Он попятился, встряхнул рукой, и тьма окутала его снова. Двинулся по кругу, выискивая слабину. Обманный шаг влево — и, быстрее, чем мог уследить человеческий глаз, нырнул под крыло наэфрина и ударил мечом снизу вверх тому в горло.
Наэфрин вскинулся на дыбы.
Клинок цели не достиг, Перрил пошатнулся. Пытаясь сохранить равновесие, опустил меч.
Наэфрин обрушился на врага.
— Нет! — вскрикнул Тилар. Он узнал первое движение. Сам учил когда-то юного оруженосца этому приему. Он назывался «каприз наэфрина».
Но было поздно. Перрил сделал резкий разворот на каблуках и одновременно вывернул запястье. Клинок взметнулся вверх в тот миг, когда наэфрин устремился вниз. Однако в последнюю секунду, возможно, услышав предупреждение, демон дернулся в сторону. Меч, не достав до горла, скользнул острием по левому боку.
Собственные ребра Тилара пронзила жгучая боль.
Он задохнулся, ноги разом ослабели. Роггер не успел его поддержать. Упав, Тилар тяжело ударился коленями о каменный пол. Наэфрин встал на дыбы, попятился, широко раскинув крылья. Глаза его заполыхали еще яростнее.
Перрил бросился вперед, целясь в незащищенное брюхо.
Но из-под правого крыла вдруг выскочил Роггер, в обеих руках которого что-то блестело. И метнул в противника один за другим два хрустальных снежка — репистолы. Крохотные сосуды с гуморами.
Перрил, сосредоточась на наэфрине, вора не заметил.
Один сосуд разбился у его ног, гумор обрызгал икры. Второй ударил в грудь.
Роггер отбежал в сторону, вернулся к Тилару.
Перрил зашатался. Ноги его словно одеревенели. Глум, который питал плащ, и тени сгинули, осталась обычная ткань, которая только стесняла движения демона. Он едва успел увернуться от когтей наэфрина.
Тилар снова увидел обнаженное тело под плащом, полупрозрачную кожу, под которой что-то корчилось и извивалось. В следующий миг Перрил в поисках убежища и спасения нырнул во тьму, поджидавшую за дверью.
Роггер подхватил Тилара, поставил на ноги. Тот собрался с силами и шагнул к двери, хотя левый бок еще немилосердно жгло.
— Идемте! — сказал он. — Пока эти твари еще что-нибудь не придумали.
Наэфрин, повинуясь жажде крови, первым ринулся в дверь и расчистил дорогу. Когда они выбрались в коридор и осветили его факелами, войско демонов о новом нападении, казалось, уже не помышляло.
Все бегом поспешили к лестнице. Наэфрин, летевший впереди, изогнул длинную шею, выхватил кого-то из теней, как цапля выхватывает рыбу из воды. Потряс в воздухе отбивающуюся добычу и отшвырнул в боковой коридор. Оттуда донесся пронзительный вопль.
Тилар посмотрел на Роггера.
— На этот раз всех спас ты.
— Ты — на самом деле, — ответил вор.
Тилар нахмурился. Роггер пояснил:
— То были репистолы с твоей слюной. Мне дала их Делия, когда мы собрались идти сюда. Сказала, могут пригодиться.
— Как?.. — Но тут же Тилар понял и сам. Каждый гумор действовал на Милость по-своему. Слюна ее ослабляла.
— Я не был уверен, что это сработает против темной Милости. Но, видно, Милость есть Милость. Его чуть с ног не сшибло.
Да, если бы Перрил довел прием до конца, завершил «каприз наэфрина»… Тилар потер ноющие ребра. На лестнице они оказались, не успев оглянуться. Здесь регент отправил всех вперед.
— Прожигайте путь! — велел он.
Сам же, опираясь на Роггера, поплелся сзади.
В самом тылу остался наэфрин. Он нашел еще кого-то в тенях и сбросил с лестницы.
Но не Перрила. Тилар знал, что почувствовал бы на расстоянии острую ненависть хаула. Сохранилось ли в этой оболочке хоть что-то от его прежнего друга?
Тепло и свет приближались с каждым витком лестницы. Уже забрезжили наверху отблески огня.
И тут капитан из Ольденбрука гаркнул что есть силы:
— Они закрывают ворота!
— Подождите! Мы идем! — взревел Креван.
В следующий миг, сделав очередной поворот, Тилар тоже увидел медленно смыкающийся огненный глаз ворот.
Все начали кричать.
Глазное веко замерло. Их услышали. Тилар ринулся было вперед за остальными, но его придержал Роггер.
— Не хочешь ли взять собачку на поводок? Не время выходить из подземелья в обнимку с демоном.
Тилар кивнул, похлопал себя по плащу.
— Держи. — Роггер передал ему один из своих кинжалов.
Резанув ладонь, Тилар подождал, пока выступит кровь.
Единственная возможность вернуть наэфрина на место. Затем поднес окровавленную руку к дымной пуповине меж собой и зверем.
Тот, словно поняв его намерение, обернулся. Полоснул свирепым взглядом. Но кровь уже соприкоснулась с привязью из Глума. Вспыхнул нестерпимо яркий свет, озарил демона, размыв его очертания, и… страшной тяжестью наэфрин обрушился обратно в Тилара.
Тот приготовился к толчку и потому устоял. Удар, правда, оказался сильнее, чем он рассчитывал. Сегодня Тилар вызывал зверя дважды. И молился про себя, чтобы больше этого делать не пришлось. Возвращение здорового состояния радовало. Год прошел, и теперь когда-то привычное искалеченное тело казалось чужим, словно принадлежало другому человеку.
И это тревожило.
Ведь на самом деле он был калекой. Сила и здоровье являлись иллюзией, сенью Милости, даром наэфрина, обитающего внутри. Тилар вспоминал об этом, лишь выпуская демона.
Хотя забывать не следовало никогда.
Толчок в грудь едва не опрокинул его. Верхняя ступенька подсекла под ноги. Но, мгновенно исцеленный, вновь обретший силу, он схватился за стену и не упал.
Выпрямился и почувствовал, как полыхнула боль в руке. Тилар поднес ее к глазам и удивился. Сломанный мизинец остался кривым. Раньше после возвращения наэфрина все раны и увечья исчезали бесследно.
Он взглянул на ладонь. Свежий порез затянулся, словно его и не было.
Роггер тоже увидел искривленный палец.
— Странно…
Регент опустил руку. Времени беспокоиться об этом не было — все уже поднялись к воротам.
— Тилар! — позвал знакомый голос. В проеме появилась Катрин. — Ты где?
Он зашагал наверх, к теплу и свету. Хотя боль в руке невольно заставляла думать, что часть тьмы он выносит отсюда с собой.
Роггер поспешил следом, и вместе они выбрались в коридор.
— Закрывайте, — велел Тилар.
Рыцари вновь принялись крутить колесо, опуская прочную преграду из змеиного дерева.
Он думал, что согреется здесь, среди множества огней. Но по-прежнему ощущал холод.
Это был не конец.
Вдруг раздались испуганные крики — кричали два рыцаря, которые стояли на страже в конце коридора, у ворот, ведущих во двор Штормовой башни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
