Орест проворно развернулся и исчез в проёме. Через секунду он снова появился, пятясь обратно. В грудь его подталкивал подручный Марсия, снова загоняя на террасу. Это был тот самый «чугунный болванчик» с этикета ухаживаний. Значит, придворного мага всё-таки потревожили и «прибрали» за его высочеством. За первым парнем выросли ещё двое.
– Ты! – Болванчик ткнул пальцем в Индрика. – Пойдёшь с нами. Марсий хочет с тобой поговорить.
– Передай ему, что…
– Я чё, твоё мнение спрашивал?
Он щёлкнул пальцами, и двое помощников тут же оказались по обе стороны от Индрика и подхватили его под руки, оторвав от земли.
– Что вы делаете! – возмутилась Эмилия.
– Сейчас же отпустите его! – поддержала я.
– Только не с размаху, – добавил Индрик.
Ни один не пошевелился. Болванчик отвернулся от нас, и его взгляд упал на Озриэля, потом снова метнулся к Оресту и подозрительно сощурился:
– Который из вас Ирканийский?
– Я, – по привычке отозвался Озриэль.
– Он! – подтвердил Орест. – Ну, раз уж мы прояснили этот вопрос и я вам тут больше не нужен, то, пожалуй, пойду. – Он сделал движение в сторону выхода, но в проёме возник четвёртый амбал, перегораживая путь.
– А можно опустить меня на землю? – поинтересовался Индрик, но никто его не услышал.
Озриэль прочистил горло:
– Если Марсий велел привести и меня, то…
– Неа, тебе он просто велел навалять, – перебил Болванчик и впечатал кулак в ладонь. Потом обернулся через плечо и кивнул на Ореста. – И тогда этому уже до кучи, поди тут разберись, кого из братьев он имел в виду.
– Вы тут развлекайтесь, ребята, а я пошёл! – жизнерадостно прощебетал Орест и, разбежавшись, рванул к стене.
– Нет! – крикнул Озриэль. – Мы не под землёй, здесь так нельзя!
Но было уже поздно: Орест врезался в стену, покачнулся и упал навзничь, широко раскинув руки. Арбалет откатился в сторону. На лбу ифрита начал расплываться внушительный синяк.
Пару секунд все молча смотрели на лежащего, а потом Болванчик спросил:
– Твой брат чё, идиот?
– Он иностранец, – пояснил Озриэль. – Только сегодня приехал.
Орест застонал и попытался разлепить веки.
Мы с Эмилией переглянулись.
– На счёт «три», – прошептала она.
– Три! – выпалила я и, подхватив с перил свою диадему, с размаху насадила её на одного из стороживших Индрика по самые глаза. Тот выпустил леприкона и схватился за лицо, пытаясь избавиться от неё. Эмилия тем временем сорвала с шеи папино обручальное кольцо, раскрутила над головой и влепила в лоб второму надзирателю. Тот повалился на пол с не менее внушительным синяком, чем Орест. Эмилия поцеловала амулет и быстро сунула в карман.
Индрик, вновь очутившийся на земле, ощупал себя и сообщил:
– Со мной всё в порядке.
Озриэль воспользовался поднявшейся суматохой, подбежал к Оресту – тот вяло ворочался, пытаясь подняться на карачки, и подхватил лежащий рядом арбалет.
– Вот это ты зря! – рыкнул Болванчик и кивнул своему напарнику: – Заходи с другой стороны.
Оба двинулись на него. Ифрит быстро вскинул арбалет. Громилы сначала замерли, а потом усмехнулись, увидев, что он не заряжен, и продолжили наступление.
Озриэль встряхнул арбалет.
– Ну, давай же!
Без изменений. Расстояние между ним и нападающими быстро сокращалось. Их разделяло всего шесть шагов, пять, четыре…
Я хотела броситься на помощь, но Озриэль выставил ладонь:
– Стой там, Ливи!
Три, два…
И тут на тетиве наконец заклубилась призрачная стрела.
Ифрит хорошенько приложил арбалет о колено (Орест, поднявший в этот момент голову, застонал при виде такого варварского обращения), и рядом с первой возникли ещё две.
В этот момент атакующие подскочили к нему с двух сторон. Ещё секунда, и они его сомнут! Но тут Орест, всё ещё лежащий на полу, ухватил одного из них за лодыжку, и благодаря этому Озриэль успел увернуться. Быстро зашел ко второму со спины и спустил все три арбалетных болта.
Призрачные стрелы пригвоздили помощников Марсия друг к дружке, как недавно – нас с Озриэлем.
– Что это? – в ужасе вскричал второй парень и задёргался, предпринимая безуспешные попытки освободиться.
– А ну, хватит! – прикрикнул на него Болванчик и отвесил затрещину, а потом упёрся кулаками ему в грудь, силясь отсоединиться от стрелы. Внезапно оба оставили попытки разлучиться и зачарованно уставились друг на дружку. Лица просветлели, на губах заиграли идиллические улыбки:
– Локки! – воскликнул Болванчик и раскрыл объятия.
– Хук! – радостно крикнул тот и принялся его обнимать.
И вот уже оба стояли, издавая счастливые возгласы и похлопывая друг дружку по спине.
Моя жертва наконец содрала с лица диадему и теперь в изумлении смотрела на них. Пострадавший от великаньего обручального кольца всё ещё не очухался.
Я повернулась к Эмилии:
– Скорее к выходу!
Они с Индриком кивнули и побежали к лестнице, а я подскочила к Озриэлю и помогла ему поставить Ореста на ноги. Мы подхватили его с двух сторон и потащили к проёму.
Тот сперва вяло переставлял ноги, а потом резко уперся ими в пол и заозирался:
– Арбалет, где мой арбалет?
– Да ничего с ним не будет, – пропыхтел Озриэль и поощрил его пинком пониже спины, – шевелись, потом за ним вернёмся.
Мы наконец выбрались с террасы и очутились на лестнице. Впереди мелькали спины Индрика и Эмилии. Из общего зала доносился грохот музыки и гомон голосов. Веселье всё ещё было в самом разгаре.
– Пора валить с вечеринки, – сказал Озриэль.
– И чем быстрее, тем лучше, – добавила я.
Но сделать этого мы так и не успели.
Глава 23,
В которой потрясаются основы Затерянного королевства
На сцене выступала новая группа, гостей в зале ничуть не убавилось. Индрик и Эмилия поджидали нас у подножия лестницы. Едва мы успели спуститься, рядом на перила приземлился паук, там же примостилась и бабочка.
– Магнус, вы здесь! – обрадовалась я. – Отлично.
– Что стряслось? – удивился он. – На вас лица нет. А это ещё кто? – он вытаращился на Ореста, всё ещё висевшего между нами с Озриэлем.
Тот поднял голову:
– Вау, говорящий паук. Он твой, крошка?
– Прекрати её так называть, – рассердился Озриэль.
– Я свой собственный, – оскорбился Магнус. – И вообще-то…
– Так, сейчас не время для тирад про паучью честь, – перебила я, – потом всё это выясните. Мы уезжаем, поэтому отправляйтесь вместе с Арахной к выходу и ждите нас там.
– А вы куда?
– Мы только отыщем мадам и сразу к вам присоединимся.
Паук не стал задавать лишних вопросов и подтолкнул бабочку лапкой:
– Пройдём лучше вот здесь, милая. Тут слишком людно, держись поближе к стене.
Они проворно устремились к цели, огибая гостей и выбирая безопасные участки, а Эмилия, как самая высокая среди нас, заглянула поверх голов и провозгласила:
– Я вижу мадам. – Она указала в другой конец зала. – Вон там, с Робином.
Я сложила руку козырьком:
– Да, тоже вижу.
Напарница помахала, пытаясь привлечь внимание хозяйки, но та слишком увлеклась беседой с лекарем.
– Идёмте, нужно забрать её, – сказала я и удержала ринувшегося было в ту сторону Индрика. – Только в обход. – Я многозначительно указала глазами на столик Марсия.
Рядом с ним теперь сидело всего трое помощников. Но те, что остались наверху, очень скоро придут в себя (по крайней мере, половина из них – а вот Хуку и Локки Озриэль вкатил тройную дозу Вечной дружбы. Хватит до конца жизни. Так и отравить недолго). В этот момент его высочество повернулся в нашу сторону и перевел нетерпеливый взгляд на вход в галерею. Наверняка недоумевает, почему помощники так долго возятся. Мы поспешно присели (Озриэль, не церемонясь, пригнул голову Оресту). Марсий побарабанил пальцами по столу и отправил сюда ещё двоих.
– Так, пошли, – скомандовал Озриэль, и мы нырнули в толпу как раз в тот момент, когда они оказались у подножия лестницы, на том самом месте, где мы только что стояли. Через минуту подручные его высочества уже скрылись в арке наверху, и значит, очень скоро обнаружат на террасе четверых товарищей.
Мы взяли курс на мадам. Не так-то просто было лавировать между телами при эдаком столпотворении. Эмилия и Индрик шли впереди и двигались намного быстрее, потому что им не приходилось тащить на себе Ореста. Спины гостей то и дело скрывали их от нас.
Некоторые участники вечеринки с удивлением смотрели на нашу троицу, в особенности на того ифрита, что болтался посредине.
– Немного перебрал, – поясняла я и прикрывала его лицо локонами на тот случай, если наткнёмся на знакомых.
Озриэль раздражённо встряхнул Ореста:
– Слушай, ты уже вполне можешь идти сам.
