Все участники переворота в Асунсьоне были сразу же отправлены под суд в Мадрид Туда вскоре должен был прибыть королевский двор, который в ту эпоху еще не имел постоянного места пребывания. В это же время умирает глава Совета Индий могущественный епископ Куэнки, который, зная о подлинном характере событий в бассейне Парагвая, намеревался использовать свое положение, чтобы по закону наказать настоящих виновников преступлений против губернатора и аделантадо Кабесы де Вака — носителя власти короля. Несколько дней спустя неожиданно странной смертью умирает Гарси-Ванегас — один из главарей заговора, сопровождавший губернатора из Асунсьона. Вслед за ним сходит с ума его сообщник — королевский контролер Алонсо Кабрера. Вслед за ним почти одновременно умирают два монаха-францисканца, доставивших немало хлопот и неприятностей дону Альваро своими попытками сбежать из Асунсьона с целью подать вымышленные обвинения против аделантадо.
Ложные обвинения по делу Кабесы де Вака начали рассыпаться вместе с исчезновением четырех участников или сообщников заговора. Однако, несмотря на это, содержание под стражей благородного конкистадора в интересах судебного процесса продолжалось еще долгих и томительных восемь лет. Казалось, что дело шло к полному оправданию и возвращению дона Альваро на пост губернатора и аделантадо провинции Ла-Плата Можно было также ожидать, что суд вынесет постановление о выплате ему компенсации за потерянные им огромные деньги и ценности в результате переворота, не говоря уже о тех больших средствах, которые он потратил на организацию и проведение всей экспедиции в Южную Америку. Но вопреки таким оптимистическим ожиданиям королевский суд приговорил его к высылке в Африку. Однако через некоторое время тот же суд отменяет свое собственное решение, а вслед за этим король назначает первооткрывателя и конкистадора новых земель судьей в Управлении по делам Индий в Севилье.
Итак, после столь долгих, опасных и многотрудных лет, проведенных на службе испанской короны и посвященных открытию и завоеванию новых земель в Северной и Южной Америке, благородный конкистадор Альваро Нуньес де Вака оказывается снова в своей любимой Севилье. Вот и теперь мы застали его высокую и худую фигуру с длинной седой бородой на портовой улице этого солнечного города. Окинув взглядом еще раз деловую суету вокруг готовящихся к дальним походам каравелл и исполненный навеянными этими сценами воспоминаний о собственных заморских странствиях, Кабеса де Вака вместе с ожидавшим его личным пажом направился, слегка прихрамывая, в свое Управление по делам Индий…
Альваро Нуньес де Вака скончался в 1560 году в Севилье в преклонном для тех времен возрасте, оставив заметный след в истории открытий и завоеваний Америки.
Глава 5. ЕЩЕ ОДНА ГЕРОИЧЕСКАЯ ПОПЫТКА ЗАВОЕВАНИЯ ЮЖНЫХ ТЕРРИТОРИЙ СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ
Необыкновенные приключения Альваро Кабесы де Вака в необъятных просторах южных территорий Северной Америки, несмотря на трагический исход экспедиции Нарваэса, вызвали большой интерес среди начинающих и опытных конкистадоров в этой части Нового Света в надежде умножить накопленные или обрести новые богатства и земли. Одним из них стал опытный ветеран завоеваний в Панаме, Никарагуа и Перу неукротимый конкистадор Эрнан де Сото.
Последний раз в нашем повествовании мы встречались с ним в ходе перуанской кампании Франсиско Писарро по утверждению своей власти в старой столице империи инков Куско. В течение некоторого времени после ее падения де Сото был вице-губернатором Куско и в этом качестве проделал большую работу по усмирению своих соотечественников, пустившихся в неудержимые грабежи, руководил созданием городского совета, судов и полицейских сил. Он получил солидную долю золота и драгоценностей Атауальпы и жил в настоящей роскоши во дворце императоров Перу.
В 1535 году, когда Диего Альмагро получил права на покорение территории Чили и искал партнера по финансированию этой экспедиции, де Сото предложил ему свои услуги, но тот предпочел более податливого подчиненного Оргонеса, чем глубоко обидел опытного, но чрезмерно, на его взгляд, честолюбивого Эрнан. Как братья Писарро, так и Альмагро побаивались неудержимых амбиций этого великолепного и смелого воина. Тлевшие трения с Писарро проявились вновь при очередном дележе собранной добычи и распределении постов в управлении страной, поскольку де Сото, который вместе со своим партнером Понсе де Леоном считал предоставление двух каравелл, людей и лошадей за их счет ключевым вкладом в обеспечение успеха, был недоволен ни полученной долей богатства, ни постом вице-губернатора Куско — по его убеждению, он должен был получить вторую по размеру долю добычи и вторую позицию в Перу в лице ее вице-губернатора. В этих претензиях его решительно поддерживал приехавший в Куско Понсе де Леон, с которым Эрнан официально возобновил партнерство в июне 1535 года.
Обиженный де Сото, мечтавший стать маркизом одной из территорий в Новом Свете, решил уехать из Перу как можно быстрее в Испанию. В начале июля 1535 года Альмагро отправился в экспедицию в Чили, а несколько дней спустя из Куско на побережье выехал и Франсиско Писарро. Рассерженный сложившейся ситуацией Эрнан присоединился к отряду губернатора, решив продолжить свой путь до Испании. Де Сото взял с собой все золото и серебро, принадлежавшие ему совместно с де Леоном, который уполномочил своего партнера использовать эти ценности для получения нужных лицензий от короля, а сам остался в Перу вести их коммерческие дела и следить за полученными землями.
В декабре того же года Эрнан отплыл с целой группой своих сторонников во главе с верным Луисом де Москосо в Панаму на собственной каравелле, а в марте 1536 года направился из ее карибского порта в Испанию, поместив часть своего драгоценного груза на другом паруснике той же эскадры. Однако в ходе плавания этот парусник налетел на рифы около Кубы, и немало его груза пропало. Но даже при этой потере де Сото прибыл в Севилью с колоссальным богатством, которое сразу позволило ему завести роскошный дом с массой слуг, мажордомом, пажами, конюшенными, егерями и прочими атрибутами богатого вельможи. Но такая обыденная жизнь не устраивала непоседливого воина, который жаждал чести, власти, самостоятельной провинции для управления и открытия новых неведомых земель. В ноябре 1536 года он женился на дочери тогда уже покойного своего бывшего начальника губернатора Педрариаса Исабеле де Бобадилья, что не только еще больше увеличило его состояние, но и открыло доступ к использованию большого влияния ее семьи при дворе.
