо проще, – траурным тоном сообщила я. – Теперь я не пью кофе.
– Ты… не пьёшь… кофе… – изумлённо выдохнула Ева.
– У-у, – помотала я головой.
– Ты не пьёшь кофе?! Совсем?!
– Нет, не пью.
Новость настолько поразила Еву, что манипуляции с моими ногтями она выполняла в полном молчании. Наверное, я бы точно так же удивилась, если бы увидела её на улице в каком-нибудь расхристанном виде, например, в кедах и спортивных штанах, с бутылкой пива в руке и пакетиком семечек.
Не могу представить.
Ева всегда выглядит бесподобно: макияж, высокие каблуки, безупречно подобранные наряды и аксессуары. Это неотъемлемые атрибуты её личности. А кофе являлось неотемлемой частью моего имиджа.
– Теперь я пью зелёный чай, – добила я подругу. – Сначала было нелегко. Сейчас уже втянулась.
– Ну ты даёшь, – пробормотала Ева. – Круто.
Она, как и обещала, уложилась в пятнадцать минут. Я полюбовалась ровными – розовыми с белым краешком – коготками.
Великолепно!
Теперь, заявившись в ресторан для выяснения отношений с Олегом, я буду чувствовать себя увереннее… А если выпью бокал вина – то и подавно!
Ах, нет!
Иначе Олег изловчится и снова подсыпет в вино какой-нибудь наркоты.
– А почему ты вдруг отказалась от кофе? Проблемы со здоровьем?
– Да. Никита сказал, что я себя гроблю. Да и врач в больнице, куда я загремела, посоветовал поосторожнее с сердцем.
– Кажется, ты что-то недоговариваешь, – с подозрением уставилась на меня Ева.
Она права.
Я многое от неё утаила. Но почему? В последнее время мы отдалились друг от друга. Нет, мы с Евой никогда и не были особо близки, но многое обсуждали по вечерам, удобно устроившись на диванах в её красивой гостиной и смастерив по коктейлю. Она замкнулась в себе, когда у неё начались проблемы с бизнесом, и она запуталась в отношениях с Андреем. Я, не ощущая достаточной искренности с её стороны, тоже перестала делиться переживаниями…
Кроме того, Ева более чем на месяц лишила меня общения с Мишуткой!
Невиданное дело!
Естественно, обида и возмущение кипят в моей груди. Я тоскую по славному малышу!
– Юля, что с тобой случилось? Почему ты попала в больницу? Какой тебе поставили диагноз? Ты на самом деле отравилась роллами?
– Нет. Я была беременна. Но потеряла ребёнка, – прошептала я.
Раскалённый смерч закружил меня, перед глазами замелькали лиловые тени, горло сдавило железным обручем.
Услышав известие, Ева отпрянула в сторону, словно в неё плеснули кипятком.
– Ты… была беременна… Тебе всё-таки удалось… Но… – в ужасе она зажала себе рот ладонями, а сверху мерцали два огромных испуганных глаза. – Юля…
– Да, вот так.
И сегодня вечером я иду на встречу с убийцей. Олег Вадимович – дьявол в образе обаятельного мужчины. Он несколько долгих недель глумился над моим здоровьем…
Придушить бы его.
А ещё – выяснить, какую цель он преследовал.
Новость произвела сильное впечатление на Еву, она выглядела ошарашенной и расстроенной. Конечно, она ведь знала, как страстно мы с Никитой мечтали о ребёнке, как долго нам не удавалось его зачать… И вот – такой трагический финал.
– Юля, – покачала головой соседка. Видимо, слова утешения комом застряли у неё в горле. – Юля…
Проводив Еву, я вспомнила, что не сообщила ей о реинкарнации лазера «Rollanta-1308» – в каком-то другом салоне. Наверное, это известие её возмутило бы.
Хотя, кто знает!
Марина Аркадьевна, например, грудью встала на защиту «Ролланты» – мне так и не удалось выпытать у неё ни адреса, ни названия косметологии. Возможно, и Ева вместо того чтобы поддержать моё негодование, тут же помчалась бы искать это злачное местечко – в надежде сделать очередную процедуру!
Мы договорились встретиться прямо у ресторана. Идею Олега заехать за мной на такси я отвергла, мгновенно представив, как мы сидим на заднем сиденье и на поворотах прикасаемся друг к другу… Возможно, ему и вовсе захочется меня обнять. А я вряд ли смогу это выдержать, не выдав своего истинного отношения к этому лжецу и лицемеру.
Я не Мата Хари.
У той и нервы были покрепче, и фигура получше.
Но сейчас я действительно чувствовала себя шпионкой, отправляющейся на важное задание. Вероятно, надо выглядеть беспечной и воздушной. Мне предстояло выяснить тысячу вопросов, не насторожив врага, не внушая ему подозрений. Например:
– узнать паспортные данные Олега. Кто он такой на самом деле?
– зачем приехал в наш город?
– в каких отношениях состоит с бизнесменом Альбертом Васильевым?
– действительно ли Васильев будет баллотироваться в мэры?
– а если нет, то зачем Олег размахивал перед моим носом миллионами?
– зачем он пытался отравить меня?
Перебирая в уме все эти вопросы, я нервно усмехалась. В голове не появилось ни одной успешной идеи, каким образом заставить собеседника расколоться. Кроме того, в течение вечера необходимо охранять посуду, чтобы московский диверсант снова не подсыпал чего-нибудь ядовитого. Было бы идеально самой что-то подмешать ему в вино, вызвав приступ исключительной болтливости. Но я не располагала необходимыми средствами.
Хорошо, буду действовать по обстоятельствам.
А Олег, вероятно, настроился на приятный вечер. Он был расслаблен и бесшабашен и вовсе не походил на отравителя. У него потрясающая выдержка. Или огромный опыт подобных авантюр – он отлично подготовлен к всяческим эксцессам.
Моё синее платье, ноги, макияж, маникюр – ничто не осталось незамеченным и без комплимента.
– Юля, вы переписали свои банковские реквизиты? Я прямо завтра смог бы перечислить вам задаток.
– Нет.
– Ну почему, Юля?
– Мы же обсудили с вами этот вопрос и покончили с ним, – удивилась я.
– А я полагаю, вы погорячились. И поэтому не закрываю тему. Но хорошо, хорошо, давайте отгоним в сторону фантом Альберта Васильева и не будем портить себе вечер разговорами о нём.
– Да нет, почему же, я как раз…
– А давайте потанцуем?
– Э-э… Я… Ну…
Через мгновение мы уже топтались у импровизированной сцены под звуки кумпарситы. Я не умела танцевать танго, но Олег очень ловко использовал моё тело для изображения всевозможных па – крутил, вертел, укладывал на колено, как ему было угодно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
