class="a">[812] очи света зрения раскаленной иглой. Многочисленных кызылбашских смутьянов, зачинщиков мятежа, он частью тоже перебил, а других наказал по заслугам. Одних он отличил высокими должностями и степенями, других незаслуженно вознес среди равных. Основание их мощи и достоинства вознеслось выше двух самых блестящих звезд Малой Медведицы. Другие обстоятельства и исход его дел будут подробно изъяснены при [описании] последующих событий.
Шах Тахмасб был государем справедливым, совершенным, покровителем подданных и монархом мудрым и правосудным. Он питал величайшую страсть к накоплению имущества, собственности и богатств. Ни в одну эпоху ни один государь из правителей Ирана и Турана — после смерти Чингиз-хана или даже с появления ислама — не постарался, собирая казну, /252/ накопить так много денег, разнообразных тканей и драгоценных золотых и серебряных сосудов.
Когда шах Исмаил поручил автору этих строк осмотреть казну, государственное казначейство и остальные имущества покойного шаха, [я насчитал] 380 тысяч туманов в золотых и серебряных монетах, с чеканом и стершихся, 600 золотых и серебряных слитков — весом по 3 тысячи мискалей каждый, 800 головных уборов из золота и серебра, 200 харваров шелка, 3 тысячи одеяний и расшитых фарадже из редкостных тканей. В арсенале [хранилось] оружие и снаряжение на 30 тысяч всадников: доспехи, кольчуги, латы и панцири для лошадей, в конюшне было 3 тысячи верблюдиц и 3 тысячи чистокровных арабских кобылиц и двести личных коней [государя], о чем и было доложено. По этому можно себе представить число других его [дворцовых] служб и строений, как кухни, помещения для фаррашей и кладовые. Мал-у-харадж в Азербайджане, Ширване и Арране не взимали в некоторых местах по семи, а иногда и по девяти лет. [Недоимки] не собирались и оставались на совести раийятов и зиммиев[813].
Великие сыновья того государя именовались так: Султан Мухаммад-мирза, Исмаил-мирза — матерью обоих была дочь 'Иса-бека туркимана; Султан Сулайман-мирза, Султан Ахмад-мирза, Султан Джунайд-мирза, рожденные сестрой шамхала и наложницами-черкешенками; Султан Хайдар-мирза, Султан Мустафа-мирза, Имам-Кули-мирза и Султан Махмуд-мирза — [они] появились на свет от юных грузинских невольниц. Как явствует из сказанного выше, Султан Хайдар-мирза погиб в день смерти своего отца.
Пять других сыновей [шаха Тахмасба] /253/ с сыном Бахрам-мирзы, Султан Ибрахим-мирзой, который был украшен всевозможными редкостными познаниями и удивительными достоинствами, наделен всякого рода дарованиями и весьма одарен в любой области, были убиты по приказу шаха Исмаила в Казвине вместе с Султан Хасан-мирзой б. Султан Мухаммад-мирзой, Мухаммад Хусайн-мирзой б. Султан Хусайн-мирзой б. Бахрам мирзой и Бади'ззаман-мирзой б. Бахрам-мирзой. Султан Джунайд-мирзу ослепили.
Самый старший из великих шахских сыновей, Султан Мухам-мад-мирза, получивший известность под [именем] Худабанде, после смерти шаха Исмаила с одобрения эмиров и знати стал государем Ирана. Обстоятельства жизни каждого [из сыновей шаха Тахмасба] будут подробно изъяснены при [описании] событий последующих лет.
Тело того покойного государя[814] по [соблюдении] церемоний захоронения перевезли из стольного города Казвина в священный Мешхёд и погребли рядом с дарующей успокоение пресвет-лой могилой и благоуханной усыпальницей Имам Ризы — [да будет] над ним благословение и восхваление [господне]!
Год 985 (1577-78)
Ночью 16 рамазана этого года шах Исма'ил [Сани] отбыл из бренного мира в мир вечности. Подробности этого события таковы.
Шах Исмаил был государем, наделенным мягким нравом и острым разумом, и прославился благоприобретенными личными достоинствами и духовными совершенствами. На поле брани он был львом, наносящим раны, среди пирующих — облаком, рассыпающим перлы [остроумия]. От чрезмерного великодушия в его глазах золото наивысшей пробы и не представляющий ценности камень были одинаковы. Благодаря его широкой благотворительности море и копи не могли обеспечить его [драгоценностями] и на один день дарения. Стихотворение:
Узрело море, как он постоянно [кого-то] вознаграждает, /254/
Рукоплескало ему в смущении перед его десницей.
Не спорь! Где копьям до его десницы?
Ведь в его деснице [после благодеяний] останется лишь ветер.
Однако при этом он был мрачного, резкого нрава и груб в разговоре, тяжело карал за легкую провинность, а за одну шутку жаловал бесчисленные милости, о чем уже упоминалось по [разным] поводам выше и в сочинениях, подобных [нашему].
Вначале шах Исма'ил жил под сенью покровительства своего великого родителя, пока в 963 (1555-56) году не удостоился управления Хорасаном. Вскоре стараниями завистников с этой должности он был смещен и заключен в крепости Кахкахе. Спустя двадцать лет, проведенных [шахом Исма'илом Сани] в заточении в той крепости, его отец умер. С одобрения кызыл-башских эмиров и знати он оставил крепость и восшествовал на престол государей Ирана. Лишенный рассудительности, он пожелал, еще не достигнув независимой и суверенной власти, в отличие от своих отцов и дедов запретить хулу в отношении [суннитских] шейхов, владыки луны и солнца 'Усмана, правдивой Айше и остальных десяти благовестных — да будет ими доволен Аллах! — и так повести [дела], чтобы в государстве Ирана сунниты и шииты — каждый следовали своей вере и в дела друг друга не вмешивались. Поскольку кызылбаши закоснели в ереси, от таких действий они возымели к нему отвращение, решили при любом удобном случае погубить того просвещенного, справедливого, благочестивого государя и даже сговорились в этом деле с его супругой Парихан-ханум.
Однажды вечером тот высокодостойный падишах с сыном кондитера[815] Хасан-беком, /255/ своим любимцем, отправился в один из своих личных покоев и уснул на ложе отдохновения. На следующий день после обеда его вынесли оттуда мертвым, а Хасан-бека полуживым. Сколько эмиры и знать ни дознавались и ни расследовали, истину в том деле не узнал никто. Амир-хан туркиман и другие кызылбашские эмиры, находившиеся в Казвине, соблюли необходимые [церемонии] захоронения и погребения того [ныне] обитающего в раю государя, [чьим] прибежищем [служат] райские сады. Стихотворение:
Когда от боли и мучений наступит смертный час[816],
Судьба найдет способ[817] [погубить] человека.
Любой нездоровый плод
Упадет на землю и от собственного сотрясения.
Когда тело умерло и серебряный стан истлел,
К чему благоуханный саван и бронзовый гроб?
Через два дня послали в Шираз за Султан Мухаммад-мирзой. Тот прибыл в Казвин в сомнении и колебаниях, поскольку к этому делу совершенных способностей в себе не находил.
В этом же году повелитель мира, государь эпохи, покоритель царств султан Мурад-хан пожелал пустить земли страны персов на ветер уничтожения и бренности по той причине, что шах Исма'ил допустил в отношении высокого
