– Юля, прости меня, пожалуйста! Я был круглым идиотом! Как я мог тебя в чём-то винить? Решил, что ты принимала таблетки… Я был не прав!
– Ты действительно был не прав! – горячо воскликнула я, отстраняясь. – Я не принимала никаких таблеток и не травила ими нашего ребёнка. Я не виновата в том, что произошло. А ты, а ты… Ты даже не поддержал меня в этот ужасный момент!
– Юля, прости! – взмолился Никита. – Конечно, ты ни в чём не виновата… Но мы попытаемся снова, и у нас обязательно получится. Как ты думаешь? Получится?
– Очень надеюсь, – с чувством ответила я. – Очень! Не знаю, правда, когда теперь… А если только через пять лет?
– Давай помиримся, – Никита вновь привлёк меня к своей широкой груди и дал почувствовать, насколько несопоставимы наши весовые категории. – Давай больше никогда не будем ссориться. Я кретин. Страшно на тебя разозлился, у меня крышу снесло от злости… Теперь понимаю, что был не прав. Прости меня, пожалуйста, малыш!
Примирение было полным и безоговорочным.
За ужином, стоившим мне огромных физических усилий (в поте лица двигала курсором и нажимала клавиши, выбирая еду на сайте, затем, когда заказ доставили, несла, надрываясь, пакет с едой от двери до кухонного стола!), мы обсуждали угрозу, нависшую над «Юниа-Транс», и изощрённые способы ликвидации Олега Ольховского.
– Надо же, – сказал Никита. – Ты так переживала из-за миллионов, предложенных Олегом. Делила их, тратила… Мечтала о новой квартире. А это был мыльный пузырь! Не стоило беспокоиться.
– Да-а… И я два месяца, пока общалась с Олегом, считала себя суперспециалистом. Ведь он хотел купить мой талант за безумные деньги… Получается, он хотел совсем другого: внедриться в «Юниа-Транс» с той стороны, откуда никто не ждал. А я зря обольщалась!
– Ты очень хороший журналист, не переживай, – успокоил Никита.
Один факт я от мужа утаила. Не призналась, что всё это время Олег поил меня отравленными коктейлями, в результате чего я и очутилась в больнице… Никита пришёл бы в ярость, бросился на поиски Олега – и ещё неизвестно, чем закончилась бы их встреча.
– Всё, я поехал, – заявил вдруг муж, поднимаясь из-за стола.
– Куда? – изумилась я. – Куда собрался?
Опять расстаёмся?!
А как же секс? Выматывающий, многочасовой – ведь мы не виделись целую вечность!
– Поеду в контору. Договорились с Генрихом встретиться.
– Вы всё ещё не налюбовались друг на друга? Вы же вместе были в командировке, потом вдвоём летели в самолёте! – возмутилась я. – Ночь на дворе!
– Ты забыла? У нас нештатная ситуация. Будем разрабатывать план действий.
– Ночью?!
– А что? Это нормально.
Мы долго целовались на пороге, не в силах разорвать объятья. Никита ушёл. Не успела я предаться отчаянью, в дверь кто-то постучал – причём явно ногой, громко, грубо, а не интеллигентно – костяшкой указательного пальца.
Я с опаской посмотрела в глазок. И с удивлением увидела лицо Никиты.
– Вот, – сказал милый муж, вваливаясь в квартиру. – Это тебе.
В руках он держал мою кофе-машину и с ней тяжело протопал на кухню.
– Ты же вроде бы отвёз её на работу?
– Да нет. Не довёз. Она в багажнике так и стояла всё это время. Я вдруг подумал, как же ты мучаешься без своей любимой игрушки. Было жестоко её у тебя отбирать. Вот, возвращаю. Но, Юля! Учти! Не больше двух чашек в день, я тебя умоляю! Ты же разумный человек! Договорились?
– Договорились, – пообещала я.
Две чашки в день?
Легко!
Могу даже ограничиться всего одной. Или вовсе не пить кофе. Никита очень удивится, когда узнает, что я полностью перешла на зелёный чай и превратилась в отличницу ЗОЖ.
Порадую его позже.
– Езжай на работу, – сказала я мужу. – Быстрее уедешь – быстрее вернёшься. Не терпится заняться с тобой результативным сексом.
Глава 27
Идеальный отец
Прошло два дня. Мы с Никитой ударно работали: он совместно с Генрихом Николаевичем возводил крепостной вал вокруг «Юниа-Транс», чтобы оградить фирму от рейдерской атаки, а я полностью погрязла в «курином деле».
Владелец птицефабрики устраивал одну пресс-конференцию за другой, стараясь убедить общественность в своей благонадёжности. Куриный Босс взялся за ум – начал разгребать свалку отходов. Это и так было его обязанностью, но хозяин птицефабрики, вероятно, решил заработать на акции нимб святого. Он отлично пиарился сам и рекламировал свою торговую марку: каждый шаг экскаватора, убирающего залежи трупов, сопровождался вспышками фотокамер, по вечерам в местных новостях докладывалось о ходе работ.
Последние дни октября радовали теплом. Золотые листья облетели с деревьев, и те стояли голыми, бледно-голубое небо по вечерам становилось ярко-розовым, почти малиновым.
Олег не звонил и не появлялся. Наверное, улетел в Москву, чтобы обсудить с заказчиками нюансы грядущего нападения на провинциальную транспортную фирму…
– Юля, тебе просили передать, – секретарша главного редактора заглянула в кабинет и положила на стол передо мной бумажку с каракулями.
– Ещё одна пресс-конференция?! – возмутилась я. – Да сколько можно!
– Давай, давай, Юлечка. Ровно в двенадцать, не забудь.
Недовольно поворчав, я вернулась к статье и допечатала ещё один абзац. Потом оторвала взгляд от монитора и задумалась. Одна мысль не давала покоя, она постоянно крутилась в голове…
Я принялась одно за другим перебирать звенья логической цепочки, с огромным трудом сплетённой мною. Нет, это не была крепкая, прочная цепь, способная выдержать натиск критически настроенного разума. Так, хлипкое сооруженьице, всё сплошь из домыслов и предположений…
Фиолетовая водолазка!
Откуда она взялась в моём шкафу?
Вроде бы я уже разобралась: так как Олег долгое время накачивал меня психотропными коктейлями, то я не могу вспомнить, как покупала в магазине эту водолазку. И загадочные перестановки в квартире объясняются тем же – провалами в моей памяти… Ничего удивительного, странно, что вообще выжила… Я сходила с ума от галлюцинаций и теряла на ходу сердце, – оно захлёбывалось в тахикардическом галопе…
И всё равно, никак не могу поверить! Хорошо, пусть я забывала закрыть дверцы бытовой техники, доставала чашки и пила из них, а потом не убирала на место, двигала принтер, переносила с место на место стулья – и всё это в каком-то тумане… Согласна, так бывает. Даже совершенно адекватные люди часто оставляют включённым утюг или не гасят свет. Но поехать в магазин, выбрать классную вещь, примерить, расплатиться – и абсолютно этого не помнить?
Нет, не укладывается в голове!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
