не только в настоящем времени, но и в будущем, т. е. импотенция должна рассматриваться в качестве не только существующей, но и неизлечимой.
Проблема постоянства как характеристики импотенции – это очень непростая проблема для канонической юриспруденции, особенно при решении конкретных дел. Врачебное заключение, в котором врач выражает свое мнение, имеющее характер научной уверенности, не всегда достаточно для достижения каноническими судьями моральной уверенности в постоянстве импотенции{См.: New Commentary… P.1285.}. В свете принципа favore juris при существовании сомнений в наличии импотенции, а также ее предшествующего и постоянного характера в конкретном случае брак не может быть признан недействительным на основании данного препятствия.
Лигамен. Данное препятствие означает связанность хотя бы одной из сторон узами прежде заключенного брака{Канон 1085.}. Если такой брак существует (был заключен), то для наличия препятствия не существенно, идет ли речь о браке только заключенном (ratum tantum) или завершённом (ratum et consummatum). Это препятствие рассматривается как имеющее происхождение в Божественном праве и потому не подлежащее диспенсации. В силу своей божественно-правовой природы это препятствие распространяет свое действие на любые заключенные браки, а не только на браки, заключенные между католиками. В то же время данное препятствие прекращается по допускаемым каноническим правом причинам, в качестве которых могут выступать аннулирование прежнего брака, расторжение незавершённого брака, Павлова привилегия;, это препятствие не распространяется также на случаи незаконных браков. При этом Кодекс допускает заключение нового брака лишь при наличии достаточных доказательств прекращения, аннулирования или незаконности прежде существовавшего брака{Канон 1085.}. Последнее требование (некоторые канонисты рассматривают его как препятствие церковного права в дополнение к препятствию божественного права) существует как проявление принципа favore juris.
Разница религий. Напомним о существовавшем еще в античном каноническом праве стремлении отделить христиан от не-христиан в различных аспектах жизни, в том числе в сфере брака. Современный подход Римской Церкви к смешанным бракам основан на озабоченности тем, что такие браки могут существенно затруднить или даже сделать невозможным продолжение католической вероисповедной практики, а также католическое крещение и соответственное воспитание детей. Вследствие этого брак между лицами, из которых хотя бы одно является католиком (крещен в Католической Церкви или присоединился к ней и не оставил ее в требуемой форме), а другое не является христианином, рассматривается Кодексом как недействительный{Канон 1086.}.
Данное препятствие имеет церковное происхождение и как таковое потенциально подлежит диспенсации. Минимальным обязательным условием для диспенсации является соблюдение тех требований, которые каноническим правом установлены для смешанного брака, под которым понимается брак двух христиан, из которых только один является католиком. Данные требования таковы{Канон 1125.}:
– католическая сторона должна заявить, что она готова устранить все опасности уклонения от католической веры, и искреннее пообещать, что она сделает все возможное, чтобы дети были крещены и воспитаны в Католической Церкви,
– об этих обещаниях, которые должна дать католическая сторона, следует своевременно известить другую сторону, чтобы было вполне очевидно, что она доподлинно знает об обещаниях и обязательствах католической стороны;
– обеим сторонам нужно дать наставления о целях и существенных свойствах брака, отрицать которые не должен ни один из брачующихся
Каноническое право наделяет конференцию епископов полномочием определить методы, которыми даются такие заявления и обещания, и формы, в которых факт и содержание таких заявлений и обещаний доводятся до некатолической стороны{Канон 1126.}.
Подчеркнем, что рассматриваемое препятствие относится к случаям разницы религий, когда речь идет о браке католика с не-христианином. Если же речь идет о браке католика с христианином-некатоликом, то имеет место не разница религий, а разница вероисповеданий, которая на языке канонического права именуется «смешанный брак». В случае смешанного брака препятствие разницы религий не имеет места, необходимо только получение разрешения местного ординария, но не диспенсации.
Священный сан. Кодекс провозглашает, что попытка лиц, состоящих в священном сане, заключить брак, не порождает брачных последствий{Канон 1087.}. Данное каноническое положение закрепляет традиционное для Западной Церкви требование безбрачия духовенства{Эти вопросы достаточно затрагивались в настоящей книге в разделах, посвященных дисциплине клира в различные периоды развития канонического права.}.
Препятствие священного сана является препятствием церковно-правового происхождения, поэтому принципиально возможна диспенсация. Диспенсация в отношении сана дьякона может быть предоставлена местным ординарием, а диспенсация для лица, состоящего в сане священника, может быть предоставлена Апостольским Престолом. Как в одном, так и в другом случае диспенсация предоставляется не сама по себе, а в качестве одного из этапов процедуры возврата клирика в статус мирянина.
Пожизненный обет целомудрия. Данный вид препятствий связан с тем направлением в развитии христианского служения, которое в современном каноническом праве получило название «институты посвященной жизни», к которым относятся монастыри и другие организации, предполагающие жизнь в соответствии с евангельскими идеалами бедности, целомудрия и послушания. Понятно, что обет целомудрия несовместим с брачным союзом, поэтому каноническое право рассматривает данный обет в качестве брачного препятствия.
Не всякий обет целомудрия порождает последствия препятствия, но лишь тот, который является публичным, вечным и данным в институте монашествующих.
Каноническое право рассматривает обет в качестве публичного, если наделенное соответствующими полномочиями лицо принимает обет во имя Церкви{Канон 1192.}. Пожизненность обета означает, что он должен быть дан как действующий (связывающий давшее его лицо) на протяжении всей жизни, а не временно. Наконец, обет должен быть дан в институте монашествующих, т. е. в сообществе, в котором мужчины или женщины живут совместно как братья или сестры в соответствии с данными ими публичными обетами{Канон 607.}.
Это препятствие возникает только при наличии одновременно всех трех перечисленных выше условий. Если обет дан не в институте монашествующих, а, например, в обществе апостольской жизни, он не порождает последствий препятствия. Так же обстоит дело со временными обетами либо обетами, произнесенными не в публичном порядке.
Являясь препятствием церковно-правового происхождения, данное препятствие принципиально подлежит диспенсации. Практически освобождение от данного препятствия происходит не иначе как в виде этапа процедуры выхода из института монашествующих.
Похищение. Данное препятствие возникает, если женщина была похищена с целью принуждения ее к заключению брака с похитителем{Канон 1089.}. В свете того, что в соответствии с канонической традицией брак порождается брачным согласием, очевидно, что любое нарушение свободы воли в процессе брачного согласия несовместимо с природой брака.
Дефект согласия является причиной недействительности брака, но при этом каноническое право содержит еще и препятствие похищения. Причина существования данного препятствия наряду с нуллифицирующими последствиями дефекта согласия состоит в том, чтобы исключить необходимость непростых (порой запутанных) судебных расследований в отношении факта нарушения свободы воли в условиях похищения{New Commentary… P.1291.}.
Это препятствие возникает вследствие не любого похищения, но лишь такого, которое произведено с целью заключения брака (принуждения к даче брачного согласия). При этом под похищением понимается не только
