Хелен вздрогнула, когда перед ее мысленным взором возникла картина: окровавленный Рик Конти лежит на полу. Она потерла глаза, надеясь, что видение исчезнет, но ничего не вышло. С каждой секундой оно становилось все четче, все реалистичнее. Сердце бешено колотилось. Она скатилась к краю кровати, встала и, шатаясь, пошла в ванную. Есть только один способ стереть эти видения и спасти свой рассудок.
Хотя в ванной было почти темно, Хелен не требовалось света, чтобы найти флакон с таблетками. Она когда-то припрятала его за туалетным бочком и только теперь поняла, зачем. Она боялась без них уйти из больницы. Она все еще была наркоманкой, ей требовались наркотики, чтобы заглушить страх и обрести забвение.
Хелен открыла коричневую пластмассовую бутылочку и вытрясла из нее две таблетки. С минуту смотрела на них, прекрасно зная, что ей ни в коем случае нельзя их принимать. Но боль и страх в груди росли, и она быстро проглотила таблетки, даже не потрудившись запить водой. Теперь она понимала, что для нее все потеряно. Сет умер, и на этот раз ее никто не спасет.
20
Диана хмуро смотрела на разбросанные по кухонному столу бумаги, потом отложила ручку и закрыла глаза. Ее репортаж о наркотиках должен был пойти в эфир через три недели, дел еще осталось невпроворот, но Кэрри и Майкл так заразительно смеялись на заднем дворе, что она не могла усидеть за столом. Отодвинув стул, Диана подошла к окну и посмотрела на небольшую полянку, где Майкл играл в мяч с Кэрри.
— Они были так увлечены игрой, что ничего вокруг не замечали. Диана наблюдала за ними и чувствовала, что внутри ее что-то тает. Кэрри выглядела сильной и крепкой, рыжие волосы растрепались, глаза сияли радостью и возбуждением. Глядя на нее, невозможно было поверить, что недавно она едва не умерла.
На Майкла тоже было приятно смотреть — он так заразительно смеялся. Многие недели Диана даже себе не признавалась в своих чувствах, но сейчас, глядя на него, поняла, что любит — любит глубоко и безрассудно. Даже горькие воспоминания о Джоуэле и его предательстве не смогли затушить пожар любви, разгоревшийся в ее сердце.
И все же ее пугала такая привязанность к другому человеку. Она хорошо знала, что такое одиночество. Она умела выживать длинными темными ночами и в дождливые выходные, когда оставалась одна. Но Диана сомневалась, что сможет пережить еще одно грубое предательство. Сейчас она была очень уязвимой.
Она тут же напомнила себе, что Майкл совсем не похож на Джоуэла, нечестно даже их сравнивать. Тогда почему же она вспоминает о своем прошлом каждый раз, когда Майкл заговаривает о женитьбе?..
Майкл вошел в кухню вместе с Кэрри, и Диана отвернулась от окна. Было приятно смотреть на его раскрасневшиеся щеки и взлохмаченные волосы. Вид у него был совершенно мальчишеский. Ее всегда изумляло, как быстро он выходит из роли блестящего кардиохирурга.
— Майкл поведет нас сегодня в зоопарк! — возвестила Кэрри.
Майкл засмеялся и еще больше взлохматил ее спутавшиеся рыжие волосы.
— Попридержи лошадей, детка. Прежде чем строить планы, мы должны проконсультироваться с боссом.
Кэрри состроила ему гримасу и умоляюще взглянула на Диану.
— Пожалуйста, мамочка! Мы целую вечность не были в зоопарке!
Диана оглянулась на гору бумаг на столе. Столько еще работы, но весенний день выдался таким дивным, солнце светило вовсю, и в воздухе слабо пахло ирисами. Внезапно мысль провести день в зоопарке показалась ей чрезвычайно соблазнительной.
— Хорошо, — улыбнулась она. — Но сначала ты уберешь у себя в комнате. Там как будто ураган прошел.
Кэрри радостно взвизгнула и подмигнула Майклу.
— Видишь? Я же говорила, что она согласится! Майкл серьезно кивнул, хотя глаза его улыбались.
— Точно, детка. Теперь я должен тебе пакет попкорна.
— Что вы задумали, ребята? — спросила Диана, переводя взгляд с одного на другую.
Кэрри смутилась:
— Ничего. Мы только…
— Заключили маленькое пари, — закончил за нее Майкл. Кэрри кивнула и побежала в холл.
— Пойду поскорее убираться! — крикнула она через плечо. — Увидимся!
Диана смотрела ей вслед со странным чувством. Кэрри распускалась, как весенний бутон, радуясь присутствию в их жизни мужчины. Она никогда не заговаривала об отце, но Диана чувствовала, насколько сильно девочке хотелось иметь настоящую семью, и мысленно проклинала Джоуэла за его эгоизм.
— Что ты вдруг загрустила? — спросил Майкл, обнимая ее за плечи.
— Я подумала, как эгоистично поступил Джоуэл, забыв о Кэрри. Я ему этого никогда не прощу, Майкл.
— А ты пыталась когда-нибудь связаться с ним? Может быть, он сожалеет о том, что сделал.
Диана печально покачала головой, вспомнив, каким холодным и безразличным был Джоуэл на ступеньках суда.
— Нет. Джоуэл привык выбрасывать из головы все неприятные мысли. Уверена, он даже никогда не вспоминает о ее существовании.
Майкл притянул ее к себе и прижался губами к щеке.
— Тогда он не стоит того, чтобы ты чувствовала себя несчастной. Кэрри без него лучше.
— Я знаю. Но ужасно сознавать, что она страдает из-за моей ошибки. Ни один ребенок не заслужил, чтобы его отбросили в сторону, как прочитанную газету!
— Эй, ты вовсе не должна чувствовать себя виноватой, — сказал он. — Ей очень хорошо с тобой.
Диана смотрела в его темные, выразительные глаза и чувствовала, как по всему ее телу разливается блаженное тепло. Этот сильный человек любил ее, и она подумала, что никогда не перестанет удивляться своему счастью.
— Что бы я без тебя делала! — сказала она и ласково погладила его по щеке.
Он хмыкнул:
— Не знаю. Но раз уж ты сама затронула эту тему, как насчет того, чтобы выйти за меня замуж?
Диана сразу напряглась, ожидая, что старые сомнения, как стая шумных птиц, набросятся на нее. Но ничего подобного не произошло. И ей внезапно захотелось провести остаток своей жизни с Майклом Кейси.
— Это будет нелегко, — осторожно сказала она. — Мы оба заняты, у нас работа, и Кэрри может…
Он сжал ее в объятиях.
— Ты хочешь сказать, что согласна?
Диана поколебалась. Еще было время придумать такой вариант отказа, который никого не обидит. Она заставила себя вспомнить Джоуэла и ту чудовищную цену, которую она заплатила за любовь к нему. Но почему-то эта боль, которую она лелеяла, как ядовитое растение, больше не давила ей на сердце горечью. Она внезапно почувствовала себя свободной.
— Если я тебе нужна, — сказала она.
Майкл, казалось, целую вечность смотрел ей в глаза. Затем он медленно наклонил голову и поцеловал ее, словно скрепляя этим поцелуем их любовь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
