Самолеты «Хадсон», обнаружившие японские конвои, находились в тот момент на пределе радиуса действия и поэтому не могли следовать за ними. Для дальнейшего наблюдения за конвоями ночью была выслана летающая лодка «Каталина» из состава 205-й эскадрильи. С момента ее вылета прошло несколько часов, а никаких донесений от экипажа не поступало. Тогда была направлена вторая летающая лодка, с которой также не поступило никаких сигналов. Наконец первый самолет возвратился, и экипаж его доложил, что противник не обнаружен. Вторая «Каталина» была сбита японскими самолетами, прикрывавшими свои конвои с воздуха. Эти самолеты базировались на западном побережье Камбоджи на аэродром Фу-Кок, построенный меньше месяца назад. На рассвете 7 декабря в воздух поднялись три самолета «Хадсон» с задачей обнаружить японские конвои и не терять их из виду. Одновременно все части английских ВВС были приведены в готовность № 1. Вскоре, однако, два самолета возвратились на аэродром из-за плохой погоды. Третий самолет пролетел через Сиамский залив, но ничего не обнаружил вследствие низкой облачности и непрерывного дождя. Теперь вся надежда возлагалась на самолеты «Каталина» из состава 205-й эскадрильи. Но и им не удалось обнаружить японские конвои, которые незамеченными подошли к Сингоре. Большая часть японских транспортов направлялась в этот порт, идя несколько зигзагообразным курсом. В Кота-Бару следовали только восемь транспортов и один крейсер. Вероятно, это была часть японских сил, обнаруженных к исходу дня самолетом «Хадсон», по которому японский крейсер открыл огонь.
Однако обо всем этом Брук-Попхэм пока еще не знал, и. окончательное решение относительно проведения операции «Матадор» не было принято. Начинать эту операцию слишком поздно было бесполезно, так как наши войска должны были находиться на перешейке Кра по меньшей мере за 24 часа до появления там японцев, а это было невозможно, если конвои шли в направлении Сингоры и не повернули к северо-западу. Перед главнокомандующим стояла очень сложная проблема. Чтобы не потерять всякую надежду захватить инициативу, если начнется война, нужно было немедленно бросить войска и авиацию для захвата перешейка Кра. С другой стороны, вступление наших войск в Сиам раньше противника означало бы, что мы спровоцировали войну. В этот критический момент Брук-Попхэм получил от британского посланника в Сиаме Коста Кросби истерическую телеграмму. «Ради бога, — телеграфировал посланник, — не занимайте ни дюйма территории Сиама, пока японцы первыми не вступят в эту страну». Посланник сообщал, что нападение японцев на Сиам было намечено на 3 декабря, затем было отложено и произойдет в ближайшем будущем. Фактически японцы высадились в Сиаме в момент получения этой телеграммы. Главнокомандующий принял решение не проводить операцию «Матадор». Впоследствии он объяснял, что отменил эту операцию по политическим и стратегическим соображениям Если бы наши заключения, составленные на основании неподтвержденных данных воздушной разведки, оказались неверными, то Англия явилась бы стороной, первой нарушившей нейтралитет Сиама. А это было как раз то, чего добивались японцы. Если же наши заключения оказались бы правильными и японцы высаживались в порту Сингора, то английские войска все равно не успели бы захватить намеченный рубеж Малайского перешейка.
В воскресенье 7 декабря японцы произвели налет на Пирл-Харбор. Об этом налете в Сингапуре стало известно только на следующее утро. Теперь Брук-Попхэм и командующие всеми видами английских вооруженных сил на Дальнем Востоке все больше убеждались, что японцы, войдя в Сиамский залив, делали все возможное, чтобы спровоцировать инцидент, дающий им повод развязать войну, которой они так добивались. В 9 часов вечера, после того как летчик самолета «Хадсон» доложил, что три небольших японских корабля идут мимо Сингора, держа курс на юг, было принято окончательное решение отказаться от проведения операции «Матадор». Через четыре с половиной часа японские корабли начали обстрел Кота-Бару, а спустя полтора часа раздались оглушительные взрывы бомб на улицах Сингапура, раз и навсегда развеявшие состояние неопределенности. Япония нанесла удар. В Малайе началась война. Противник захватил инициативу.
Глава 2
ПАДЕНИЕ СИНГАПУРА
Первым, кому пришлось вступить в бой с японцами утром 7 декабря 1941 года, были военно-воздушные силы. Против нас действовал искусный и решительный противник, обладавший большим боевым опытом, приобретенным в войне с Китаем, и имевший самолеты, значительно превосходившие по своим летно-тактическим данным наши самолеты. В то время японским ВВС была предоставлена широкая свобода в выборе способов боевых действий, но они не обладали статутом самостоятельности и были подчинены японской армии и флоту. Вследствие этого в японских вооруженных силах была армейская авиация и военно-морская авиация. Армейская авиация предназначалась для нанесения внезапных ударов по противнику с целью оказания непосредственной поддержки наземным войскам на поле боя. Задачами военно-морской авиации являлись: атака кораблей противника, бомбардировка военно-морских объектов и прикрытие с воздуха своих кораблей. Иначе говоря, японские ВВС не обладали полной самостоятельностью и предназначались для выполнения только тактических задач, и их главной обязанностью было обеспечение боевых действий своей армии и флота. Такая концепция применения военно-воздушных сил таила в себе скрытый дефект. Армейская и военно-морская авиация Японии были отделены друг от друга, выполняли различные задачи и не были взаимозаменяемы; между ними почти не было взаимодействия.
Армейская авиация Японии включала пять авиационных дивизий. Для атаки аэродромов Кота-Бару, Алор-Стар и других аэродромов Северной Малайи были привлечены части 3-й и 5-й авиационных дивизий. 1-я авиационная дивизия всю войну находилась в Японии, а 2-я и 4-я покинули Японию только в начале лета 1944 года. Каждая авиационная дивизия состояла из двух авиабригад и двух авиаучастков. В бригаду входило несколько авиаотрядов, имеющих по три эскадрильи; каждая эскадрилья насчитывала 16 самолетов. Авиаучасток состоял в среднем из десяти батальонов, предназначенных для обслуживания боевых авиационных частей и строительства аэродромов. Такова была в то время организация армейской авиации Японии, сходная в основном с организацией немецких ВВС. Она обладала достаточной гибкостью, обеспечивавшей использование военно-воздушных сил в сложных условиях боевой обстановки.
Между флотом и морской авиацией, задача которых заключалась в обеспечении господства на море и в воздухе, существовало тесное взаимодействие. Оценка боевой деятельности военно-морской авиации, приведенная в одном из японских документов, показывает, что японцы были твердо убеждены в том, что «главная роль в завоевании господства на море перешла от надводного флота к военно-воздушным силам. Воздушные сражения, которые прежде рассматривались как предварительные бои до решающего сражения флотов, сами стали решающими сражениями… Вследствие того что овладение господством в воздухе предшествует завоеванию господства на море, теперь невозможно добиться преимущества на море только путем уничтожения надводного флота противника в решающем сражении… Военно-воздушные силы будут теперь главной опорой флота… Необходимо отказаться от устаревшей теории, согласно которой исход сражения решал флот…»
Военно-морская авиация Японии насчитывала около 90 авиагрупп, не считая частей обслуживания и обеспечения. Численность боевого состава авиагрупп была различной. Самая крупная имела 84 самолета и насчитывала около 2000 человек офицерского и рядового состава. Авиагруппы организационно сводились в воздушные флотилии и флоты. Воздушный флот насчитывал от 40 до 50 боевых авиагрупп. 11-й воздушный флот в составе 22-й и 23-й воздушных флотилий действовал в составе тех частей японского флота, которым была поставлена задача захватить Французский Индокитай, Малайю и Голландскую Восточную Индию.
Вооружение как армейской, так и военно-морской авиации было более или менее однотипным. Калибр авиационных бомб составлял от 15 до 1000 килограммов. Авиации не ставились задачи по постановке мин с воздуха. Во время бомбардировочных налетов обычно применялось залповое бомбометание по сигналу с ведущего самолета. Во время атаки союзных истребителей японские бомбардировщики принимали сомкнутый боевой порядок и обычно увеличивали скорость, но никогда не теряли высоты полета. Очевидно, летчики японских бомбардировщиков тщательно изучили опыт боевых действий в Европе и могли успешно обороняться при обычных способах атаки истребителей противника[83]. Однако спустя месяц или два после начала войны в Малайе английские летчики обнаружили, что изменение тактики действий и применение неожиданных для противника приемов приводили экипажи японских бомбардировщиков в замешательство, первым признаком которого были громкие переговоры по радио, после чего отдельные подразделения выходили из общего строя и их нетрудно было уничтожать по частям.
